Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

— Можно присесть? — спросил я.

— Да, конечно. Воды? Или что-нибудь покрепче? У вас ведь сегодня день рождения…

Я взял книжечку и уселся в кресло. Пока я думал, что отвечать, полицейский не дождался и налил мне шнапса.

— Проклятье, забыл что вы на машине, — спохватился он.

— Да ладно вам — просто хотите меня угробить, как все остальные жителя Гретзиля. Я привык, не беспокойтесь, пожалуйста.

Я отпил из стакана. Полицейский почувствовал себя неловко. Совестливый, похоже.

— Им есть за что?

— Конечно! Из-за нелюбви к черному цвету. Я его, кстати, тоже терпеть не могу. И не ношу никогда. Так. Я правильно понимаю, что в этой коробке оригиналы архивных документов? Можно взглянуть?

— Да. Но на вашем месте я бы сначала ознакомился с новым паспортом. Туда были перенесены все важные данные о вас. Сейчас выпустили новый формат документов для всех, кто связан с магией. Все важные сведения заносятся туда. Это как мини-архив теперь. Экономит время полицейским службам, минуя процедуру официальных запросов.

— Плесните мне ещё на всякий случай.

Я думал, откажет, но он исполнил просьбу. Точно угробить хочет.

Я раскрыл книжечку. Прочел свое имя.

Эгихард Фрайхерр Райнер-Наэр…

Отлично — оказаться внезапно в аристократах вместо бауэра-конезаводчика… Я, конечно знал, что принадлежу к древнему роду, но не подозревал, что отец был бароном.

Под именем стояли дата рождения, место рождения, обозначенное загадочным Д. О. А., и две графы. В первой значилось «Чёрный маг», во второй — «Вне категорий». Что бы это значило?

Дальше шел лист, напоминающий по содержанию свидетельство о рождении — там были вписаны имена родителей и кем они являлись. С именами никакого открытия не было. Теодерих Райнер и Мэйв Наэр. Кроме тоже аристократической приставки «Фрайхерр» к имени отца. Под именами стояло что оба являются темными магами, седьмого и десятого уровня. Итого, очень слабыми магами.

На втором и третьем разворотах обнаружились два генеалогических дерева. К сожалению тут рядом с именами не имелось обозначений магической принадлежности и силы. А то бы я с интересом поискал, в кого это я из родственников такой?

На следующем развороте стояли штампики с обозначениями объектов владения недвижимостью. Я сперва даже не понял, что это такое.

Я раза три пробежал взглядом по списку, чувствуя как по спине течет холодный пот.

Мелькнула мысль, что мне сейчас просто пустят пулю в голову и государство обогатиться на миллионы, если не на миллиарды.

— Как такое возможно? — произнес я с неверием, оторвав взгляд от книжечки и посмотрев на полицейского.

— Мы не знаем. Но деньги поступали на ваш счет со счетов, принадлежащих различным земельным Гильдиям магов. Финансовая проверка нарушений не нашла, все налоги с доходов — оплачивались. С вашей недвижимости — тоже.

— Принадлежащим Гильдиям магов? — произнес я задумчиво.

Перевернул страницу и уставился на очередное…

На всю страницу стояла цветная гербовая печать Объединенного совета Гильдий, в центре ее в специальной графе было вписано мое имя и что я нахожусь как последний чёрный маг под защитой магической Гильдии.

Глава 4

Внизу под гербовой печатью Гильдии в углу скромно стоял штамп Управления по делам магии с подписью, что вышестоящее заявление Гильдии с полицией согласовано. Просто «прекрасно». Какого черта тогда они недавно целились в меня?

Я поднял взгляд на полицейского.

— Прошу прощения за небольшую провокацию, — он словно прочел этот вопрос на моем лице. — Но мы должны проверить вашу реакцию и адекватность.

— И что я не могу колдовать?

Он кивнул.

— Рискованные вы люди, — заметил я.

Я положил паспорт на стол и взялся за коробку. Там обнаружились старые свидетельства о рождения, несколько, созданных в разное время, генеалогических древ. Некоторые оказались настолько ветхими, что казалось, что бумага просто рассыплется от прикосновений. Я просмотрел, какой магической силой владели обозначенные там родственники, но выше пятого уровня ни у одного тёмного мага не нашлось. Родословные уходили вглубь веков примерно на тысячу двести лет. Прилично. Но кто знает, что было еще раньше?

Под документами нашлось несколько семейных фотографий, в том числе общих. Я посмотрел на одну такую. Мать с отцом стоят в центре, вокруг них четверо старших братьев, четыре сестры и я, самый младший по центру перед родителями. Когда все они погибли, мне было девять. Фотография, как мне показалось, была сделана года за два до этого.

Я сложил все обратно в коробку, посмотрел на полицейского.

— Можете забрать, — сказал он. — Мы все данные занесли в архив. Сняли для себя фотокопии.

— Всё это замечательно, но я не увидел доказательств, дающих мне право иметь чёрный паспорт.

— Это секретная информация.

— В смысле?

— Гильдия предоставила нам доказательства, договорившись с нами о вашей защите и все мы подписали бумаги о неразглашении.

Я уставился на него.

— Как такое возможно? Вы вообще, меня не разыгрываете?

— Тут вам не театр, — оскорбился он. — С вопросами по этому поводу обращайтесь в Гильдию.

Я помолчал, переваривая информацию. Мозги у меня уже кипели от всего.

— Теперь я могу идти?

— Да. Старый паспорт, Эгихард.

Я упер в полицейского взгляд.

— Сколько?

— Что сколько? — не понял он.

— Я хочу оставить старый паспорт себе. А еще лучше, получить тот, который был выпущен к совершеннолетию.

— Я не собираюсь нарушать закон, — сказал полицейский.

Я обернулся к прислушивавшимся к нашему разговору его сотрудникам и не подумал понижать голос. Оглядел их с ног до головы, обвел взглядом стены кабинета.

— Сколько? — повторил я. — Я не лично вам предлагаю. Это будет благотворительный взнос. Отремонтируете здание. Купите все что угодно на нужды Управления. Выплатите всем своим людям премию. Придумайте сами за что.

— Зачем вам другой паспорт, не понимаю…

— Не понимаете, какая у людей будет реакция, когда они увидят это? Правда? — Я повертел перед ним чёрную книжечку.

— Там имеется страница с информацией, которая разрешит все недоразумения и…

Он смолк, увидев скепсис на моем лице. Я достал чековую книжку и перьевую ручку. Полицейский вновь глянул куда-то за мою спину.

— Уберите, — негромко сказал он мне. — Я начинаю понимать, почему люди Гретзиля вас не любят. Не всё можно купить…

— Я уже говорил, что благотворительность для Гретзиля