Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

Она только вздохнула, откинулась на спинку сидения и посмотрела на Илину, которая все это время сверлила ее взглядом.

Не прошло и пяти минут, как повозка медленно остановилась, качнулась. Через секунду извозчик уже открывал нам дверь, устанавливая специальную ступеньку. Я помог выйти графине, затем бросил ему серебряную монету.

— Никогда раньше не доводилось бывать в Гусе, — сказала графиня Тим.

— Как и мне. Прошу.

Просторное двухэтажное здание с красивой отделкой по фасаду и широкими витринами. Отапливать зимой такое наверняка влетало хозяину в копеечку. Внутри светло, но не слишком ярко. Свет подобран так, чтобы создавалось легкое впечатление уюта. В центре зала двухместные столики с белыми скатертями, что уже необычно для заведения подобного типа. Справа и слева столы для больших и малых компаний.

Думал, после всего произошедшего у них вообще не будет посетителей, но треть столиков была занята.

— Добрый день, — раздалось справа. Высокий мужчина, одетый в дорогой камзол из мягкой красной материи с золотым шитьем. Отдаленно напоминает лакеев в Императорском замке. — Вы заказывали столик?

— Нет. Но, я надеюсь, у вас найдется уютная комната, где мы могли бы покушать и спокойно поговорить?

— Конечно. Прошу за мной.

Комнату для уединенной трапезы от зала отделяла бархатная занавеска. Стоило войти, как звук зала стал тише, оставшись на самой границе слышимости. По привычке проверил помещение и не нашел ничего подозрительного, кроме заклинания тишины и малой сферы тепла. Скатерть на столе темно-кремового цвета. Три свечи в центре стола, которые первым делом зажег управляющий. Я пододвинул стул для графини, сев напротив. Илина осталась стоять у занавески.

— Обед, легкий полдник? — спросил управляющий. — Если вы впервые у нас, могу порекомендовать рагу из молодого барашка с острыми южными специями.

— Неси, — согласился я. — И вина…

— Горцо, не менее двадцати лет выдержки, — вставила графиня, а глазки у нее заблестели.

— Сию секунду, — управляющий коротко кивнул и поспешил выполнять заказ.

— Когда долго живешь на окраине Империи, постепенно отвыкаешь от всего того, что здесь кажется обыденностью, — сказала графиня. — Особенно, когда легионы наползают на очередное княжество. Мой личный рекорд — один год и семь месяцев жизни в палатке, — она рассмеялась. — Я ведь родилась в Витории, а чувство такое, словно попала в другой и совершенно незнакомый мир.

— К хорошему быстро привыкаешь. Месяц, два и будете думать, что никогда не уезжали.

— Это вряд ли, — она улыбнулась. — Война оставила свои отпечатки, как на наших телах, так и на душах. Хоть последние семь лет я и не принимала активного участия в сражениях. Служила казначеем в Птицах, то есть в шестнадцатом легионе, — пояснила она.

— Через два дня я вернусь к занятиям в академии. Успеем ли создать… как вы сказали?

— Ученический цех. Как только вам будет вручен диплом полноценного мага, нужно будет просто сменить вывеску. Успеем и за один день. Можете спокойно учиться и не о чем не волнуйтесь.

* * *

Нисколько не заблуждался, что с объединением целителей предстоит много работы и головной боли. Даже учитывая, что помогали мне и бывшие военные целители, и кто-то от огненных магов. Настолько высокопоставленный, приближенный к Совету магов и к Императору, что любые вопросы решались на раз. Только узнать его имя не получилось. Все кто был с ним связан, юлили и уходили от ответа как могли. Решив, что лучше один раз потратить время и сделать все основательно, в ущерб учебе выделил неделю на этот вопрос.

Пришлось просить Бристл, через род Блэс найти толкового управляющего. Затем при помощи барона Эрьяна Тенца был составлен устав объединения. Я показывал его Рикарде Адан, более подкованной в таких вопросах, но ни она, ни тем более я, ничего подозрительного не нашли. Кстати, тогда я и узнал, чем же занимался барон Тэнц и почему имел такое влияние на боевых магов. Оказывается, занимал он должность казначея и вот-вот готовился стать главной объединения боевых магов. Предыдущий глава со своими обязанностями уже не справлялся по причине прогрессирующей болезни.

Говоря об огненных магах, то раскол в их гильдии разительно отличался от того, что намечался у меня с целителями. Боевые маги не принимали в свои ряды тех, кто не отслужил в имперском легионе положенный срок. А таких было много. В том числе верхушка аристократии, герцоги и богатые бароны. Плюс те, кто не хотел или боялся убивать себя магической практикой. Вот и получалось, что власти у огненных магов было много, а реальной силы — мало. Боевые маги, в свою очередь, представляли огромную силу и владели большей частью земель Империи. Особенно вдоль ее быстро растущих границ. Поэтому, и тем и другим приходилось считаться друг с другом, идти на компромиссы, договариваться.

Если копнуть глубже, то борьба и интриги среди огненных магов шла нешуточная. Как между новой аристократией и старой. Первые были многочисленны, вторые держали в руках власть. Свидетелем такой борьбы стала столица в ночь, когда два легиона чуть не взяли ее штурмом.

Чтобы объединение официально заработало, нужно было придумать для него название. В канцелярии я брякнул что-то, особо не задумываясь. Так и записали: — «Лавка Га'хья». Данная идиома с языка асверов на общий не переводилось, но к целителям имела непосредственное отношение. Каждый раз, когда рогатые слышали это название, то невольно улыбались.

К концу недели лавка уже принимала первых клиентов. В тот же вечер ко мне в гости зашли представители гильдии ростовщиков. Два богато одетых типа неприятной наружности. Предложили хранить у них деньги. Наглые и бесцеремонные, как будто делали большое одолжение. Послал, не дослушав.

— Берси, — Александра толкнула меня локтем в бок. — Может оставишь в покое эти бумаги хоть сегодня?

— А? — я оторвался от отчета, поднимая на нее взгляд. — Да…, ты права, — я убрал подшитую стопку листов в сумку. — Устал. Читаю и ничего понять не могу… Какая у нас лекция следующая?

— Вот, я про это и говорю, — она накрыла мою ладонь своей. — Последняя закончилась минут десять назад.

Я удивленно оглядел пустую аудиторию. Вроде же только что закончился обеденный перерыв.

— Ты хоть слышал, что говорил магистр Лагос? — недовольно спросила она. — Понятно…

— Алекс, не сердись. Обещаю, что сегодня последний день, когда я этим занимаюсь.

— Обещаешь? — недоверчиво прищурилась она.

— Слово. Все равно разобраться в этой писанине не получается. И слова все знакомые, а в осмысленные предложения не строятся.

— Это твоя «лавка», — она вздохнула. — Ладно, забыли. Со следующей недели начинаются экзамены. А у тебя отчет о практике не готов. Про который напоминал магистр Лагос.