Я - Товарищ Сталин 16 - Андрей Цуцаев

четверых местных из нижнего квартала, тех, кто любил поговорить. Им сказали, что это основной караван с важным товаром и плата будет хорошей. Бертольд велел Хабибулле специально намекнуть в чайханах: мол, Абдулла-джан отправляет большой караван в сторону Джелалабада и дальше, к границе, с ценным грузом. Слух должен был дойти до британских ушей — через торговцев, через осведомителей, через тех, кто всегда передаёт новости за рекой.

Утром ложный караван собрался за городом, в небольшом саду у дороги на Джелалабад. Восемь мулов и четыре осла стояли в ряд, навьюченные мешками. Погонщики — четверо крепких мужчин в простых рубахах и чалмах — проверяли верёвки. Хабибулла подошёл к Бертольду, когда тот стоял в стороне.

— Всё готово, — сказал Хабибулла тихо. — Они думают, что везут важный груз. Я намекнул, что в мешках что-то ценное. Они будут болтать по дороге, как мы и хотели.

Бертольд кивнул и дал последние указания:

— Идите медленно. Останавливайтесь в кишлаках, покупайте еду, говорите с людьми. Пусть все знают, что караван от Абдуллы-джана идёт к британской границе. В Джелалабаде заночуйте у знакомого чайханщика — того, что всегда всё передаёт дальше. Если спросят про груз — отвечайте уклончиво, но так, чтобы подумали о чём-то серьёзном. Оружие только для вида, не показывайте лишнего. Вернётесь — получите остаток платы.

Погонщики сели на мулов. Караван тронулся по пыльной дороге, ведущей на юго-восток. Бертольд смотрел, как они удаляются между глиняных дувалов и садов с гранатовыми деревьями. Потом повернулся и пошёл обратно в город окружным путём.

Караван шёл первый день без приключений. Мулы шагали, ослы иногда останавливались у придорожных кустов. Погонщики разговаривали между собой.

— Абдулла-джан не зря платит, — говорил один, по имени Рахим. — Груз тяжёлый, но ценный. Говорят, везём что-то для торговли с англичанами.

— Тише ты, — отвечал другой, Гулям. — Не болтай зря. Но да, плата хорошая. В Джелалабаде отдохнём.

Они проехали мимо небольших кишлаков, где женщины месили тесто на плоских камнях, а дети бегали с кувшинами. В одном месте остановились у ручья, напоили животных, купили лепёшек у местного торговца. Рахим специально сказал погромче:

— Мы из каравана Абдуллы-джана. Идём далеко, к самой границе. Груз важный, не простой.

Торговец кивнул, глаза его блеснули любопытством.

К вечеру караван дошёл до небольшого селения. Заночевали у чайханы, где хозяин знал многих. Погонщики ели плов, пили чай, и разговоры о караване разошлись по всей чайхане.

На второй день дорога пошла между холмов. Воздух стал суше, пыль поднималась за животными облаком. Мулы шли цепочкой, погонщики шли пешком рядом, иногда садились верхом. В полдень сделали привал под чинарами у сухого русла. Гулям достал финики, поделился с остальными.

— Слышал я в Кабуле, — сказал он, — что британцы на границе посты усилили. Но нам-то что? Мы торговцы, не бандиты.

Третий погонщик, по имени Сайфулла, засмеялся:

— Торговцы с хорошим грузом. Абдулла-джан знает, что делает. Может, в мешках не только хлопок.

Они не знали, что груз действительно обычный. Бертольд велел положить в середину несколько старых винтовок — по одной на троих, завёрнутых в тряпки, с малым запасом патронов. Если британцы остановят и проверят — увидят типичный караван с товарами для продажи в Джелалабаде или дальше.

К вечеру четвёртого дня показались первые зелёные поля ближе к Джелалабаду. Дорога стала шире, по ней шли другие караваны — с арбузами, с хлопком из северных районов. Погонщики ложного каравана здоровались, обменивались новостями. Рахим каждый раз вставлял:

— Мы от Абдуллы-джана из Кабула. Идём к границе, везём ценный груз.

В Джелалабаде караван остановился у большого караван-сарая. Животных разместили в загоне, сами погонщики легли на циновки в общей комнате. Здесь собирались торговцы со всей округи. Разговоры шли о ценах, о реке, о британских постах в Хайберском проходе. Сайфулла и Гулям подсели к группе из Газни и рассказали о своём караване. Слух пошёл дальше — к тем, кто имел связи с британской стороной.

Бертольд в это время оставался в Кабуле. Он ходил на базар каждый день, покупал урюк, слушал. В одной чайхане услышал, как двое мужчин говорили:

— Слышал? Караван ушёл в сторону Джелалабада. Большой, говорят, с важным товаром. Погонщики болтают, что везут что-то особенное.

Бертольд улыбнулся про себя. Всё шло как надо. Слух распространялся. Британцы, если следили, должны были обратить внимание на этот караван и ослабить бдительность на других направлениях.

Ложный караван тем временем продолжил путь из Джелалабада дальше на восток. Дорога пошла через долину, где росли фруктовые сады и поля пшеницы. Жара была сильной, но по утрам дул лёгкий ветер с гор. Мулы шагали спокойно, погонщики пели простые песни, чтобы скоротать время.

На шестой день они встретили патруль афганских солдат — обычная проверка. Солдаты спросили документы, посмотрели на мешки поверхностно. Рахим сказал:

— Торгуем с Джелалабадом и дальше. Груз обычный.

Солдаты пропустили.

На седьмой день караван подошёл ближе к горам, где начинался подъём к перевалам в сторону Хайбера. Дорога стала уже, по бокам поднимались склоны с редкими кустами. Погонщики шли осторожнее, вели животных в поводу. В одном месте остановились у источника, напоили всех. Гулям сказал:

— Дальше будет труднее. Но Абдулла-джан обещал хорошую плату. Главное — дойти до границы и вернуться.

Они заночевали в небольшом кишлаке у подножия холмов. Местные жители принесли свежий хлеб и йогурт. Погонщики опять рассказали о караване. Один старик кивнул:

— Видел я таких. Идут к англичанам. Время сейчас неспокойное.

На восьмой день начался настоящий подъём. Дорога вилась между скал, мулы шли медленно, ослы иногда спотыкались на камнях. Солнце жгло, тени были короткими. Погонщики обвязали головы тряпками от пыли и солнца. К полудню сделали привал в тени большой скалы. Здесь Сайфулла достал одну из винтовок — просто показал остальным:

— На всякий случай. Но надеюсь, она нам не пригодится.

Винтовка была старой, обычной, какую можно купить за десяток афгани на базаре. Ничего особенного.

Караван пошёл дальше. На девятый день они достигли района, где уже чувствовалась близость границы. Встречались чаще британские индийские торговцы, возвращавшиеся с той стороны. Разговоры шли о проверках в Хайбере. Погонщики ложного каравана решили не идти прямо в проход — повернули в сторону небольшого селения, где можно было продать часть товара. Они продали несколько мешков хлопка местному купцу, получили деньги и сказали, что основной груз пойдёт дальше.

Бертольд тем временем в Кабуле встретился с Хабибуллой в саду за рекой. Они сидели на корточках под деревом, пили чай из пиал.

— Слух пошёл хорошо, — сказал Хабибулла. — В чайханах только и