Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

— Кстати, мой насредник, как и вы, боевой офицер. И пусть досружирся торько до чина кайгун тайи, что соответствует вашему капитан-рейтенанту, зато с первого и до посреднего дня войны ретар на истребитере «Джинсоку», посредние семь с поровиной месяцев командовар звеном, вместе с напарником сжег двадцать два вражеских корабря и награжден двумя орденами, один из которых — орден Зоротого Коршуна — вручается торько за выдающиеся боевые засруги и считается одной из самых почетных наград Империи Восходящего Сорнца. Говоря иными сровами, вы, Йенсен-доно, ваши грубокоуважаемые напарницы и Наоя — рюди войны. И я уверен в том, что вы обязатерьно найдете общий язык. А теперь, ери вы не возражаете, я оставрю его на ваше попечение и пообщаюсь с коррегой из Тройственного Союза…

Я бы возразил. С превеликим удовольствием. Так как не горел желанием ни возиться с «человеком войны», ни постоянно кланяться. Но японцы были нашими союзниками, и посылать лесом их посла было бы, мягко выражаясь, неблагоразумно. Пришлось обмениваться с Сугаварой-старшим очередными поклонами, брать на прицеп младшего и мысленно искать положительные стороны в обретении этого балласта. И они, как ни странно, нашлись — его присутствие рядом с нами позволяло «вынужденно бортовать» как бы не две трети желающих с нами поболтать.

Кстати, «каплей» разговаривал по-русски не так бегло, как его папаша, тоже не выговаривал букву «л», нисколько не стеснялся выражать свои мысли и… оказался достаточно болтливым. Впрочем, с демонстрацией уважения и комплиментами не перегибал, к моим девчатам не клеился и задавал только те вопросы, которые наверняка не были закрыты подписками. А еще наверняка читал мое досье, не пил спиртное и, по моим ощущениям, не играл. В смысле, не пытался любой ценой навести со мной мосты, а вел себя так, как привык, и не разочаровывал. Так что я отвечал все распространеннее и распространеннее и задавал встречные вопросы. Вот и допрыгался. До нешуточного удивления:

— Йенсен-доно, скажите, пожаруйста, вы много изучать наша Империя Восходящее Сорнце, верно?

— Нет, Сугавара-доно, не интересовался… — честно признался я. — Меня тренировали ваши соотечественники. Вот я всякого-разного и нахватался.

— Вы заниматься боевой искусство?

— Скорее «занимаюсь». То есть, тренируюсь и сейчас. Самостоятельно.

— А какой именно, есри не секрет?

— Карате Годзю-рю.

— Интересный вы ричность… — задумчиво пробормотал он, на несколько мгновений ушел в себя и обезоруживающе улыбнулся: — Но карате не удиврять — я смотреть видео с ваш «Борей» и потерять горова от добрый зависть…

Глава 3

13 сентября 2470 по ЕГК.

…Быстренько свалить с приема не получилось — в районе одиннадцати вечера мне прилетела еще одна пачка особо ценных указаний от Цесаревича, поэтому мы были вынуждены проторчать в Мраморном зале аж до половины второго ночи. А после того, как большая часть гостей «куда-то» испарилась, поймали новый трекер, извинились перед очередными собеседниками, встали на рекомендованный курс, подошли к дверям не для простых смертных и были препровождены в рабочий кабинет наследника престола.

Игорь Олегович, судя по мути во взгляде, задолбавшийся в разы сильнее нас, не стал тянуть кота за причинное место, жестом предложил рассаживаться вокруг стола, подождал, пока мы выполним распоряжение, устало потер лицо и вымученно улыбнулся:

— Прием удался на славу: мы привлекли правильное внимание к пакету законов, корректирующих отношение Империи к союзным и всем остальным государственным образованиям, продемонстрировали жесткость имеющейся позиции и уважение к ветеранам войны, еще раз показали тыловым крысам их нынешнее место, заметно усилили стены коридора возможностей, в который уже два с лишним месяца загоняем крупных промышленников, разрушили два союза оппозиционных дворянских родов, вынудили переметнуться на нашу сторону десяток колеблющихся и так далее. Первые результаты наших трудов уже появились и радуют. К примеру, Кнуд Третий, Ольденбург, уже прислал государю сообщение, в котором извинился за хамское поведение своего посла, перечислил впечатляющую виру, попросил не держать зла и пошел на ряд по-настоящему нужных уступок. А реакция дипломатов и глав влиятельнейших дворянских родов на результаты начинания Сугавара Масатомо даже веселит — «великие стратеги», пытавшиеся, но так и не сумевшие подвести к вам ни одной премиленькой родственницы, переигрывают планы, готовят программы подготовки ваших потенциальных друзей и, конечно же, всеми правдами и неправдами собирают записи фрагментов ваших разговоров с Сугавара Наоей. Дабы вдумчиво проанализировать и придумать идеальный алгоритм подвода своих людей…

После этих слов он признался, что часть фрагментов сгенерирована искином дворцового комплекса в ключе, требующемся Ромодановским, и уже «слита в народ» через специально обученных людей, перекинул на мой обычный счет виру Ольденбургов, поблагодарил нашу команду за «идеально выполненное поручение» и поинтересовался результатами тренировочной недели.

Этот вопрос был из категории очень нужных, поэтому я озвучил заранее подготовленный ответ:

— На «Семаргле» прыгали только мы с Мариной Вадимовной. Убедившись в том, что в состоянии затягивать его на струны с коэффициентом сопряжения за три целых две десятых, решили, что поднимать потолки возможностей еще выше нет смысла, и считаем нужным «пересесть» на легкий крейсер. Причем, по возможности, получить его на Индигирке. Туда же желательно перегнать и этот «Семаргл» в качестве третьего корабля в линейке тренировочных бортов будущих пилотов личного линкора государя.

Игорь Олегович задал добрый десяток уточняющих вопросов по этой теме, пообещал выделить нужные корабли и спросил, как успехи у моих младших напарниц.

Я пожал плечами:

— Уверенно прогрессируют — четверо суток абсолютно самостоятельно прыгали на «Наваждении» и, в конечном итоге, по очереди затянули его на слабенькую «троечку».

Наследник престола уважительно хмыкнул, поздравил девчонок с этим достижением и снова сменил тему беседы. В смысле, полюбопытствовал, не передумал ли я вызывать Власьева с Верещагиной на Белогорье.

— Передумал… — честно сказал я, объяснил, по какой причине, получил очередной карт-бланш, заметил, что Ромодановский оживился, и подобрался. Как оказалось, зря — он просто-напросто решил, что мы обсудили все рабочие вопросы, а значит, имеем полное право немного расслабиться. Вот и устроил нам виртуальную экскурсию по строящемуся «Зубастику». И пусть до ввода корабля в строй было еще очень далеко, мы получили море удовольствия. Так что, прощаясь с Цесаревичем, пребывали в прекраснейшем настроении.

Пока шли по хитросплетениям коридоров, обсуждали красоту всего, что попадалось на глаза. А после того, как добрались до «Бореев», организовали конференцсвязь и тронулись с места, Маша высказала мысль, веселившую нас всех:

— А ведь в «Игле» нас наверняка ждут…

— …