Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев

Володи Лермонтовича блестит эмалью значок «Гвардия», красная звезда в центре, белый фон, золотой венок и красное знамя сверху. Внизу надпись «СССР». Из-за эмали все цвета на значке очень контрастные и невероятно сочные, белый фон переливается перламутром, а красное знамя светится насыщенным рубином.

— Ого. Дай-ка сюда. — солдат забирает значок у Володи и пристально разглядывает его: — точно достал. Молодец Вольдемар. Смотри-ка… а где достал? Украл поди?

— Ничего не украл. — вступается за друга Никита: — я у отца с кителя снял. У меня папа военный.

— Даже так. — солдат прячет значок за пазуху: — ну тогда все в порядке. Спасибо за значок, Вольдемар и его друг с папой-военным. Пока.

— Что⁈ Мы так не договаривались! Ты же обещал! А ну верни значок! — сжимает кулаки Володя. Солдат хмыкает и треплет его по голове, взъерошив волосы. Лермонтович — вырывается и бросает на него бешеный взгляд.

— Да не ссы, Вольдемар, солдат ребенка не обидит. — скалит свои желтоватые зубы солдат: — пошутил я. Принес я все, принес. Вот. — он вынимает руку из кармана: — смотри.

— Ого… — Володя и Никита задерживают дыхание глядя на зеленую рубчатую поверхность: — это же…

— Оборонительная граната Ф-1. — кивает солдат: — в полном комплекте, с запалом. Выпрямляешь усики, выдергиваешь кольцо, прижимаешь пальцами предохранительную чеку и бросаешь. Как чека в сторону отлетит — у тебя ровно три секунды чтобы не отсвечивать, а разлет осколков у этой дуры — триста метров. Был бы… если бы это была настоящая граната.

— Что? — поднимает голову Володя: — но я думал, что ты настоящую принесешь!

— Ага, чтобы вы себя на ней подорвали, малолетние идиоты? — солдат снова треплет Володю по макушке: — это учебная. Но не спеши расстраиваться… вот смотри. — он выпрямляет усики шпильки и выдергивает кольцо.

— На, держи. — кладет кольцо со шпилькой в руку Володи Лермонтовича: — а теперь главное запомни куда чека отлетит, у меня всего два УСМ, то бишь ударно-спусковых механизма. Вот эта металлическая трубка с чекой. Ну и запалов штук десять, а УСМ всего два, потеряешь чеку — останешься без нее. Вот смотри… — он бросает гранату в песок неподалеку, слишком близко, буквально в нескольких шагах. В воздухе серебристой рыбкой мелькает скоба предохранительной чеки и раздается негромкий хлопок.

— Сработал запал. И раз, и два, и три… — солдат успевает сказать «три» и в этот момент гремит самый настоящий взрыв! Володя с Никитой — чуть приседают.

— Вот! — удовлетворенно говорит солдат: — почти как настоящая. У нее дырка в корпусе, учебный запал совсем как настоящий, с задержкой на три секунды, только хлопок вместо взрыва, вот и все. Учебный запал просто пыж выбивает через дырку, туда же и газы от взрыва отходят. А корпус учебной гранаты и УСМ можно по новой использовать, только новый запал вкрутить и все. Запомнили куда чека отлетела?

— А? — переспрашивает Володя, глядя на корпус учебной гранаты. Было громко! Очень громко!

— Я говорю — потеряете чеку, потом не найдете. Вот. — солдат достает из кармана несколько металлических стержней: — учебные запалы. И еще один УСМ. Держи. Сейчас… — передав все ошалевшему Лермонтовичу он делает несколько шагов и подбирает учебную гранату. Выкручивает из нее УСМ.

— Видишь? — он демонстрирует ребятам покрытый гарью и копотью корпус запала: — выкручиваешь старый запал и вкручиваешь новый. Потом предохранительной скобой поддеваешь ударник, вставляешь шпильку с кольцом и усики разводишь. Вкручиваешь в гранату и вуаля, сеньоры — у вас снова все готово к употреблению. Так что вот так. Нет, ну если ты не хочешь меняться, так я тебе твою «Гвардию» верну, а ты мне все остальное и разойдемся как в море корабли…

— Нет! — Володя поспешно забирает учебную гранату из рук у солдата, с благоговением ощущая ее тяжелую, ребристую поверхность: — мы согласны! Спасибо большое! Спасибо!

— Дай мне подержать! — не выдерживает Никита: — дай глянуть, ну!

— Вы лучше чеку найдите, она где-то тут валяется. — говорит солдат: — а то только на раз бахнуть останется, если еще и эту пролюбите военно-морским способом. Ну ладно, пойду я в часть… и малой!

— Да?

— Если еще у тебя есть значки, ну там «Гвардия» или «Меткий стрелок», может быть «Специалист» любого разряда или… ну если парашютные есть — за прыжки, то я тебе еще чего достать могу. — солдат прищуривается: — взрыв-пакеты, ракеты сигнальные или там дымовые шашки — настоящие, а не то, что вы тут из мячиков от пинг-пога мастерите. Патроны тоже могу достать, самопалов потом наделаете. Камуфляж, «березка» тоже могу подогнать. У парней в части скоро дембель, им значки во как нужны сейчас. Так что?

— Я… я достану! — говорит Никита: — у моего папы еще есть! Целая коллекция!

— Класс, че. — кивает солдат и прищуривается: — лады, малышня. Вот вам напоследок загадка — что в танке важнее всего?

— Ээ… пушка? — предполагает Володя, передавая учебную Ф-1 своему другу и тот с трепетом принимает ее, ощупывая пальцами ребристую поверхность, выкрашенную в хаки.

— Неа. — качает головой солдат: — думайте, малышня, думайте. Додумаетесь — еще одну такую задарю.

— Правда⁈ Тогда… броня! Вот! В танке самое главное — броня! — подскакивает на месте Никита: — у нас будут две гранаты! Тебе и мне! Каждому по гранате.

— Снова нет. — солдат достает из уголка рта папиросу и гасит ее о подошву сапога, щелчком отбрасывает окурок в овраг: — ну же, молодежь, шевелите извилинами. Чему вас в школе учат нынче?

— Самое главное в танке… танк — это, по сути, орудие на гусеничном ходу… — задумывается Володя Лермонтович: — то есть сочетание огневой мощи и скорости, все это вместе под броневой защитой. Комплекс! Все вместе — орудие, броня, гусеницы с мотором и экипаж — все это вместе и будет самым важным в танке!

— И снова нет, товарищ пионер. — улыбается солдат, достав пачку «Беломора» и выбивая из нее новую папиросу: — сдаетесь? Ну так вот, товарищи школьники, запомните, в танке главное