Шаман и звезды - Анна Нова

– Окей, сэр.

Кирен набрал дона Энрике по интерсвязи, через пару мгновений чиновник ответил. Дон Энрике был седеющим мужчиной с высоким лбом и глубоким, вдумчивым взглядом. Он поправил очки на носу и кивнул Кирену.

– Добрый день, мистер Мак-Айвер! Как у вас погода?

Кирен помотал головой:

– Жить можно. Затхло, пыльно, пахнет чаем с бергамотом.

– А у нас солнце. Очень хочу однажды увидеть вас в Лиссабоне! Уверен, вам, ребята, тут понравится.

Кирен не ответил. Из всей команды он был единственным выходцем с Земли, и с этой планетой его связывали не самые приятные воспоминания.

– Мы нашли то самое сердце, сэр. – Кирен сменил тему. – Оно у нас, высылаю вам фотографии. – Он проворно застучал по клавишам. – Мы хотели бы получить другие наводки.

– Отлично, просто отлично, – слегка оживился дон Энрике. – Сейчас отправлю данные по новому артефакту. Аванс я переведу только после того, как пришлете отчет. Чья очередь писать отчет? – Чиновник говорил уверенным, четко поставленным голосом, как будто вещал с кафедры о запущенных Департаментом грантах.

– Кажется, моя, – неуверенно отозвался Оскар. – Но я пропустил все самое интересное.

– Я напишу. – Оливия помахала рукой. – Мне нужно расслабиться. Ничто так не успокаивает, как отчеты для МОО!

– Спасибо, Оливия, – мягко улыбнулся Энрике. А затем продолжил: – Вы смотрите новости? Но Ли Чжон убит. Явно началась охота на политиков, нам всем немного не по себе.

– Будьте осторожны, сэр. – Оливия подошла к монитору и улыбнулась в камеру. – Иначе как же мы без вас?

– Всегда начеку, Оливия. – С этими словами начальник отключился.

Дон Энрике был куратором команды «Сан-Габриэла», он поручал ученым находить артефакты и экспонаты для частных и государственных музейных коллекций, научных центров и экологических парков. Однако он был в курсе и другой, подпольной деятельности экипажа.

До того как жениться на инопланетянке и заняться политикой, дон Энрике работал над теорией сосуществования. Около двадцати лет назад на Земле были найдены следы загадочной древней цивилизации: руины поселений, могильники и несколько петроглифов. Останки гуманоидных существ не удалось идентифицировать, их быстро переправили в Цитадель на Пангее и предали забвению. Раскопки заморозили и опечатали, полностью закрыв к ним доступ. Все результаты исследований быстро исчезли из Сети. На смену научным теориям пришли спекуляции и теории заговора. Их объединяла одна идея: более миллиона лет назад на Земле существовала колония инопланетян, Homo antecessor, которые постепенно ассимилировались с людьми.

Дон Энрике считал, что здесь не обошлось без вмешательства Пустых – возможно, останки принадлежали именно представителям таинственной расы. Чтобы проверить теорию, нужно было получить доступ к найденным на Земле костям и провести сравнительный анализ ДНК. Энрике не сомневался, что в Цитадели уже давно провели необходимые тесты.

Идея сосуществования подрывала главный концепт, на который опиралась внешняя политика Сейма. Человеческая раса первой освоила космос и установила контакт с внеземными цивилизациями, она принесла в Систему мир, прогресс и процветание. Земля не могла быть просто колонией Пустых – это развеяло бы миф о людском могуществе.

В Системе Тетис действовали принципы демократии, но по факту межпланетный союз вел типично империалистическую политику. Все внеземные народы и цивилизации считались менее продвинутыми; ксенофобия проявлялась в мелочах. Чем дальше от центра Системы, тем страшнее: продажные чиновники, ученые-садисты, полицейский произвол. Щупальца Сейма не дотягивались до внутренней политики периферийных планет, где каждый мелкий управленец был божком своего собственного мира.

– Дон Энрике хочет, чтобы мы отправились на Иберию. – Кирен оторвался от экрана и взглянул на Диаша. – Но планета же закрыта для космического транспорта.

– Это ведь родная планета Вацлава? – спросил Оскар.

– Ну да, царство средневековья и инквизиции. Парень будет просто счастлив вернуться домой.

– Идея – чума, да. Его же там чуть не сожгли за инакомыслие, – нахмурилась Оливия. – А что мы должны добыть?

– Древние мощи, разумеется, – сказал Кирен. – В одном из храмов они хранят мумии пророков – якобы Пустых. Это, конечно, полная чушь, но какой-то богач с Пангеи хочет украсить редкой мумией свой кабинет.

– Ладно, примерный план понятен. Оскар, проложи курс на Иберию, через три часа стартуем, – распорядился капитан и поднялся с кресла. – Кирен, после этой миссии займемся твоим заказом для Департамента. Нам не помешают финансовые вливания.

Мак-Айвер кивнул:

– Конечно, капитан.

– Пойду проветрюсь.

Диаш засунул руки в карманы куртки и ушел с мостика.

Оказавшись на улице, он устало опустился на ступеньки трапа, прикрыл глаза. Капитан чувствовал себя измотанным: столько воспоминаний и так мало по-настоящему полезной информации. Он увидел Ноэми в толпе и вновь потерял. Рыжим всполохом мелькнули ее волосы, а потом весь мир затянуло серой дымкой.

– Вы должны немедленно стартовать с планеты. – Диаш вздрогнул, услышав смутно знакомый голос.

Он поднял взгляд: к кораблю подошел высокий мужчина в мешковатой одежде и надвинутой на глаза кепке. За его спиной был походный рюкзак, а на руках незнакомец держал лемура.

Мужчина снял кепку, и Висенте сразу же узнал его.

– Дженкинс! – только и смог выдавить капитан.

– Мы до конца не были уверены, что под аккаунтом MadFlint скрываетесь именно вы.

– Ваш племянник вел себя как настоящий параноик. И его можно понять.

Эдвард Вайлд (в прошлом – Дженкинс) кивнул и уселся на трап рядом с капитаном. Бывший ученый выглядел неважно: темные круги под глазами, мертвенно-бледная кожа, потрескавшиеся губы.

– Он не смог рассказать дальше, да? Про Ноэми.

Диаш удивленно покосился на мужчину. Его голос звучал поразительно твердо и уверенно.

– Не смог. Я собирался поговорить с вами…

– Я знал и поэтому пришел сам. Но сначала вы должны взлететь.

– Что?

– Вам лучше улететь, пока не поздно, и не привлекать к себе внимания. Вы ведь проникли в бункер, – терпеливо повторил Эдвард.

– Ваш племянник не сильно обрадуется.

– Ему это будет только на пользу, поверьте. Потом еще вам спасибо скажет, – усмехнулся Эдвард.

– Программа-обманка должна была замести следы взлома, – возразил Диаш.

– Не будьте таким наивным, капитан. Очень скоро специалисты Сейма заметят сбой в системе и поймут, что один из объектов взломали. Лучше быть подальше отсюда, когда они это обнаружат. Я знаю, чем вы занимаетесь. Подпольные революционеры, ученые-диверсанты. – Губы Эдварда тронула слабая, блеклая улыбка. – Вы готовы сражаться? Не очень-то вы похожи на воинов. Ваше оружие – информационные сети и научные теории.

– Все верно. Методы изменились.

– И вы тоже скрываетесь у всех на виду.

Эдвард отпустил лемура; зверь пару раз пронесся по трапу вверх-вниз и в конце концов устроился на плече у своего хозяина.

– На базе 313 ученые из