Край Времени (сборник) - Майкл Муркок

Маэстро вообще обожает чистые краски и крупные мазки в описании своих персонажей. Если уж Герой, так с большой буквы, если — Злодей, так такой, какого еще не рождала Земля. Но этого принципа ему удавалось придерживаться только в самых ранних своих произведениях. Так, например, в «Рунном посохе» Дориан Хокмун — еще одна инкарнация Вечного Героя — честен и бескомпромиссен, неустрашим и благороден. Его образ выписан с лубочной тщательностью куртуазной поэзии. Зато рядом с ним находится его соратник Хьюлам д’Аверк, нарисованный очень живо и с немалой толикой иронии. Там, где Хокмун идет напрямик, д’Аверк ищет обходные пути; там где Хокмун хранит рыцарскую верность своей возлюбленной, его спутник охотно утешает то и дело встречающихся на пути прекрасных дам. Более поздний Муркок, хочет он того или нет, усложняет характеры своих действующих лиц. Интересный генезис претерпевает герой одного из наиболее популярных героев этого сериала — Элрик из Мелнибоне, который от романа к роману этой десятитомной эпопеи приобретает все больше и больше противоречивых черт характера. В «Танцорах на Краю Времени» Муркок опять поддается соблазну живописать достаточно контрастных персонажей, что уже обусловлено рамками жанра. Однако и здесь, застегнуться на все пуговицы ему удается далеко не всегда. Образ Амелии, например, никак не назовешь однозначным. Но вернемся к Лорду Джеггеду. Само слово Canaria имеет корень «канарейка», «канареечный». Канарейка — птица из семейства вьюрковых, свое название получила от Канарских островов, где впервые была обнаружена. Канарейка — одна из самых популярных певчих птиц. Сходство Лорда с канарейкой постоянно подчеркивается в романах. Это и дом — птичья клетка, и желтое одеяние Лорда, и «удивительной красоты трель», льющаяся из горла Лорда Джеггеда.

Железная Орхидеи (Iron Orchid)

Муркок очень любит использовать в своих произведениях различные стилистические фигуры. Игра с языком доставляет истинное наслаждение Маэстро. Одна из этих стилистических фигур называется «оксюморон» (от греч. oxymoron — остроумно-глупое) и представляет собой соединение воедино различных по смыслу слов для того, чтобы получить новое экспрессивное значение. Примеры оксюморонов нередки в мировой литературе —«живой труп», «горячий снег» и пр. Такая же стилистическая фигура применялась и при конструировании имени «Железная Орхидея». Ведь орхидея — один из самых нежных оранжерейных цветков.

Герцог Квинский (Duke of Qweenz)

Как явствует из текста романа, титул «Квинский» взят по названию одного из районов Нью-Йорка. Нужно отметить, что «Qwinz» переводится с английского—«королевский». Поэтому в самиздатовских переводах его часто величали Герцог Королев.

Вертер де Гете (Werl her de Goethe)

Это имя составлено из двух частей. Гете Иоганн Вольфганг (1749–1832) — немецкий писатель, мыслитель, естествоиспытатель. Его «Фауст» вошел в сокровищницу мировой литературы. Широко известен его роман «Страдание молодого Вертера» (1774), в котором описывается юный романтик, который сталкивается с реалиями жизни. Муркок использует имя писателя и героя, чтобы создать свое собственное. Муркоковский Вертер де Гете, так же как и гетевский Вертер, — мечтатель и романтик. Он не может приспособиться к карнавальной жизни своих сограждан и поэтому пытается скрыть тонкости своей натуры за внешней суровостью и мизантропией. «Вертер де Гете, мучаясь пониманием абсурдности своего века, постоянно испытывал чувство отчужденности от своих собратьев» — это цитата из повести «Бледные розы»— четвертого произведения из цикла о Крае Времени. Свое отношение к Вертеру Муркок вкладывает в уста Герцога Квинского, который говорит «… Вертер в благоговении преклоняет колени перед своей душой — грустным паяцем, непрестанно алчущим новых даров». Вертер де Гете страдает не от несовершенства мира, он страдает от того, что в мире нет повода для страдания. «О, как я тоскую по горести прошлого, — восклицает он, — жизнь без страданий теряет смысл!»

Лорд Монгров (Lord Mongrov)

Точного перевода этого имени нет. Но, по всей видимости, корень его тот же, что и в слове «mongrel», то есть «дворняга», «нечистокровное существо», «помесь». Лорд Монгров, подобно Вертеру де Гете — мизантроп и человеконенавистник. Так кажется на первый взгляд. Это усугубляется и описанием замка Монгрова — мрачного, темного, населенного крысами и приведениями. Даже погода во владениях Монгрова под стать ее хозяину — дожди, снег, слякоть. Лорд Монгров коллекционирует болезни, питается отравленными блюдами, намеренно разрушает стены замка, — которые он построил. Он умышленно придает себе облик монстра и любит, когда над ним подтрунивают. Но если Вертер де Гете во многом позер и является персонификация романтизма, то Монгров скорее близок к Захер-Мазоху и тому направлению, которое по имени его автора, стало называться мазохизмом. 3.Фрейд писал, что наиболее интересной его разновидностью является моральный мазохизм. Лорд Монгров — воплощение фрейдисткой психологии, глубинного копания в собственной душе, истязания своего духа ради собственного удовлетворения.

Госпожа Кристия. Неистощимая Наложница (Mistress Cristia, Everlasting Concubine)

«Mistress»—«хозяйка, госпожа». «Everlasting Concubine» примерно можно перевести как Неистощимая Наложница, хотя в самиздатовском переводе она именовалась Вечной Содержанкой. Что же касается имени Cristia, то корень его, естественно, в имени Христа — Christ. Как это имя связано с Госпожой Кристией, зная ее образ жизни, решать читателю.

Миледи Шарлотина (My Lady Charlotina)

Имени «Шарлотина» ни в одном современном языке нет. Есть Шарлотта (Charlotte) во французском и немецком; Карлота (Carlota) в испанском и итальянском; Шарлотт (Charlotte) в английском. Имя умышленно видоизменено автором, как, впрочем, имена других героев. Муркок часто использует те или иные звуки в написании имени персонажей для того, чтобы вызвать нужную ассоциацию у читателя. Увы, но в переводе многое из этого теряется. Хотя в данном случае, ассоциативный ряд у русского читателя такой же, как и у английского. «Шарлотина» ассоциируется с «шарлотой» (шарлоткой) — сладким яблочным пирогом и «шарлотом» — породой мелкого лука и «шарлатанством». Титул, к сожалению, на русский язык адекватно перевести нельзя. Дословно это читается как «моя леди», то есть каждый кто обращается к ней, уже в этом обращении подчеркивает свои права на нее. На русском языке приходится использовать безликий титул «миледи», который наши читатели мгновенно сопоставляют с героиней романа А. Дюма «Три мушкетера».

Епископ Тауэр (Hishop Castle)

Буквально это имя переводится как «Епископ Крепость» (Твердыня, Замок). Ясно, что на русском языке такое сочетание имен кажется мало благозвучным и логичным и звучит в духе нелепых юморесок из районной многотиражки. В тексте идут постоянные ссылки на «твердость, звучащую в его имени». Поэтому не хотелось терять семантику этого слова и оставлять в тексте написание имени в английской транслитерации — «Епископ Кастл». Поэтому, не желая обеднять читателя и лишать его интересного смыслового ряда, мы позволили себе некоторую адаптацию этого имени к русской фонетике и лексике и назвали Епископа «Тауэр». «Тауэр» —