"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Буду, буду. Непременно. А сейчас я что делаю? Только вот в субботу я буду тут третий лишний. Без меня тебе легче будет и автобус тормознуть и водилу задержать. Поняла расклад Заварзина?

— Поняла, поняла, не дура. Дальше что. Что я должна делать?

— Включить свое женское обаяние, что же еще? Короче тормозишь автобус, говоришь водиле так мол и так машинка заглохла не заводится не едет, а я опаздываю помоги мол добрый человек я в долгу не останусь и так далее. Ну и томной козочкой вокруг него прыгаешь. В общем желательно создать у водилы впечатление, что если он сумеет помочь тебе, то ты отдашься ему прямо на капоте. Может быть. Ради спасения жизни детей ты должна исполнить этот этюд на “отлично”. Впрочем думаю, что тебе это будет не сложно.

— Хорошо, все понятно. Дальше то что?

— Тянешь время по максимуму. Пока водиле плохо не станет. А дальше по обстановке. Я в это время наблюдаю от остановки и в случае чего выдвигаюсь на помощь. Диспозиция ясна?

— Ясна. А если он не остановит автобус? Что мы тогда будем делать, Саша?

— Нужно, чтобы остановил. Все в твоих руках. Ты должна постараться на все сто. Впрочем полагаю, что шансы на то, что этот водила не остановится совсем ничтожны. Слова Глеба Жеглова помнишь?

Заварзина утвердительно кивнула головой. Я еще подумал не много и сказал:

— Давай ка съездим за мост. Ознакомимся, так сказать, с местностью.

— Что ты задумал Саша? — спросила Юлия.

— Ничего особенного просто небольшую разведку местности. Поехали!

Глава 6

Результаты разведки, в общем и целом, удовлетворили меня. Примерно в километре от моста размещался пост ГАИ далее была виднелась окраина небольшого поселка. В общем в случае чего было куда и к кому обратиться за помощью.

Обратно в город мы ехали молча. Заварзина высадила меня по моей просьбе возле гастронома и поехала домой. Я же, закупив кое-каких продуктов направился в общежитие…

В оставшиеся до субботы дни я так и не пресёкся нигде с Юлией. В пятницу вечером я решил позвонить ей домой. Добыв у запасливого Левы несколько двухкопеечных монет, я спустился в вестибюль общежития и взяв трубку телефона-автомата, прижав ее плечом к уху, стал набирать домашний номер Заварзиной.

В трубке раздались длинные гудки. К телефону долго никто не подходил. Я уже собирался опустить трубку и позвонить позже, как раздался щелчок, монета провалилась, и я услышал голос Юли:

— Алло.

— Привет. Это Саша.

— Здравствуй Саша. Что-то случилось?

— Пока все нормально. Ты все помнишь, что должна сделать завтра?

— Помню конечно. Не волнуйся. Я все сделаю как надо.

— Хорошо. Встречаемся в условленное время возле общежития.

— Да я заеду за тобой.

— Только не опаздывай. Ладно надеюсь на тебя. До Завтра! — и я положил трубку на рычаг…

Ночью мне приснился странный сон. В нем на стоял на какой-то задрипанной остановке, расположенной на совершенно пустынной дороге, и ждал проходящего автобуса. Причем у меня было ощущение, что если я не дождусь этого проклятого автобуса, то уже никогда не смогу уехать из этой Богом заброшенной дыры. Поэтому там во сне я напряженно всматривался куда-то, вперед ожидая увидеть проклятый автобус, который все не шел и не шел.

Тут вдруг я ощутил, что сзади кто-то подошел и буквально дышит мне на ухо. Я обернулся и увидел Заварзину. Вернее, Заварзину которая выглядела очень странно. Она была старше себя настоящей из яви лет так на 15, если не больше.

Постаревшая Заварзина посмотрела на меня как-то особенно кокетливо повела глазами и обратилась ко мне говоря при этом совершенно не знакомым мне голосом:

— Что же Саша ты не узнал меня? Свою Юлечку! Это же я. Так я выгляжу по-настоящему.

Тут сзади раздался ужасный лязг, я обернулся и увидел подъезжающий к остановке старый совершенно задрипанный автобус. Было такое впечатление, что эта рухлядь буквально разваливается на ходу. Лобовое стекло отсутствовало, а за рулем сидел косматый, цыганистого вида мужик, у которого в довершении всего полностью отсутствовали оба глаза. Но данный факт почему-то совершенно не смутил Заварзину. Она начала радостно прыгать, издавать какие-то визжащие звуки, потом схватила меня за руку и потащила к автобусу приговаривая на ходу:

— Саша милый, скорее, скорее, нам надо успеть сесть в этот автобус. Мы должны спасти детей. Ты понимаешь это?

Я попытался упираться, но мои ноги будто сами собой волоклись по земле вслед за Заварзиной. Тогда я раскрыл рот, чтобы крикнуть, что я не идиот и, что я не намерен садиться в старую рухлядь, которой в довершении всего управляет совершенно слепой человек, что я не хочу разбиться на ней, но почувствовал, что вместо слов из моего горла вырывается какое-то шипение. Я еще раз попытался упереться ногами и проснулся…

Вытерев пот со лба, я посмотрел на часы. Было только без двадцати пять.

— Рано еще, пробормотал я — можно и нужно еще поспать.

Повторное пробуждение состоялось значительно позже запланированного. Посмотрев на часы, я чертыхнулся так как обнаружил, что почти проспал и времени у меня осталось всего ничего. По идее Заварзина должна была уже подъезжать к общежитию.

Продолжая чертыхаться, я спешно оделся, так же спешно причесался и умылся, закрыл дверь комнаты (Лева накануне уехал домой) и в быстром темпе выбежал на улицу. Уже от двери я разглядел припаркованную напротив шестерку Заварзиной. Юлия, как всегда, была изумительно точна.

Я подошел к машине, Заварзина увидела меня, кивнула мне головой и открыла дверцу. Я сел в машину, посмотрел на Юлию не удержался и присвистнул.

По-моему, сегодня она превзошла саму себя. Она была не просто хороша собой, она была прекрасна! На ней был сарафан, но другой, бежевого цвета и как мне показалось еще более короткий чем предыдущий. Я с трудом оторвал взгляд от пары длинных стройных ножек. Роскошная грива Заварзиной водопадом ниспадала на плечи. Умело нанесенный макияж дополнял всю эту обалденную картину.

— Свист признак невоспитанного человека, — ворчливо произнесла Юлия. — Доброе утро Саша!

— Да как же мне не свистеть, когда я такую красоту то увидел! Едва не ослеп. Приказывай, что хочешь, все исполню, о повелительница! — шутливо отвечал я. И втянув ноздрями воздух полюбопытствовал, а какими мы духами пользуемся? “Красной Москвой” поди?

— Французскими духами мы пользуемся, твоей “Красной