"Фантастика 2026-97". Компиляция. Книги 1-35 - Ольга Кобзева

Так мой генерал и вредная тетка – родные только по отцу! Тогда это объясняет такую разницу в характерах.

– Новая жена была из бедного рода и до свадьбы тщательно скрывала свою истинную натуру: злую, жадную, завистливую и ревнивую. Хранители являются членами рода, можно сказать родственниками, а эта приживалка пыталась свести меня в ранг слуги. Старый господин Позеванто, полностью отошедший от дел в замке и, вообще, в роду, после смерти своей первой любимой жены никак этому не противодействовал. Поэтому я принял решение удалиться.

Готова поспорить еще на одну бутылку двадцатилетнего коньяка, это решение хранителю далось ой как непросто!

– Вторая жена через год родила господину дочь. Девочка пошла вся в мать: капризная, властная и бездарная. И так как старый господин не вмешивался в дела замка, то управление полностью взяла на себя его вторая жена, а потом и ее дочь. Его сын, генерал Контер придерживался тактики своего отца, полностью отдаваясь военной карьере. Когда он женился на матери Явуза, старый господин и его вторая жена к тому времени уже умерли, а Лекоя, привыкшая быть единственной хозяйкой в замке, не желала делиться властью, поэтому с первых дней грызла жену генерала по любому поводу. Эти вечные споры очень раздражали господина Контера, возможно, они были одной из причин, почему он развелся с матерью своего первенца. Я тоже не мог спокойно смотреть на творившиеся в замке скандалы и принял решение не показываться, хотя, нужно сказать, что и Лекоя, и мама Явуза пытались меня вызвать, как по-отдельности, так и вместе. Они даже ради этого заключили временное перемирие, что стоило им немалых усилий.

– А почему Вы им не показались? – не выдержала я и вставила вопрос в повествование хранителя.

– Ровно по той же причине, что и в первый час не являлся тебе, – фыркнул господин Фукус. – Молока не пью, меда не ем.

Я не выдержала и рассмеялась:

– Да, это многое объясняет!

– Кстати, ты, малая, можешь называть меня на «ты» и просто Фукус, – подняв вверх кружку, торжественно проговорил мой новый друг.

– Договорились, – чокнувшись с полупрозрачным лекарем, обрадовалась я, понимая, что меня в данный момент признали за свою подопечную.

Так мы и просидели до самого утра, болтая о моих новых родственниках и травя смешные лекарские байки, опустошая мои запасы алкоголя.

Глава 7

Явуз

Утро началось непримечательно. За завтраком меня встретили все, кроме девчонки, отец и Данейра тепло поприветствовали, а вот тетка Лекоя была непривычно тиха, теперь она была похожа на своего неприметного мужа, вечно стремившегося слиться с мебелью. Под конец завтрака появилась и малолетка. Она, вымученно приветливо со всеми поздоровалась и плюхнулась на свой стул. Син напоминала взъерошенного воробья после посещения водных процедур в придорожной луже. Ее волосы были слегка влажными, пуговицы на белой форменной рубашке кое-где не застегнуты, на бледном лице под глазами виднелись синеватые тени, свидетельствовавшие о бессонной ночи, глаза казались мутными. Усевшись на стул, Син уставилась себе в тарелку.

– Ребенок, ты что-нибудь покушаешь? – удивлённо приподняв одну бровь, спросила госпожа Данейра.

– Нет уж, спасибо, – шумно сглотнув и слегка позеленев, ответила блондинка. – Мне бы кофе.

Перед ней на столе тут же появилась маленькая чашечка, полная ароматного, только что сваренного кофе на изящном блюдце. Мелкая, явно с трудом, сфокусировала взгляд на чашечке:

– Горячий, черный, сладкий кофе в большой кружке, – четко проговорила в пространство блондинка.

Мы все недоуменно переглянулись, не понимая, что в данный момент происходит. И каково же было наше удивление, когда исчезла маленькая чашечка дымящегося кофе, и тут же перед Син появилось заказанное.

– Большое человеческое спасибо, – блаженно вдыхая бодрящий аромат напитка, поблагодарила кого-то малолетка.

– Ребенок, ты ничего не хочешь мне рассказать? – смеясь, спросила лекарка.

– Обязательно, только давай вечером, – наслаждаясь своим завтраком, ответила блондинка. – Я буду поздно.

– Я тоже, – откровенно смеялась над своим взъерошенным чадом моя новая родственница. – В госпитале много работы.

И только сейчас Син оторвалась от кружки с кофе, которую держала двумя руками, как будто греясь и беспрестанно вздыхая аромат бодрости:

– Помощь нужна?

– Нет, сами справимся, а ты спокойно учись, – ответила госпожа Данейра.

На что Син лишь приподняла левую бровь на своем бледном лице.

– Но если нам понадобится помощь, мы знаем к кому обратиться, – с нежностью глядя на дочь, проговорила лекарка.

На что Син лишь молча кивнула с несвойственным ей серьезным видом. Весь этот диалог показался мне очень странным, как будто у него был второй неизвестный мне пока смысл. И это сильно возбудило мое, доселе дремавшее любопытство. Что скрывают от нас эти женщины? Хотя, если судить по спокойствию отца, он как раз полностью в курсе происходившего.

– Я тоже хочу чашечку ароматного кофе, – подала капризный голос тетка Лекоя.

Ответом ей была тишина. На столе перед теткой так ничего и не появилось. Она возмущенно обвела всех взглядом и требовательно зашипела:

– Как это понимать?

– Это можно понимать так: ты совершенно не способна наколдовать себе чашку кофе, – предупреждающе строго ответил отец Лекое и, повернувшись к Син, заговорщически ей подмигнул, на что та прыснула в кружку. Тетка лишь зло запыхтела, больше не рискуя подать голос.

– Ты закончила завтракать? – спросил я у малышки.

– Да, ты совершенно прав, нам пора, – сонно улыбнулась блондинка. – Всем хорошего дня!

Син поднялась из-за стола, повесив на плечо рюкзак, направилась к выходу, по дороге поцеловав в щеки своих маму и генерала. Выйдя во двор, оказавшись в эпицентре солнечного света, она зажмурилась и мучительно негромко застонала. Потом наощупь открыла боковой карман рюкзака и, вытащив из него солнечные очки, тут же надела их себе на нос:

– Так гораздо лучше.

– Чем ты ночью занималась, что тебя так штормит? – не выдержал такого вызывающего поведения и съязвил я.

– Ты сейчас очень похож на свою грымзу-тетку, тебе не идет, – мастерски отбрила меня малолетка и, забравшись на заднее сидение моего кабриолета, свернулась калачиком, обняв свой школьный рюкзак.

Какое-то время я еще рассматривал девчонку, но для меня стало полной неожиданностью понимание того, что она спит. Мне ничего не оставалось делать, как сесть на место водителя и везти «спящую красавицу» в школу.

Как обычно, Ронэр встретил нас на крыльце своего дома. Он сначала встревожился, не увидев девчонки на переднем пассажирском сидении, но, когда заметил ее свернувшуюся на заднем сидении, замер:

– Что она там делает?

– Спит, – пожимая в приветствии руку друга, ответил я.

– Спит? –