Туманная река 5 - Владислав Викторович Порошин

— Как же я забыл? — схватился я за голову. — Там же внизу киномеханик лежит, этот самый — Борис.

Сказав эти слова, я кинулся к лестнице, что вела в фойе первого этажа. Следом за мной устремилась и знахарка Варвара Петровна. Однако, когда я с рекордными секундами слетел по ступенькам вниз, никакого киномеханика здесь уже не лежало. Был Борис с глазами как у эпилептика, да всплыл. Поэтому Вольф Мессинг, вальяжно спустившись последним, заявил:

— А я так и знал, что все эти непонятные тени — лишь плод воспалённого юного воображения. Теперь слушайте мой приказ. Варя, ты заступаешь на дежурство. А ты, гражданин пионер, ступай отдыхать. Завтра соберёшь вещи, и больше я в твоей помощи не нуждаюсь. Возвращайся в школу!

— Это ещё большой вопрос — кто в чьей помощи сильнее нуждается? — пробубнил я и пошагал в раздевалку за своей верхней одеждой.

Обидно ли было мне, когда этим вечером я спас раненных бойцов, и разобрался со странной тёмной сущностью, а вместо благодарности услышал, что тут никому не нужен? В какой-то мере, конечно, обидно. Только моя обманчивая внешность 16-и летнего паренька скрывала в себе взрослого состоявшегося человека. А взрослые люди на словесную мишуру не обижаются. Кроме того, я теперь наверняка был уверен, что в Звёздном городке нечисто, и что если не вмешаться, то полёта в космос Юрия Гагарина может вообще не состояться. Кто-то явно стремился переписать историю и пустить её по другому сценарию. Следовательно, завтра до 12 часов дня я должен был сделать всё, чтобы не вылететь из этого центра подготовки космонавтов.

* * *

Поэтому на следующий день, в субботу, после завтрака я развил невероятно активную деятельность. Первым делом я пообщался с парнями из 9-го управления КГБ, которые жили буквально через стенку. Потом прошёлся по двум другим деревянным общежитиям. И везде я услышал одно и то же, что в последние дни увеличилось количество бытовых конфликтов. Люди вдруг стали ругаться из-за самых банальных пустяков — то кто-то отлил кипячёную воду из чайника, то кто-то надолго занял душевую кабинку, то кто-то не в том месте развесил постиранное бельё. А между прочим, в засекреченной книге «Грань междумирья» говорилось, что сущности низкого порядка способны провоцировать людей на такие конфликты, а потом питаться человеческими негативными эмоциями.

А примерно за час до заседания, где должна была решиться моя участь, а также участь всего отряда охотников за нечистью, я постучался в кабинет, в котором находилась радиостанция Звёздного городка. Мне нужен был киномеханик-радист Борис Смирнов. Ну не мог я вчера его ни с кем перепутать. Кстати, Боря на завтрак так и не пришёл. Его коллеги, другие сотрудники центра подготовки, сказали, что Борис немного затемпературил, поэтому предпочёл этот лишний час поспать.

— Есть кто? — спросил я, заглянув в местный пункт радиосвязи.

Моему взору тут же открылись высокие стеллажи, доверху заставленные коробками с киноплёнкой. И вообще здесь кроме радиопередатчика хватало и другой техники. Например, я заметил проигрыватель виниловых дисков и киноаппарат для демонстрации документальных и художественных фильмов.

— Здрав-ствуй-те! — нараспев произнёс я.

— Здрасте, — буркнул Борис, высунувшись из-за стеллажей. — Интересует, какое сегодня вечером будет кино? — спросил он, задрав на лоб свои смешные круглые очки.

— Можно и так сказать, — кивнул я.

— Сегодня был выбор между «Иваном Бровкиным на целине» и «Мистером Питкиным в тылу врага», — улыбнулся он.

— И кто же победил?

— «Мистер Питкин», — хохотнул Борис.

— А «В джазе только девушки» есть? — спросил я, разглядывая полки с киноплёнкой. — В главных ролях: Мэрилин Монро, Тони Кёртис, Джек Леммон. Там два безработных музыканта переодеваются в женские платья, чтобы устроиться работать в девичий ансамбль. Ну и из этого возникает множество комичных и пикантных моментов.

— Шутите? — захихикал киномеханик-радист. — Я о таком фильме даже и не слышал. Его, наверное, в СССР для проката ещё не приобрели.

— Наверное, — тяжело вздохнул я и задал тот вопрос, от которого меня просто распирало. — Боря, скажи, а что ты делал вчера примерно в первом часу ночи?

— Как что? Спал. У нас тут как в армии — всё строго.

— А лунатизмом ты случайно не болеешь? — я вперился глазами в этого простодушного 18-летнего паренька. — Вдруг ты не спал? Вот расскажи, что ты делал вчера перед сном. Это вопрос не праздный. От него зависит очень многое. И даже жизни наших космонавтов.

— Перед сном? — вдруг задумался он. — Я сидел здесь. Проявлял плёнку. Мне же новенькую кинокамеру привезли. И я уже отснял как парни играют в русский хоккей.

— Поздравляю, — кивнул я. — А потом сразу взял и уснул?

— Потом-потом, потом я не помню. У меня поднялась температура, и мне стало как-то нехорошо. А после я очнулся лёжа на кровати прямо в одежде.

— А на кровать тебя аист принёс? — усмехнулся я. — Бери бумагу и пиши всё, что помнишь про вчерашний вечер. Она мне потребуется для отчёта.

— А правда, что вы — охотники за привидениями? — прошептал Борис, вытаскивая из стола пару листов для печатной машинки.

— Нет, — помотал я головой. — Официально мы представляет аналитический отдел КГБ. Но если Родина прикажет, то будем охотиться и на привидения, и на демонов, и на чертей, чтоб им пусто было. Есть подозрение, что вчера, Борис, ты попал под воздействие некой потусторонней силы. Поэтому пиши всё в деталях: что ты слышал, какой стоял запах в кабинете и что снилось ночью?

— Вспомнил, — пролепетал Боря. — Я когда плёнку проявлял, вдруг тухлятиной пахнуло.

* * *

Заседание в кабинете генерального конструктора Сергея Королёва началось минута в минуту. На нём кроме нашей четвёрки присутствовали начальник Звёздного городка Евгений Карпов, генерал-полковник Николай Каманин, естественно сам Сергей Королёв и приехавший из Москвы заместитель председателя КГБ СССР Вадим Тикунов.

— Ты где всё утро пропадаешь? — прошипел на меня Вольф Мессинг, когда я самым последним буквально вбежал в кабинет.

— Вещи собирал, — соврал я. — Потом интересовался расписанием пригородных электричек. В общем был весь в делах и заботах.

— Итак, товарищи, я составил рапорт по поводу вчерашнего происшествия в общежитие главного корпуса и предлагаю с ним ознакомиться, —