Фантастика 2026-86 - Женя Юркина

Я неспешно приблизился к мужчинам, замершим около запертой двери шестьсот восьмой комнаты. Постарался, чтобы Харя и Ряха оказались передо мной почти на одной линии. Помахал рукой перед своим лицом: отогнал от него клубы табачного дыма. Заодно и подготовился к нападению – надобности в защите пока не заметил, хотя квартет студентов и выглядел грозно.

Ряхов первый оправился от удивления. Он усмехнулся и ответил, что принёс мне вовсе не кровать. В двух десятках слов Ряха обрисовал принесённый мне подарок, который я так и не вообразил. Он обозвал меня самкой собаки, представителем сексуального меньшинства и эрегированным мужским половым органом. Шагнул вперёд – оставил за спиной своих пока неподвижных спутников.

Мне показалось, что Ряхову сейчас было весело. Он словно убедил себя: недавнее происшествие в шестьсот восьмой комнате ему приснилось. Потому-то что он бесстрашно и пошёл мне навстречу, замахнулся трубой. Я заметил, что в другой его руке дымилась будто бы позабытая сигарета. Её серый дымок змеился на фоне лица Прошина, которое выглядывало из-за плеча Ряхова.

Я встретил Ряхова ударом в солнечное сплетение. Резким, но несильным. В тот самый миг, когда труба в руке Ряхова достигла наивысшей точки: своим концом она уставилась на покрытый тёмными пятнами потолок.

Второй удар я нанёс в ничем не прикрытую челюсть Ряхи. Показалось: я бил не по живому противнику, а по резиновому манекену. Потому что Ряхов не защитился и не увёл свой подбородок с траектории удара.

– … Ять! – услышал я голос Прошина.

Увидел, что Ряхов закатил глаза.

Спутники «вырубленного» Ряхи всё же пошевелились.

Прошин рванул в мою сторону. Его соратники ошарашено приоткрыли рты и вскинули перед собой руки – будто бы досрочно попросили пощады (но палки они не бросили).

– … Ять! – повторил Харя.

Он едва не столкнулся со своим нокаутированным дружком.

Ряхов рухнул на испачканный плевками и сигаретным пеплом пол. К ногам своих приятелей. Харя шагнул через него и словно турнирным копьём ткнул в направлении моего лица металлической дубиной.

Я уклонился – зарядил для удара левую руку.

– Убью! – выдохнул Прошин… за секунду до того, как я хуком припечатал левую руку к его оттопыренному уху.

Харя вздрогнул всем телом и выронил оружие.

Блестящая труба свалилась на линолеум в паре сантиметров от пальцев моей правой ноги.

Я отметил этот факт, когда пробил Прошину в подбородок. Прошин дёрнул руками, точно попытался взлететь. Он будто бы испугался прозвучавшего внизу около его ног шипения.

Я присел и припечатал кулак к лицу пошевелившегося на полу Ряхова. Сразу же продублировал удар – вырубил Ряху совсем не боксёрским «добиванием». Уклонился от рухнувшего лицом вперёд Прошина.

Выпрямился и снова сжал кулаки.

Посмотрел на так и не бросивших металлические дубины мужчин. Отметил, что те с начала схватки так и не сдвинулись с места.

Пробормотал:

– Здрасьте…

Перешагнул через Ряхова. Поочерёдно отвесил по двоечке в корпуса изобразивших деревянных истуканов парней.

Парни послушно согнулись и встали на колени. Всё же выронили не пригодившиеся им «волшебные палочки». При этом выкрикнули заклинания, подозрительно похожие на ругань. Словно попытались меня испепелить.

Я усмехнулся и покачал головой. Потому что колдовство явно не сработало. Поочерёдно растоптал шлёпанцем дымившиеся на линолеуме сигареты. Ногой отбросил потушенные окурки к стоявшей около лестницы пластмассовой урне.

Заметил: спутники Ряхова и Харина отдышались, встали на четвереньки.

– Что за дела, пацаны? – спросил я.

Услышали меня только двое (Ряха и Харя пока не вышли из нокаута).

Парни приподняли головы и с нескрываемой обидой в голосе поочерёдно сказали:

– Ты чего, сержант? Что мы тебе сделали?

– Мы вообще… просто стояли! Что за дела?

– Вы и теперь просто стоите, – ответил я. – Только на коленях. Почти ничего не изменилось, пацаны. Кроме вашего настроения. Разве не так? Какого лешего вы сюда припёрлись? Я вас не звал.

Я шагнул в сторону перил, чтобы Харя и Ряха, когда очнутся, не дотянулись до моих ног.

– Это… сержант, мы просто поговорить хотели! – сказал парень.

Он первым встал с колен (розовощёкий пухляш).

– Чего ты на нас наехал-то? – спросил второй (кудрявый).

Он тоже поднялся на ноги и тут же прижал ладонь к правому боку, куда недавно врезался мой кулак.

Я развёл руками и заявил:

– Никаких наездов, пацаны. С чего вы взяли? Я всегда так встречаю гостей. Тех, которые приносят мне вот такие палочки. Какие подарки, такая и встреча. А вы чего от меня ждали? Хлеба с солью?

Я ногой оттолкнул металлическую трубу в сторону от уже пошевелившегося Ряхова.

Пухляш и кудрявый взглянули на ножки от кроватей, но не подняли их с пола. Они попятились, всё ещё недовольно кривили губы. На ногах они стояли неуверенно, словно пьяные.

– Это… сержант, мы ж так… просто пришли, за компанию, – сообщил пухляш.

Он дёрнул плечом.

– Вот и огребли за компанию, – сказал я. – Это вам, парни, моё первое сержантское предупреждение. Лица я ваши не тронул – на этот раз. В следующий раз разобью вам морды. Гарантирую. Вашим приятелям я тоже самое недавно пообещал. Вот этим.

Я показал рукой на Порошина и Ряхова.

Ряхов приподнял голову, растерянно поглядел на меня (он явно ещё не сообразил, где находится и что произошло), слизнул с губы кровь.

– Это… сержант, мы всё поняли, – сказал кудрявый. – Честное слово. Может, мы… это… пойдём?

– Вопросов нет, сержант, – сказал пухляш. – Всё понятно. Мы не при делах.

Пухляш и кудрявый посмотрели мне в лицо.

– Ладно, – сказал я. – Идите, пацаны. Претензий к вам больше не имею. Пока.

Махнул рукой, словно отогнал от себя муху.

Пухляш и кудрявый сошли с места и тут же замерли, когда я добавил:

– Имейте в виду, парни. Если снова припрётесь к моей комнате с такими вот палочками… или ещё с чем. В итоге вас ждут только два варианта. Присядете на нары, если меня убьёте. Или ляжете на больничную койку, когда я… немного перестараюсь. Это вам ясно?

– Ясно… сержант, у нас к тебе претензий нет, – заверил кудрявый.

– Вообще никаких нету, – подтвердил пухляш.

В подтверждение своих слов он прижал ладонь к груди напротив сердца.

Ряхов хмыкнул и громко сплюнул на пол.

– Тогда уходите, парни, – ответил я. – Ваши приятели уже очнулись. Один – так точно. Пушки замолчали. Пришло время для дипломатии. Я пообщаюсь с вашими друзьями. С глазу на глаз. Обсужу с ними мирное соглашение, так сказать. Не возражаете?

Пухляш и кудрявый покачали головами.

– Нет, конечно! Какие возражения?

– Общайтесь. Мы тут вообще ни при чём!

Ряхов