Проклятый Врач. Том I - Дмитрий Бурдин

Пятнадцать. Шестнадцать. Семнадцать. Восемнадцать. Девятнадцать.

«Распространение: 3%»

Двадцать.

«Распространение: 0%»

«ТКАНЕВАЯ ДЕГРАДАЦИЯ: НЕЙТРАЛИЗОВАНА»

Я закончил вводить препарат и вытащил иглу. Прижал вату к месту инъекции, держал, считал до десяти. Поднял глаза на мониторы. Пульс — 86. Давление — 115 на 75. Сатурация — 99. Всё в пределах нормы. Лучше, чем было до инъекции.

И тут Артём вздохнул! Глубоко, полной грудью, как будто впервые за долгое время. Кожа начала розоветь на глазах. Сероватый оттенок уходил… вообще с неестественной скоростью!

Я выпустил вату, снял перчатку и посмотрел на свою ладонь. Геометрический рисунок по-прежнему был на месте, но, если присмотреться, он стал чуть ярче, чуть чётче. Как будто он тоже получил что-то от того, что я только что сделал.

«Интеграция: 6%»

«Награда: опыт носителя +10»

Опыт носителя? Боже, реально как в игре!

Но вот только я играл с жизнью человека, и за это система выдала мне опыт.

«Задание выполнено: пациент спасён от тканевой деградации»

«Награда: опыт носителя +25»

«Новое задание: найти и поглотить второй осколок»

«Срок: 29 дней 22 часа 48 минут»

Да оно и не новое… оно уже было…

Но всё же… двадцать девять дней. Почти месяц. И где-то нужно найти ещё четырнадцать осколков. Четырнадцать проклятых объектов, которые кто-то раскидал по живым людям и которые пожирают их изнутри, как я понимал, если судить по Артемию.

И я, видимо, единственный, кто это видит, кто может это остановить.

Главный хирург клиники с красным интерфейсом и татуировкой на ладони, у которого осталось двадцать девять дней до смерти от болезни, которой у него нет.

Я закрыл глаза и тихо выругался.

Глава 4

Смертельный диагноз

Хотите забавную вещь? Человек, который натравил на меня своего ручного мента, который… решил, что я навредил его сыну… в общем, в данный момент он рыдал!

Зуев-старший стоял в моём кабинете, уткнувшись в плечо, и плакал! И это, прошу заметить, не пятница! А среда! Не знаю, правда, к чему это я.

Скажу так: прошло два дня с того момента, когда я ввёл пациенту коктейль с калия хлоридом. И не убил его!

— Александр Сергеевич, — он шмыгал носом, и я понимал, что халат придётся стирать. — Я хочу… то есть мы с супругой хотим выразить вам…

— Не надо, — я отстранился, посмотрел на халат и вздохнул. Блин, реально стирать! — Я просто делал свою работу.

— Но я был не прав… оказывается, вы не вредили, а спасли ему жизнь! Врачи в областной говорили, что шансов не было!

«В областной? Интересно выходит… я прекрасно помню, что мы „первые“, кто вообще обнаружил и взялся за Артёма. Неужели кто-то, кроме нашей клиники, видел его анализы?»

Здесь стоило бы поругаться, надавать Диме по ушам, высказать своё нужное мнение Зуеву, но я вежливо промолчал. А вот мужчина похлопал себя по пиджаку и через мгновение достал из внутреннего кармана конверт. Толстый. С логотипом банка, чьим зарплатным клиентом был я.

— Мы понимаем, что у вас их и так достаточно, но… — он протянул конверт. — Это бонус!

— Алексей Петрович, — я говорил ровно, но внутри меня кипело раздражение. — Я не беру чаевые за операции. Это клиника, а не ресторан.

Он в буквальном смысле застыл, держа на весу конверт. Лицо его тут же начало меняться: сначала была «маска» шока, затем пришло замешательство. Люди его круга общения не привыкли к таким отказам.

— Но…

— Если хотите помочь, — я сделал пару шагов назад и сел на край стола, — сделайте так, чтобы ваш Морозов перестал ходить по клинике и задавать лишние вопросы. Мешает работать.

Зуев, недолго думая, убрал конверт на место. Затем подошёл ко мне и протянул руку. Не сказать, что мне очень хотелось жать её, но пришлось. Рука была влажная, но… Костяшка его большого пальца была холодной, что говорило о вегетососудистой дистонии!

— Вам бы обследоваться, — подметил я, но он решил ничего не уточнять. Молча кивнул и вышел, чуть не столкнувшись с Дмитрием Борисовичем, который явно подслушивал наш разговор.

Собственно говоря, начался самый настоящий спектакль, как только главврач переступил порог моего кабинета.

— Ты чё, ипанулся⁈ — он схватил меня за плечи. — Там полмиллиона было! Полмиллиона!

Откуда это он знает⁈ Вопрос, если честно, хороший, только вот ответ неутешительный.

Психи Димы были обусловлены тем, что у него и у Зуева была договорённость. Типа «сына прооперируете — получите бонус сверху». И Дима, зная сумму, теперь возмущается не моими принципами, а тем, что я лишил его части дохода.

Только вот чего так психовать? Дима никогда не был жадным, да и половина «конверта» для него — не сумма.

Пальцы Димы впились мне в плечи, и я вернулся в реальность.

— Сань, ты меня слышишь⁈

— Слышу, — я снял его руки со своих плеч. — Отпусти.

— Саша, полмиллиона! Ты понимаешь, что мы могли бы на них…

— Что? — я посмотрел ему в глаза. — Что мы могли бы на них, Дима?

Он замолчал и застыл, что означало только одно: в его голове прокручивались варианты ответа. И явно он планировал потратить их на что-то личное, не для клиники.

— Оборудование купить, — наконец выдавил он. — Новую видеоэндоскопическую систему! Ту, что ты хотел!

«Ага, ну да, конечно».

— Считай, что поверил, — я снял халат, скомкал его и бросил в корзину для грязного белья. — Если хочешь 4K-стойку, то есть бюджетные опционы, я скидывал тебе ссылки три месяца назад.

Понимая, что деньги улетучились и никакого процента он не получит, Дима опустил голову, как бы показывая, что он расстроился. Но мне было до лампочки. Я обошёл его и направился к двери.

— Сань… — послышалось вслед. — Ты это…

— Я тебя услышал. В следующий раз буду отправлять таких к тебе. А теперь отстань. Я в операционной. У меня ещё двое сегодня.

* * *

Следующие два дня прошли в странной полудрёме. Я ходил по клинике, делал обходы, смотрел анализы, проводил плановые консультации. Всё как обычно, кроме одной маленькой детали: красный интерфейс никуда не делся.

Жить, согласно системе, мне оставалось не так уж и много. Двадцать пять дней