Торговец будущим 2 - Мархуз

— Именно так, господин маркиз. Хотя самые гарантированные позиции это сало, лён и пенька, их везде и всюду купят без вопросов.

Мне до этого объяснили, что жир и сало нужны для смазки всего подряд, а также для изготовления свечей. Естественно, что освещение и движение трущихся поверхностей вековечные потребности цивилизованного мира, поэтому с ростом населения планеты растёт и их потребление.

Плюс, с ростом количества потребителей растёт и необходимость транспортировки. Проще и дешевле доставлять всяческие потребности естественно судами, количество которых растёт. Тот же английский флот увеличил свой тоннаж с начала 18-ого века (более трёхсот тысяч тонн) к концу того же века более чем в три раза, теперь он свыше миллиона тонн. И кто, спрашивается, помог лимонникам в этом? Мальтийцы всё выяснили и удивили меня несказанно — Русь-матушка на две трети постаралась. И не потому что дёшево, а потому что прочно, а значит надолго.

Другое тоже меня удивило в трактовке тех же мальтийцев. Пока мы всеми поколениями наших «специалистов», поддержаных европейскими комментариями, думаем что берём дешевизной, другие считают что Англия сидит на «русском крючке» (или висит?). И упорно пытается с него сорваться, чтобы перестать зависеть от русских поставок. Вон, как-то они закупили массу семян конопли и льна из России, чтобы выращивать их самостоятельно. И кабыздохнулись с этой попыткой, вернувшись к прежнему закупу соответствующего сырья.

— Господин капитан, а как же дешевизна нашего сырья по сравнению с европейской? Это же всё декларируется в Англии, когда их купцы ввозят в неё сии товары.

— Ещё в семидесятых годах прошлого века с этим разбиралась парламентская комиссия в Англии. Выяснилось, что поставки из России занижались в отчётах на десять и более процентов. Оправданием служило, якобы, что путаница была с переводом весовых и прочих единиц.

Прикольно, но эта комиссия всё оставила, как есть, но начали искать пути «освобождения от русских оков». Уж очень опасно зависеть от одной страны в своих потребностях. Вон, в последние месяцы 1800 года император Павел Первый перекрыл кран англичанам и у тех сразу начались проблемы во многих отраслях промышленности. Если блокада продлится до конца года, то Англию ожидает социальный хаос из-за угрозы голода. Всё-таки страна закупает около семисот тысяч пудов хлеба в год у нас, а это не хухры-мухры. Стоит помножить на возможную панику и чёрт его знает какие будут последствия без русского хлеба. На одной овсянке долго не проживёшь, каким бы сэром ты ни был.

А ещё после этой беседы с капитанами я начал понимать… русских помещиков. Тех, кто сбегал из своих имений в столицу, чтобы средь шумного бала забыть об ужасах товарных подсчётов. Все эти пуды, кипы и прочие ласты обеспечивают в мозгах склеивание ласт, реально говорю. Уж лучше пусть управляющие воруют в отсутствии хозяев, ибо воровство лишь справедливая и щадящая плата, не более. За что, спросите? Да за весь этот циферно-весовой шурум-бурум, которым невозможно заниматься без последствий в виде вывихнутых мозгов. По-хорошему необходимо ставить памятники управляющим, которые жертвуют своей психикой ради спасения разума своего барина.

Теперь я прекрасно понимаю зачем конкретно я поставил невозможно высоченные цены на сервис. Это для того, чтобы было чем платить тем людям, которые избавят меня от цифири и изобилия торговой номенклатуры. Пусть сами разбираются что и каким ассортиментом вывозить, завозить, менять, продавать, покупать, мать-перемать. Добрые люди, заберите мои деньги и оставьте меня в покое. Дайте спокойно помереть, так и не дождавшись результатов.

— Господин маркиз, извините, что прерываю вашу беседу, но там деньги привезли и граф Строганов вас спрашивают.

Мама дорогая, ещё деньги? Так я прежние никак не могу потратить, впрочем… Меня вырвало из толковища с мальтийцами, да те и сами удивлены и поэтому замолкли на время. Ну не мог русский граф поднять столько шуму из-за сотни-другой рублей и даже заради тысячи не мог.

Оказывается на улице уже стемнело, зато посветлело от факелов гвардейцев и ламп в руках моей прислуги.

— Денис Дмитриевич, извините, что без предупреждения, но груз уж очень ценный со мной прибыл. Государь распорядился часть дипломатического штрафа вам за заслуги доставить немедленно, вы уж не взыщите.

— Павел Александрович, но вы же всю улицу переполошили, право слово. Впрочем я рад вашему прибытию, ибо замучался считать пуды и кипы льна и ему подобного. Право слово, эта международная торговля, а точнее её детали привели меня к вывиху мозга.

— Но это же интересно, маркиз. Получается что вы уже приступаете к спекуляциям против Англии сейчас, а не осенью или, тем паче, в следующем году, поздравляю.

Впрочем мы в первую очередь занялись красивыми бочонками с надписями по-французски. На самом деле их потащили в подвал мои слуги, следуя за дворецким. Там было оборудовано специальное помещение для ценных грузов, но будущее наступило слишком быстро, ранее чем ожидалось. И стало настоящим прям сейчас, гы-гы.

— Здесь пятьдесят тысяч луидоров, друг мой, пересчитайте пожалуйста.

— Не вижу смысла, ваше сиятельство. Ну не мог Наполеон допустить недостачу, когда он столь заинтересован в общем результате переговоров о мире. И государь наш тоже не мог допустить хищение, потому что ему важнее авторитет, чем часть золота. Отсюда вывод: в бочонках всё точно, монета в монету, как и написано на них.

— Великолепно, вы верно проанализировали и абсолютно правы, согласен с вашими доводами. С удовольствием остался бы у вас на ужин, но вы верно меня не ждали.

Красиво, что ни говори, но я в любом случае пригласил бы его, коли он под руку попался.

— С мальтийцами я уже закончил беседу, так что отпрошусь у них и мы с вами сможем поужинать в спокойной обстановке. Тем более, что мне по-любому нужно было с вами встретиться, так почему не сейчас, коли вы имеетесь в наличии, граф?

Учусь выпендриваться не по дням, а по часам, скоро совсем понтовилой стану, во как. Заодно попрощался с капитанами, поблагодарил гвардейцев, сопровождавших ценный груз, после чего потолковал с Иван Ивановичем.

— Ваше сиятельство, ужин будет готов лишь через двадцать минут, извините. Где вам накрыть: в столовой или в малом кабинете, если предстоит приватный разговор с господином графом?

Хороший человек дворецкий, подсказывает заблаговременно как разумнее поступить согласно ситуации.

— Павел Александрович, а как у вас со временем? Если не очень, то можем поужинать у меня в кабинете и обсудить некоторые вопросы за едой. Гораздо лучше, если мы всё-таки поедим в столовой, а потом поговорим уже не отвлекаясь на еду. Если пожелаете,