Лучшие из мертвых. Яд для живых - Николай Андреев

…Всю ночь Храброву снились кошмары. Мутанты нападали на него, и он с трудом отбивался от врагов. Порой казалось, что смерть неминуема, однако каждый раз Олесь выскальзывал из их огромных рук. И вот впереди забрезжил свет. Юноша бросился туда, а сзади раздавалось злобное рычание мутантов. В тот момент, когда Храбров выскочил из засады, топор вампира отрубил ему левую руку. Русич резко закричал от боли.

Олесь открыл глаза и с удивление обнаружил себя на полу. Одеяло было отброшено далеко в сторону, а испуганная и побелевшая Веста сидела на кровати. На возглас с мечом в руке в комнату вбежал Аято. На нем совершенно ничего не было надето, но это мало волновало японца.

— Что случилось? — взволнованно спросил Тино.

— Сон, — выдохнул юноша. — Давно таких кошмаров не снилось.

— Говори быстрее, пока свежи воспоминания, — потребовал самурай, опуская оружие и присаживаясь на кровать.

Рассказ много времени не занял. Зато обдумывал его Аято не менее получаса. Он сходил в свою комнату, оделся, а когда вернулся, произнес:

— Сегодня что-то произойдет. Надо готовиться к походу. Судя по всему, мы вырвемся из ловушки. Но левая рука… Пока я не могу найти объяснение этому знаку. Ясно лишь, что боги вновь предупреждают тебя.

Спустя два часа вся группа завтракала в общем зале. Разговор явно не клеился. Аланки торопили наемников. Однако те не знали, как оторваться от преследователей, и потому бездействовали. Даже сейчас весь отряд Коуна разместился в каких-то десяти шагах от группы. Где-то рядом находились и властелины пустыни.

Замкнутый круг. Именно в этот момент Олан и увидел Сфина. Бродяга явно преобразился за последние дни. Чистая одежда, вымытое лицо, подстриженные волосы. На возглас от отреагировал с юношеским порывом:

— Ах, вот вы где? — ничуть не стесняясь, закричал морсвилец. — А я ищу вас уже двое суток.

— Интересно, зачем? — сквозь зубы процедила Олис.

— Чтобы выразить свое восхищение и благодарность, — искренне ответил Сфин. — Вы прошли сквозь строй чистых, словно нож сквозь воду. Ни один из этих ублюдков не успел даже поднять оружие. А уж как я радовался, что вам удалось выбраться из сектора! И вижу, все целы и невредимы. Невероятно!

— Хватит лести. Скажи лучше, причем здесь благодарность? — поинтересовался Кайнц.

— Как причем? — удивленно воскликнул бродяга. — Я теперь богат. Вы прикончили Шона, и у меня было достаточно времени покопаться в его запасах. Бог мой, чего я там только не нашел. Три дня я перетаскивал это добро в Нейтральный сектор. Пару раз натыкался на воинов чистых, но всякий раз удавалось откупиться. Теперь сбылась моя мечта — я обосновался на этой территории твердо и надолго.

— Что ж, поздравляем, — усмехнулся Тино. — Хоть одному человеку от нашего пребывания здесь стало лучше.

— О, я вижу, у вас снова проблемы! — произнес морсвилец. — Готов помочь, и на этот раз совершенно бесплатно.

Разведчики дружно повернулись к Сфину. Нет, он вовсе не шутил. И что самое главное, в его словах сквозила уверенность и твердость. От грязного, безвольного человека не осталось и следа. Только теперь наемники поняли, почему бродяга выживал во всех секторах города. За неказистой внешностью скрывался большой ум, холодная расчетливость и смелая натура. Сфин был авантюристом, но в хорошем смысле этого слова. Каждый свой шаг, каждый поступок морсвилец просчитывал до мелочей. Даже тогда, когда он отказался от поединка, все было предусмотрено. Лучше стать голодным оборванным изгоем, чем обедом для мутанта. Сфин выбрал наименьшее зло.

— Нам надо незаметно выбраться из Нейтральной зоны, пройти через сектор Гетер и покинуть город. Но предупреждаю, за группой постоянно наблюдают властелины пустыни и отряд чужаков. Они не спускают с нас глаз даже ночью, — чистосердечно вымолвил Олесь.

— Это непростая проблема, — согласился тасконец, усаживаясь на свободный стул. — Нейтралка хорошо расчищена, а дороги контролируют стражи порядка. Однако кое-какие мысли у меня есть. Пару раз я пробирался в сектор через подземные тоннели. О них знают только бродяги. Думаю, что за сутки мне удастся найти безопасный маршрут.

— Великолепно! — выдохнула Салан. — За пять минут решено то, над чем билась шесть суток вся группа.

— Шесть суток? — рассмеялся Сфин. — Порой вы удивляете меня своей наивностью. Сотни людей ищут эти тоннели годами и умирают, так и не добравшись до них. Мне же просто повезло — кое-какая информация, реплики случайных товарищей, старые книги…

За этими словами скрывалось вовсе не везение, а длительный напряженный труд. Только путем сложнейших аналитических размышлений можно было выйти на подземную сеть тоннелей. И их собеседнику это удалось.

Разговор неожиданно оборвался. Морсвилец испуганно приподнялся со стула. На его лице застыла маска страха и ненависти.

Невольно все разведчики проследили за взглядом бродяги. Сомнений не было — он смотрел на огромного вампира, вошедшего в зал. Такого экземпляра наемники здесь еще не видели. Огромный гигант ростом более двух метров и весом не менее ста пятидесяти килограммов стоял у входа, широко расставив ноги и иронично посматривая на посетителей заведения. Мутанта сопровождала свора прихлебателей и подхалимов числом не менее десятка.

— Кто это? — спросил самурай.

— Непобедимый Эрош, — выдавил со злостью Сфин. — Помните, я рассказывал вам историю о поединке с вампиром-монстром. Так вот, это его сын. Ублюдок похлеще отца. И он пришел в «Грехи и пороки» не случайно. Ищет очередную жертву.

— Но ведь это заведение мутанты почти не посещают? — удивилась Кроул.

— Правильно, — кивнул головой морсвилец. — Эрош не любит сражаться с себе подобными. И риск больше, и удовольствия меньше. Он потешается либо над чистыми, либо над трехглазыми.

Тем временем, вампир не спеша двинулся к стойке. Все, что было на его пути, просто сметалось. Люди в страхе отбегали в сторону. Связываться с гигантом ни у кого желания не возникло. О силе и свирепости Эроша ходили легенды. И к сожалению, большая часть из них была достоверна.

— Этот мерзавец уже лет пять третирует весь сектор. Он задирается по малейшему поводу и тотчас вызывает соперника на поединок. Итог, думается, вам понятен. Либо смерть, либо отказ со всеми вытекающими последствиями, — сказал бродяга.

Мутант заказал себе вина и залпом осушил огромный бокал. Раздался его хриплый, отвратительный смех. То и дело указывая на кого-нибудь пальцем, вампир говорил что-нибудь оскорбительное. Хор подхалимов услужливо хихикал. Между тем, рядом с барменом появился Нил Броун.

Взглянув на сломанные стулья и столы, разбитую посуду, он требовательно произнес:

— Эрош, ты опять устроил в моем заведении погром. Мне это начинает надоедать. Я не воин и биться