Фантастика 2026-8 - Андрей Северский

Мальчик покачал головой.

— Ясно.

Мужчина с женщиной переглянулись. Им было о чем побеседовать.

— Ты обрадуешься, если мы тебе скажем, что в класс ты больше не вернешься? — Спросил мужчина.

Дарик кивнул.

— Я останусь здесь? — Спросил он.

— Тебя подлечат и отправят в другое место, где ты будешь заниматься по индивидуальной программе. Нужно понаблюдать за тобой.

— Я хочу домой. — Тихо произнес мальчик.

— Это место станет твоим домом. — Пообещал мужчина. — Поправляйся.

Они покинули палату. Их шаги удалились и затихли. Пользуясь наступившей тишиной, Дарик решил попытаться снова убежать в другой мир. Живо представил свою спальню в родном доме, долго пытался создать с ней контакт, но картинка оставалась картинкой, никак не хотела оживать. Он был слаб, чтобы долго находиться в состоянии высокой концентрации мысли. Бросив бесплодные попытки, ощутил себя обессиленным и, полежав немного, уснул.

Проснулся, когда снова услышал разговоры в коридоре. В палату вошли два человека с каталкой на колесиках. Ничего не объясняя, переложили его на нее и вывезли в коридор. Дарик решил, что это санитары.

— Куда мы едем? — Спросил Дарик.

— Переезжаем. — Немногословно ответил санитар в ногах.

Его выкатили на улицу под свет вечернего солнца. Воздух еще не растратил вечерний зной. От стен дышало жаром. Дарик не узнал здание, в котором находился. Его точно не было на территории интерната. Зацокали копыта. На мощеной дорожке появилась квадратная повозка, изготовленная из пластика, совсем не похожая на деревянные повозки кочевников, обильно украшенные резьбой.

— Идти можешь? — Поинтересовался санитар.

— Да. — Дарик свесил ноги с каталки и легко спрыгнул.

Санитары усмехнулись.

— Нам сказали, что ты чуть живой.

Мальчик усмехнулся. Дверь повозки открылась. Пространство внутри нее освещала электрическая лампочка, что было удивительно. Хьюкоши не особо стремились внедрять технологии в свой быт, считая, что с ними добавляется куча проблем. У них не было заводов, фабрик и прочего, что поддерживало бы электрификацию. Все технологичное, чем они пользовались, было привезено из миров, населенных неполноценными. Даже оседлые хьюкоши, жившие не одно поколение в городе, в менталитете своем имели кочевой взгляд на жизнь.

Дарик забрался в повозку. Там его ждала дама, одетая по здешним меркам необычно, но привычно по меркам мальчика. На ней были синие джинсы и майка, туго обтягивающая бюст. На ногах скромные ботиночки. На запястье левой руке часы с золотым браслетом. Почему-то Дарик сразу испытал к ней расположение. Наверное, так одевалась его мать, и это вызвало приятные параллели.

— Привет. — Поздоровалась женщина. — Меня зовут Кайтина. Теперь ты будешь жить у меня.

— Зачем? — спросил Дарик.

— Затем, чтобы некомпетентные люди не сгубили такой талант. — Туманно пояснила женщина. — Все, что они умеют, это сталкивать людей лбами, чтобы вырастить из них породу бойцовских собак. Я слышала, у тебя даже были успехи в этом направлении. Долго смеялась, когда мне рассказали о пострадавшей учительнице. Они такого обращения честно заслужили.

— Мне стыдно перед ней. — Признался Дарик. — Она не хотела пускать моего папу, а я из-за этого сильно разозлился. Потом мне сказали, что папы не было, а была какая-то психограмма.

— Скорее всего, они были правы. В обучающие заведения просто так не попадешь.

Повозка мягко тронулась с места. Ее не трясло на мощеной дорожке, как кибитку кочевников. Мальчику казалось, что она едет почти так же мягко, как машина деда.

— Вы тоже не отпустите меня домой? — Спросил он.

— Пока нет, но дальше будет видно. — Ответила она уклончиво.

— Что для этого надо будет сделать? — Напрямую спросил Дарик.

Кайтина широко улыбнулась.

— Смышленый. Ты мыслишь именно так, как я ожидала, прагматично и целенаправленно. Так быстро не расскажешь, что нам потребуется. Мы будем изучать тебя, проверять реакцию, чтобы знать точно границы твоих возможностей. Понимаешь в чем разница между нами и неполноценными?

— Мне не нравится это слово. — Резко заявил Дарик. — Мои родители тоже относятся к ним, а они намного умнее и лучше, чем все, кого я видел у вас.

— Прости. — Кайтина развела руками. — Забыла. Мы привыкли так их называть, что даже перестали вкладывать в это слово какой-то дискриминационный смысл. Так вот, между нами есть существенное отличие. Такие люди, как твои родители, развиваются через изменение внешней среды под свои нужды. А мы, хькоши, больше направлены внутрь себя, на адаптацию под условия внешней среды. Так мы достигли успехов в способности преодолевать границы миров, но совершенно потеряли способности к созданию сложных вещей. Ты понимаешь это?

— Хм, да, наверное. — Неуверенно признался Дарик. — Мы в Транзабаре больше похожи на вас, потому что там все умеют проницать миры. А вот в мире, где живут родители папы и родители мамы все по-другому. Особенно у папиных. Там есть очень сложные и умные устройства, симулирующие внутри себя целые миры, которыми можно управлять.

— Ты говоришь о компьютерах? — Спросила Кайтина.

Дарик выставился на нее.

— Я думал…

— Ты думал, я такая же тупая, как твои воспитательницы? У тебя будет компьютер, и ты покажешь нам, что умеешь на нем делать.

Женщина понравилась Дарику еще сильнее. Спустя всего несколько минут разговора он понял, что доверяет ей и счастлив, что больше не вернется в интернат, вызывающий у него приступы мизантропии.

Город, по которому они ехали, напоминал сад с большим количеством цветущих кустов. Они росли везде, вдоль дороги, по которой они ехали, в садах, на аллеях, по которым прохаживались люди. Воздух был напоен ароматами лета. В какой-то момент карета, после долгого подъема, выехала на длинную прямую улицу, оканчивающуюся бесконечной синевой.

— Там вода? — Дарик указала пальцем в окно.

— Это море. Ты не был на море? — спросила Кайтина.

— Был, много раз. Мама не любит море, потому у нее шерсть. Когда она мокрая, выглядит очень смешно. — Простодушно рассказал мальчик.

— Постой, так твоя мать и отец… разные? Ну, я имею в виду, они не принадлежат одному виду людей? — Кайтина была сильно удивлена.

— Да, они из разных миров. Папа называет маму кошкой, а мама папу макакой.

— Ха. Они у тебя большие оригиналы. Понятно, в такой семье и дети не будут обыкновенными. — Спутница Дарика задумалась.

— Вы о чем? — Спросил мальчик.

— О тебе Тульп.

— Меня зовут Дарик. Имя мне придумали в интернате, и оно мне совсем не нравится. — Признался мальчик.

— Хорошо, я буду звать тебя именем, которое тебе нравится, хотя на мой слух оно совсем непривычное и неприсущее хьюкошам.

— У жителей Транзабара нет самоназваний, все мы люди, откуда бы не пришли. — Повторил Дарик мысль, которую неоднократно доносили ему родители и Антош. — Я не хьюкош и не хочу им