Бывает и хуже? Том 3 - Игорь Алмазов

— Сохраню спокойствие, — ответил я. — Не буду повышать в ответ голос. Дам ему выговориться, а затем скажу, что для того, чтобы я мог помочь, нам нужна конструктивная беседа. Если он не готов, то можно перенести консультацию на другое время.

— Отлично, — одобрительно кивнул Игорь Валерьевич.

Собеседование продолжалось ещё минут двадцать. По очереди они задавали вопросы, расспрашивали о моей работе в поликлинике, что мне нравится и не нравится. Мои ответы их вполне удовлетворяли.

— Признаюсь, ваша идея с рекомендательным письмом от самого себя — это оригинально, — под конец признался Игорь Валерьевич. — И главное, не противоречит основным правилам. Оригинальность тоже очень важна для подобного дела.

— Благодарю, — улыбнулся я.

Власов думал, что испортил мне возможность подработки своим письмом. А как оказалось, даже помог. Ведь в итоге я обернул всё себе на пользу.

— Мы отключаем звук, отправляемся на совещание, — добавил Игорь Валерьевич. — Ожидайте.

Ох уж эти технологии современного мира. Необычно присутствовать на подобном собеседовании.

Совещались они минут пять, затем вновь включили микрофон.

— Итак, мы приняли решение взять вас в программу, — оповестил меня Игорь Валериевич. — Поздравляю! В течение недели на вашу электронную почту поступит договор, инструкции по работе с платформой, график. Остальное вам подскажет Марина Викторовна. Есть вопросы?

— Нет, спасибо, — ответил я.

— Тогда всего доброго, — по очереди попрощались члены комиссии.

Видеозвонок был завершён. Получилось! Хорошее начало дня.

Я вышел из кабинета, рассказал о результате Марине Викторовне. Она за меня тоже порадовалась.

— Так, думаю, в понедельник они уже скинут договор, приходите его подписывать, — решительно сказала она. — И поздравляю ещё раз!

Попрощался и вышел из «Сбербанка». Так, теперь пора на основную работу.

По пути зашёл в место под названием «Озон» и забрал заказанный Гришей нингидрин. Друг подробно объяснил мне, как это происходит. Надо было показать в телефоне некий штрихкод, и в ответ выдали заказ. Необычно.

Ну всё, сегодня и состоится месть! В приподнятом настроении добрался до поликлиники.

Лена уже была в кабинете, как обычно возилась с журналами и документами.

— Доброе утро! — бодро поприветствовала она меня. — Ну что, как прошло собеседование?

— Отлично, взяли, — кивнул я. — А это тебе.

Протянул ей пакетик с нингидрином. Она внимательно принялась его рассматривать.

— Это оно? — с предвкушением спросила она. — Мы вот так их и поймаем?

— Да, — кивнул я. — Давай готовить приманку.

Я сам закрыл дверь в кабинет на ключ, чтобы нас точно никто не поймал за этим делом. Всё равно приём сегодня вечерний, а на вызовы ехать ещё рано. И мы приступили к делу.

— Вот, блокнот я приготовила, — показала мне Лена. — Якобы тут буду записывать нововведения с планёрки, а потом его забуду.

— Отлично, — усмехнулся я. — А сам лист с приманкой?

Медсестра продемонстрировала мне и его. Слегка торчащий листок бумаги, с заголовком «Как отомстить К. И Ш.»

Далее шёл текст с сокращениями, словно бы написанный второпях.

'Итак. Подстава с деньгами — их дело. Кристина готовилась заранее, селфи сделала. Стас специально пришёл мириться. Всё продумано.

Вопрос: как доказать?

Вариант 1: через Власова. Не подходит.

Вариант 2: тухлая рыба. Заметят.

Вариант 3: ждать ошибки. Долго.

Спихнуть им жалобщика — как вариант. Пока думаю'.

— Мне нравится, — усмехнулся я. — Ничего непонятно, но очень интересно.

Я открыл флакон с нингидрином. Добавил этанол, взял ватный тампон и провёл по обложке блокнота. Затем по нескольким страницам.

Всё по инструкции, которую успел изучить заранее.

— Точно не смоется? — спросила Лена.

— Точно, — кивнул я. — После высыхания он закрепляется. Невидим для глаза, но реагирует на аминокислоты в поте кожи. Фиолетово-синие следы обеспечены.

— А если она в перчатках будет? — спросила Лена.

— В помещении-то? — усмехнулся я. — Вряд ли.

Закончил обработку, подождал высыхания. На блокноте совершенно не осталось следов, отлично.

— Теперь надо ждать… — начал было я.

Зазвонил мобильный телефон, причём одновременно у меня, и у Лены. Разговор мы прервали, поспешили ответить.

У меня это оказалась Лаврова, которая, как обычно, позвала на планёрку и тут же скинула. У Лены это была Татьяна Александровна с тем же самым.

— Сама судьба, — усмехнулся я. — Ну что, бери блокнот и иди ловить рыбку.

— Фух, — кивнула медсестра. — Хорошо!

Мы разошлись по планёркам, предварительно я на всякий случай снова включил камеру. Мало ли, кто ещё захочет в кабинет пробраться. Может, подбрасыватель конфет явится.

В кабинете у Лавровой уже собрались все терапевты. Обиженный Шарфиков искоса бросил на меня взгляд и отвернулся. А на что он там сейчас обижается? А, на своё проваленное собеседование, точно.

— Все собрались? — начала Лаврова. — Так, для начала — приятная часть. Юлия Сергеевна, прошу.

— Дорогие наши мужчины, — торжественно начала та. — Мы всем нашим скромным женским коллективом очень ценим двух имеющихся у нас терапевтов. И на двадцать третье февраля решили подарить вам маленький подарок!

Она достала из пакета две кружки с надписями «Лучший врач», одну протянула Шарфикову, а другую мне. Меня ещё и звонко поцеловала в щёку, отчего Шарфиков надулся ещё сильнее.

— Поздравляем! — нестройно прокричали остальные терапевты.

— Спасибо, — искренне улыбнулся я. — Очень приятно.

Стас с кислой миной буркнул что-то, лишь очень отдалённо похожее на «спасибо».

— Теперь вторая часть, — Лаврова с лёгкостью вернула себе будничный тон. — По приказу Министерства Здравоохранения поликлиника должна работать и в субботу, и в воскресенье, и в понедельник, двадцать третьего. Кто возьмёт дежурства?

— Я взял уже субботу, — сообщил я. — По поликлинике.

Не знал, что на двадцать третье февраля ещё и выходной даётся. Это хорошая новость, найду остальные травы, помогу бабе Дуне. Делов-то вагон.

— Памятник тебе теперь поставить? — грубо произнёс Шарфиков. — Я вот не собираюсь дежурить, это наш мужской праздник.

— Но у тебя не было дежурств в феврале, — заметила Юля. — А в стационаре ты не дежуришь. Может, всё-таки возьмёшь?

— У меня планы так-то, — резко ответил он.

Какой противный индюк!

— У всех планы, — запричитала Елена Александровна. — Почему вообще нас дежурить заставляют? У меня внуки, огород.

Какой огород среди зимы — непонятно, но с ней