"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

По изменению ее эмоционального фона я понял, что сейчас произойдет резкая смена темы, и не ошибся.

— Ты ждешь какого-то особого продолжения этого вечера? Я имею в виду… ну, вся эта роскошь, дорогой ресторан, блюда в меню, большинство из которых стоят больше, чем я могу заработать в своем спортклубе. Нет, подожди, — вскинула она ладонь, не давая мне вставить слова, — я все понимаю, ты обеспеченный человек, ты можешь себе это позволить, и для тебя это, наверное, просто обыденность. Но я совсем другая, для меня это сильно в новинку, и ты это прекрасно видишь. Просто я переживаю, что, в конце концов, ты захочешь, чтобы я тебя как-нибудь отблагодарила… ну, ты понимаешь, в особом плане… а мне бы не хотелось… нет, ты не подумай, ты мне правда симпатичен, просто…

Смутившись, девушка окончательно замолчала, заливаясь краской. Я же не смог сдержать улыбки перед этой обезоруживающей прямотой и непосредственностью.

— Не переживай, — мягко ответил я, снова накрывая её ладонь своей, — ничего я от тебя требовать не стану. Не такой я человек.

Ну не рассказывать же ей про мою эмпатию и про то, что меня чуть ли не выворачивает от любого намека на неискренность в отношениях? Или про то, что чью-либо обиду я способен почувствовать и воспринять как свою собственную?

— Скажу честно, — я решил выложить перед ней все свои карты, просто потому, что она мне действительно нравилась, и уж в такой малости я мог себе позволить быть с ней честным, — у меня сегодня был весьма удачный день, и мне захотелось сделать его еще лучше. А ничего другого, кроме ненавязчивого общения с тобой, я придумать не смог. Только общение, и ничего больше, никакого интима, если ты его имела в виду. Обещаю.

— Хм… удивительно, но я тебе верю, Сергей. И мне почему-то даже стало немного грустно от того, что ты меня воспринимаешь только как объект для общения.

От Алины действительно повеяло легким разочарованием. Ох уж эта женская неопределенность. Прав был тот человек, кто сказал, что женское «нет» — это завуалированное «да».

— Разве ты только что сама не хотела мне указать, чтоб я держал дистанцию?

— Хотела, но это же совсем другое. А, — она махнула рукой, — забудь, ты не поймешь.

И я действительно не понимал. Да и не пытался. Я просто наслаждался вечером, позабыв обо всех проблемах, которые маячили на горизонте.

— Да, — подмигнул я девушке, — похоже, я совсем разучился молодежь понимать.

— Молодежь? Да ты сам не сильно-то старше. Кстати, а сколько тебе лет?

— А ты в интернете посмотри.

— Ах, не хочешь говорить? Ну, ладно, вот сейчас и посмотрю! — Она снова вцепилась в телефон, сноровисто тыкая наманикюренными пальчиками по виртуальной клавиатуре, — Так… не то… опять не то… а, вот оно! Э-э-э-м… тут ошибка какая-то, пишут, что тебе сорок пять лет. Этого же не може…

Она осеклась на полуслове, поймав мой насмешливый взгляд. И, видимо, не зря говорят, что глаза — зеркало души, похоже, в них и правда отражался опыт всех моих прожитых лет, так что девушка безоговорочно мне поверила и без демонстрации паспорта.

— Да ла-а-адно?! Серьезно? Тебе сорок пять?!

Вместо ответа я просто прикрыл глаза в едва заметном утвердительном кивке.

— Же-е-есть… так ты всего на год младше моего папы, оказывается.

— Ты не первая, кто так удивляется.

— Нет, ну серьезно! Как так? Ты выглядишь на двадцать пять, максимум двадцать восемь. Как это возможно?!

— Особенность организма, видимо… — усмехнулся я, выдавая в качестве ответа абсолютную правду.

— Да ты шутишь! Мне б такую особенность!

— Тебе все равно еще рано об этом думать, какие твои годы!

— О молодости никогда думать не рано!

За оживленной беседой я не сразу обратил внимание, что на периферии зрения маячит чья-то фигура, загораживая мягкий золотистый свет притушенных светильников. Когда я все же повернул голову, то увидел незнакомого гражданина неопределенного возраста в костюме настолько же дорогом, насколько и безвкусном. Тот, поймав мой взгляд, сразу же беспардонно отодвинул свободный стул и уселся за наш столик.

— Не помешаю?

Он задал вопрос таким тоном, будто не ожидал ничего иного, кроме услужливого приглашения, поэтому крайне удивился, когда я не особо приветливо его отбрил.

— Именно что помешаете.

Незваный гость округлил глаза и скорчил такую мину, будто его сейчас смертельно оскорбили. Однако он продолжал с упорством танка переть напролом.

— Вы же Сергей Секирин? Знаменитый на всю Москву экстрасенс?

— Нет, вы ошибаетесь. Я не экстрасенс, пожалуйста, покиньте наш столик.

От визитера явственно повеяло сильным раздражением, отчего его нахождение рядом стало приносить мне еще меньше удовольствия, чем до этого. А я ведь совсем не соврал, никакой я не экстрасенс, я медиум. Почему людям так сложно запомнить разницу?

Алина тем временем переводила непонимающий взгляд то на меня, то на него, но никаких комментариев не вставляла, что меня только порадовало.

— Вы, похоже, недопонимаете, — лицо мужчины украсила высокомерная ухмылка хозяина жизни, который ждет, что перед ним все и каждый будут стелиться в попытках угодить, — я собираюсь вам предложить работу.

Сказано это было таким тоном, будто я немедленно должен броситься незнакомцу в ноги, как великому благодетелю. Я что, так похож на нуждающегося?

— Это вы что-то недопоняли, уважаемый. Я вам прямым текстом сказал, что вы нам мешаете, и попросил нас оставить, но вы все еще здесь.

Ноздри гостя раздулись в гневном вдохе, а и без того грязные эмоции потемнели еще сильнее.

— Это вот так вы, значит, ведете дела, да?!

На его повышенный голос стали оборачиваться другие посетители, сидящие за соседними столиками, и что-то недовольно бормотать вполголоса. Все-таки в заведение такого уровня приходят не для того, чтобы слушать чьи-то перепалки, а чтобы расслабиться и отдохнуть. Это прекрасно понимал и администратор ресторана, который уже спешил к нам, умело лавируя по залу между гостями.

— Я с вами никаких дел не веду и впредь вести не собираюсь. Так что будьте добры, оставьте уже нас наконец.

— Что-о?! Слышь, ты, крендель…

С визитера слетела вся напускная важность, вытесненная простым трамвайным хамством. Какую оскорбительную тираду он хотел из себя исторгнуть, мы так и не узнали, потому что его прервало появление администратора.

— Здравствуйте, господа. Меня зовут Антон. У вас что-то случилось? Я могу помочь?

— Ничего… — недовольно буркнул вторженец, сверля мою переносицу гневным взглядом, на который мне, впрочем, было абсолютно плевать.

Антон же не обратил на эту реплику никакого внимания, он выжидающе смотрел на меня и ждал, когда я опишу свою версию