Охотники за потусторонним. Книга 2 - Евгений Прядеев

— Оль, Костя, — Ворон, подумав, обернулся: — Сходите с отцом Павлом.

— Хорошо, — Кеша встрепенулась и пригладила практически идеальную прическу. — Хоть какая-то деятельность!

— В хорошей компании все хорошо! — Кащей не удержался от комментария, хотя вроде бы смирился, что Ольга давным-давно не обращает на его флирт никакого внимания.

Ворон внимательно наблюдал через лобовое стекло, как отец Павел, Ольга и Костик подходят к забору возле дома отца-настоятеля. Предчувствие близости чего-то темного его не покидало, хотя за компанию он был спокоен, как минимум, Кеша в таком настроении наваляет кому угодно.

Короткая заминка и троица скрылась за забором, после чего Георгий позволил себе вздохнуть с облегчением. Может быть и впрямь паранойя излишняя?

— Как-то волнительно! А ну как проклянет или анафеме предаст? — бормотал себе под нос отец Павел, семеня позади Ольги. — Вот так вот… — он совсем сбился с мысли, поэтому в дверь стучал Костик.

Прошла почти минута, пока в двери не заворочали ключом. Процесс затянулся, а потом перед троицей показался мужчина в возрасте — далеко не такой старик, как отец Павел, гораздо моложе. Во всяком случае, седины в его бороде имелось заметно меньше, держался он прямее и ростом был выше. При этом волосы были собраны на затылке, а строгий взгляд глубоко посаженных глаз буквально насквозь сверлил гостей, несмотря на классические очки без оправы:

— С чем пожаловали? — спросил он, когда даже Костику показалось, что настоятель уж слишком долго их рассматривает.

— Отец Кирилл, у нас есть очень деликатное дело и это совершенно не тот разговор, который надо вести на улице, — выдал Кащей. Брови настоятеля поползли вверх, но Костик быстро собрался, представил себя и Кешу и намекнул о теме беседы.

— Проходите, — сухо ответил мужчина, впустил гостей, а после надежно запер за ними дверь. Настолько надежно, что о ловушке задумался даже сам Синев. — Сразу расставим точки над и — этого человека я лишил сана за дело. Я так полагаю, что вы пришли за него просить?

— С чего вы так решили? — удивилась Ольга.

— Не вы первые, знаете ли. Но я обязан выслушивать всех, поэтому проходите, в гостеприимстве не откажу.

Он провел всех в светлую комнату, усадил, а сам навис над ними в ожидании не то оправданий, не то признаний в страшных преступлениях.

— Отец-настоятель, — первым начал священник, — прошу не винить меня в том, из-за чего сана вы меня лишили. Не бездельничал я, смуту не сеял и ни о чем богопротивном не помышлял. Человеку помочь хотел. Всем сердцем. И душой не кривлю, господь мне свидетель. И вот, — он повернулся сперва к Ольге, а потом к Костику, — вот этот человек сам видел, что там было возле реки.

— Боже милостивый! — лицо отца Кирилла изменилось вмиг. — Вы зачем мне шарлатанов каких-то привели? Еще скажите, что они колдовать умеют! — воскликнул он и малость побледнел.

— Нет-нет, — засуетился отец Павел, — никакого колдовства, все исключительно… научными методами. Церковными, то есть.

— Ну а вы сами что скажете, если говорить умеете? — взялся отец Кирилл за Костика.

— Чего тут говорить? Увидели духа, исполнили его просьбу, дух ушел, — Кащей пожал плечами.

— Духа? — недоверчиво спросил отец-настоятель. — И вы туда же?

Он вздохнул, сделав это так театрально тяжко, что Ольга с Костиком поежились почти одновременно. В своем черном одеянии отец Кирилл настолько сильно отличался от сидевшего меж них священника, что их можно было посчитать едва ли не противоположностями.

И держался он гордо, уверенно, точно знал все, а троицу лишь испытывал. Но на этом разговор не закончился. Отец Кирилл продолжил расспросы более детально. Как, что, кто, где, с кем — вопросы, которые он задавал, исчислялись десятками и, казалось, что им не будет конца. Как и силам самого настоятеля, который даже не задумывался, когда бросал своим гостям очередной вопрос.

Им пришлось рассказать не только о том, что случилось, но еще и про Семена, с которого это все и началось, про цыган, что продали ему металлоискатель и направили в то самое место, где появился дух.

Отвечал в основном Кащей, искренне стараясь обойтись без дара, кое-где добавляла Кеша, а вот отец Павел под таким потоком вопросов сник окончательно, решив. Видимо, что на прощение рассчитывать бессмысленно.

— Ну я даже не знаю… — протянул настоятель в конце, как видно сам утомившись от своих расспросов, но закончить фразу не успел. С улицы послышался гомон нескольких голосов и шум, как будто от ударов.

Время шло, Ворон начал нервничать. Несмотря на сложность ситуации, он полагал, что с даром Костика все можно было решить гораздо быстрее.

— Я схожу, — предупредил он Аркашу и открыл дверь, но тут же замер, глядя на резко меняющие декорации. Улица, как по волшебству, наполнилась воем сирен, ревом моторов, а потом и визгом шин: три полицейских машины и один фургон заблокировали проезжую часть так, что «буханка» и все, кто в ней находились, никак не смогли бы улизнуть.

— Всем поднять руки! Резче! В черном! Руки на машину! — орали в громкоговоритель. — Кто еще внутри?

Ворон замер, а потом послушно опустил ладони на разогретый солнцем металл УАЗика.

Заслышав шум, наружу выглянул Аркаша, увидел направленное в лицо дуло автомата, скосил глаза и высоко поднял руки.

— Все на выход! Кто еще в машине? — почти истерично голосил громкоговоритель.

В принципе, все было понятно. Ловушка. Вероятно, Костика с Кешей прямо в доме настоятеля и прихватили, думал Ворон. Держат или убили — значит, что и настоятель мертв, и отец Павел. Или, что еще хуже, эти двое заодно с колдунами, а он сам умудрился этого не заметить.

Чьи-то руки сунулись ему под плащ.

— Холодное оружие, значит? Без разрешения⁈

Ворон попробовал обернуться, но его без особых церемоний ткнули обратно лицом в «буханку». Удар был чувствительным, но обошлось без крови.

— А тут кто? Студент? Что у вас тут происходит?

— По какому праву? — завопил вдруг Аркаша, придя в себя. — Мы ничего не нарушали!

— Вот это мы сейчас как раз и выясним, что вы там нарушили, а что нет. Был бы человек, а дело найдется!

Ворон попробовал повернуться еще раз.

— Мордой в асфальт, обоих! — услышал он команду.

Тычок под колено — и вот он уже лежит, вдыхая пыль с горячего асфальта. Рядом так же уложили Аркашу. Больше он вопросов не задавал.

— А вот теперь, чтобы вы знали, похитители, — сквозь шум выбрасываемых из машины вещей,