"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

Я улыбнулась себе под нос уже раз услышанной присказке, а еще больше тому — кем и как она была сказана, и вооружилась пером, приготовившись проникаться боевой мудростью. Основ построения воздушных щитов я и впрямь не знала — мы пользовались темными, а в удачных местах еще некротическими, они были мощнее.

После занятия, собрав писчие принадлежности в сумку, я прилежно подошла к преподавательскому столу.

— Во-первых, форма одежды, — дракон даже не стал дожидаться, пока все адепты покинут аудиторию, и заговорил, не поднимая головы от внимательного изучения каких-то своих свитков. — На теорию — как вам угодно. На практические занятия — только брюки. Волосы — в пучок. Сапоги — без каблука. На время занятия выдается заговоренная кольчужная рубашка. Вы можете, если желаете, пользоваться артефактами, но только защитными или усилительными, при этом никаких агрессивно-защитных, никаких атакующих. Это понятно?

— Понятно, наставник Ивар.

По поводу последнего пункта я испытала облегчение — расставаться с «драконьим глазом» не хотелось, а к классу агрессивных он явно не относился. Если, конечно, не считать агрессией злющего дракона, который вывалится из портала в случае, если моей жизни будет угрожать опасность. А в том, что он обязательно вывалится — я сейчас не сомневалась.

— Прекрасно. Во-вторых, найдете меня после занятий в деканате, я дам вам список тем, изученных за те недели, что вы протирали юбки на первом витке. На сокращение разрыва с другими адептами вам дается две недели. Если не успеете — переводитесь на другой факультет. Если вам необходима помощь с освоением этого материала, вы можете смело обращаться за ней ко мне или к наставнику Ульфу в любое время.

Получив мой согласный кивок в подтверждение того, что его слова были услышаны, дракон закончил:

— И в-третьих, я предупреждаю об этом всех адепток выбирающих мой факультет — не ждите поблажек. Ни от наставников, ни от своих соучеников. Никто не будет к вам намеренно придираться, но и делать скидку на ваш прекрасный пол — тоже никто не будет.

Я едва сдержала возмущенное фырканье — сдались мне ваши скидки! Свою шкуру берегите! А наставник, окончательно оторвался от бумаг и посмотрел мне в глаза:

— В таком случае, можете быть свободны. Увидимся на практике во второй половине дня. До той поры будьте любезны раздобыть соответствующую одежду.

Я кивнула в третий раз и, поправив сумку на плече, вышла из аудитории. Что ж, по крайней мере, скучать мне тут точно не придется!

Вечером, вернувшись после ужина в свою, отвоеванную у деканата комнатку (ну, правда, зачем меня переезжать, если я и так живу одна!), я закрыла за собой дверь и привалилась к ней спиной, опершись затылком на гладкое дерево. Напомните-ка мне, Тереса Ривад, великая и непобедимая, зачем вам сдались боевики?..

Тело ненавязчиво ныло — занятия на боевом факультете включали в себя ежедневную физподготовку. И не сказать, чтобы она была столь уж выматывающей, но не сказать и что я к таким нагрузкам привыкла! Впрочем, руки-ноги не отваливаются и то хорошо.

Зато порадовал список изученных соучениками тем, предоставленный наставником Иваром. До четвертого витка все адепты изучали одно и то же — общую магию и, совсем немного, основы специализированных направлений, чтобы понять, к чему лежит душа. По общей магии мой уровень в принципе опережал даже выпускников, а в том, что касается специализации, несколько тем однозначно были уже знакомы, так что нагнать оставшееся за две недели не составит никакого труда. Надо только собраться, сесть и…

Я с задумчивым видом покосилась на заманчиво накрытую покрывалом постель, мою славную, двуспальную постельку, в которой так сладко лежать, раскинувшись звездочкой, как мне в затылок — вообще в дверь, но мне показалось, прямо в затылок — постучали.

Я оскорбленно потерла пострадавшую часть тела и открыла дверь.

Первым, что я увидела, был куст. Крупный куст. Темно-зеленые мохнатые листочки и цветы-колокольчики с темно-бордовой серединой и нежно-кремовыми лепестками, пронизанными такими же бордовыми прожилками. Снизу куста был горшок, который сжимали две широкие ручищи, а сверху — донельзя довольный собой Эйнар.

Я обреченно закатила глаза, пряча рвущийся наружу смех, и посторонилась, пропуская ректора с белладонной в комнату.

— Вам не стыдно грабить оранжерею наставницы Адамины?

— Я ректор и юридически вся академия относится к зоне моей ответственности, а значит, это и моя оранжерея, — ухмыльнулся дракон, пристраивая горшок на столе рядом с крокусами.

— Что-то мне подсказывает, что наставница с вами не согласится… — пробормотала я себе под нос, подходя ближе и поворачивая горшок той стороной, где цветов было больше всего. Мои пальцы ненавязчиво задели руки дракона, все еще лежащие поверх глиняных боков, и по телу пробежала теплая волна предвкушения, разгоняя кровь, и выталкивая из головы все мысли о недавней немощности.

— Поэтому я и не стал ее спрашивать. Чтобы у нее не было возможности со мной не соглашаться! — Эйнар выпустил горшок, и сильные пальцы тут же сомкнулись на моей талии, с легкостью приподнимая вверх и усаживая на стол рядом с цветком.

Я положила ладони на широкие плечи и погладила выпуклую причудливую вышивку на плотной ткани, опустив ресницы и внезапно немного робея под жгучим янтарным взглядом.

Дракон склонился ко мне, но неожиданно вместо губ, коснулся поцелуем щеки, нежной кожи возле самого уха. Невесомо и до невозможности щекотно.

— Как прошел первый день на боевом отделении? — хрипловатым голосом спросил Эйнар.

Драконьи зубы легонько куснули меня за нижнюю губу, потом по ней прошелся шершавый язык, раз, другой… Крепкая рука властно ухватила меня за затылок, заставив запрокинуть голову, и язык скользнул в рот.

Я всхлипнула и слабо застонала, ощущая ласкающие движения. Г олова пошла кругом, воздуха не хватало.

Дракон отстранился, и я еще некоторое время пыталась вспомнить, где я и кто я.

Ух ты!

Вот это поцелуй!

Отдышавшись, я вспомнила, что язык у разумных не только для того, чтобы целоваться, уточнила:

— Так какой там был вопрос?

— Насущный! — внушительно отозвался ректор, и дернул мою рубашку вверх, из-под пояса свободных штанов. Руки с проступившей на фалангах чешуей скользнули под слои плотной ткани.

Шершавые ладони погладили кожу, заставляя ее покрыться мурашками, большие пальцы обвели выемку пупка, мазнули по ребрам, упрямо подбираясь под корсаж, но цели не достигли — и выскользнули. Только для того, чтобы распустить шнуровку блузки на груди и проникнуть под белый хлопок.

Я прогнулась в спине, подставляя умелым рукам грудь, наслаждаясь ощущением. Кожа к коже, без преград. Чуткие пальцы делали то, чего мне больше всего хотелось — пусть