"Фантастика 2024-161". Компиляция. Книги 1-29 - Максим Игоревич Крынов

Так о чём я бишь? А! Город казался чужим и странно узнаваемым. Совершенно не встретились высотки! С другой стороны я легко узнал здание ГУМа — там располагался не известный торговый центр, а товарные ряды для народа. Ну, вопрос только в немного другом названии.

А нам доступно всё заказывать на дом, тут играет роль количество денег. Приятно знать, что хоть в чём-то оно имеет значение. А так положено боярину только одно загородное имение площадью до десяти гектаров. Хорошо, хоть озеро туда не включили, вода общая.

Не! Вкладывайся в сельское хозяйство, сколько захочешь! Но приехал на предприятие и уехал — тебя с семьёй там веселить не обязаны, заняты люди. И доходных домов можешь сколько угодно накупить, но положено жить боярину в квартире или доме жилой площадью не более пятисот квадратов — и будет там ютиться.

Хотя ютиться — немного не то слово. Как только Миланья даже с помощницами справляется с уборкой всех двенадцати комнат, одной сауны, двух ванн и двух туалетов! Как приехали, зашли на первом этаже в отдельные двери, обошёл их все. Подолгу стоял в комнатах родителей и брата. Велел Миланье там ничего не менять, будто они только вышли…

Потом зашёл к себе переодеться, как следует себя рассмотрел в ростовое зеркало и немного успокоился — в целом пойдёт. Надолго угнездился в кабинете отца… не, это же кабинет боярина, то есть мой уже. Точно он должен стать когда-нибудь моим — брат Григорий не был чистым магом. У магов не всегда рождаются маги. Григорий мог развить разум и дух, но в истинном пространстве оставался бы слепоглухим. Наследником всегда считался я! То есть Тёма…

Ладно, это всё лирика. Я погрузился в отцовские записи, в ежедневнике делая пометки, кого из управляющих, когда пригласить для доклада и какие вопросы я хочу задать.

В целом дела обстояли неплохо. Боярский род владел землёй, и она приносила хорошие деньги. Часть сдавалась в аренду, там средний бизнес построил промышленные предприятия, а часть сельскохозяйственного назначения — там процветали предприятия самого боярина, впрочем, входящие в холдинг.

Землю в княжествах никак было не купить, только Восточное Царство раздавало гектары, но опять же не боярам, и там самому требовалось работать. То есть с землёй облом, и папка немного оставлял на депозитах Московского банка, а основной частью доходов вкладывался в строительство и содержание доходных домов.

Лидировало в его операциях такого рода Казанское княжество, что совсем неудивительно — управлял этим татарин Мирзоев. Ну, я тоже не шовинист, пусть и дальше управляет. Только нужно указать ему на Ярославль и Муром, там, судя по записям, намечается бум.

Меня слегка озадачило налогообложение. С боярского рода драли шестьдесят процентов! Вроде, ничего не поделать, прогрессивная шкала, и бегать от налогов тут не принято. Не убежать от магов.

Но в казну Московского княжества отправлялось лишь десять процентов — сколько бы сняли по обычной ставке. Остальной суммой я смогу распорядится сам, когда достигну совершеннолетия и выслужу гражданство. А до этого момента за меня распоряжается скромный московский клан.

Ну, ясно теперь, на какие деньги строятся крейсера и линкоры для флота Гардарики. А выслужить гражданские права я смогу самым простым способом — просто служить в боярской дружине.

Тридцать средних танков, да полк особой пехоты. Кстати, танки и пехота может разделяться. Служить там я могу хоть простым заряжающим или пехотинцем положенные три года, хоть закончить Кадетский корпус и стать командиром машины или возглавить взвод, или совсем не служить, закончить институт и просто залезть магом куда-нибудь в совет княжеств — всё равно боярский род будет содержать и вооружать свою дружину.

Для этого собственно предки наши наделялись землёй, а что потом получился капитализм, так никто не виноват. Ладно, хоть боярские привилегии остаются до совершеннолетия, и место в боярской думе за мной сохраняется, хоть и голосовать пока не могу.

Кадетский корпус — это больше сгоряча. С такими деньгами я могу пойти в любой университет. А потом? Папка как-то пролез в совет княжеств, и готовил к тому же сыновей, но от его работы там не осталось ни строчки. И никто за всё время меня ни о чём не спросил. Даже никто не высказал соболезнований — так его, видимо, ценили…

То есть, потом, после университета, для реального боярства я всё равно пойду в армию. Чем-то мне тётя Света не понравилась, нельзя давать ей столько времени. И мне-то уже известно, что ничем хорошим учёба в университете не заканчивается — опять влюблюсь и наломаю дров. Ну, что поделать — пойду в кадеты. Всё-таки образование.

* * *

Раньше на Артёмкины Дни Рождения приглашались дядья и тёти с кузенами и кузинами, одноклассники… Танечка обязательно. Но я-то никого из них не хотел видеть. Траур у меня! Никаких Дней Рождений!

Всю неделю общался с управляющими, занимался в обнаруженном маленьком спортзале, да Миланья по приказу папки подшивала четыре газеты и один журнал — вот освежал в памяти события за год. А персональных компьютеров не было даже у бояр — ещё не изобрели.

Первого вересня я накинул на плечо сумку, чмокнул в щёку Миланью и в сопровождении Авдея и Мухаммеда поехал в Кадетский корпус. Располагался он загородом, опять ехали через весь город.

Двухэтажные дома корпуса опоясывал кирпичный забор. На КПП мне и двум моим охранникам дали ещё и сопровождающего, и он проводил нас в высокое здание. На втором этаже я сдал документы строгой тётке в очках.

— Московский боярин? — усмехнулась она, проглядев бумаги. — Редкий случай.

— Такова воля покойного отца, — сказал я пространству перед собой.

— Ну-ну, — неопределённо хмыкнула она. — Тебя зачислят лишь на общих основаниях, — она поверх очков обратила взор на провожатого. — Проводите юношу в казарму.

Вышли из дома мои охранники, я и военный.

— Мы пойдём тогда, — сказал за двоих Авдей. — Служи достойно, боярин!

— Пока, парни, — сказал я, сделав им ладошкой.

Они ушли, мы с провожатым проводили их глазами.

— Запомни, пацан, — грозно обернулся ко мне военный. — Отныне ты не боярин, а курсант Большов!

— Угу, — выразил я согласие.

— Чего? — сразу взбеленился воин.

— А ты меня ударь, — дружески посоветовал я. — Не хочешь? Тогда выполняй свой долг. Как следует отвечать в таких случаях?

— Так точно, — промямлил военный.

— Попробую запомнить, — улыбнулся я. —