Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Еще одно неловкое движение, — сказал я ледяным тоном, которым можно было бы разрезать металл, — и я разорву твою душу в клочья.

Он поднял голову. Я видел это по движению его капюшона. Словно попытался найти ответ не блефую ли я. И судя по тому, как он тут же убрал руку и отступил на шаг, решил, что я не лгу.

— Ты еще пожалеешь об этом, Громов, — выплюнул он наконец.

Развернувшись так же резко, как и появился, он сделал несколько быстрых шагов и растворился в дожде и темноте, словно его и не было.

Я постоял еще с минуту, глядя в пустоту, куда он ушел. Адреналин медленно отступал, оставляя после себя холодную ярость. Совсем оборзели. Посылать своих гончих «договориться» со мной.

Неужели они живут в собственном и настолько оторванном от реальности мире, что даже не слышали последних сплетен? Невозможно. Я не верю в это. В груди снова возникло едкое чувство зуда, а рука сама поползла в карман.

Но там было пусто. Все оставшиеся сигареты и зажигалки я уже давно выкинул в мусор.

Вернулся в дом.

Они налетели на меня, едва я переступил порог, как две встревоженные фурии.

— Кто это был⁈ — выпалила Алиса, ее глаза были широко раскрыты.

— Что ему было нужно⁈ — подхватила Лидия, ее голос обычно ровный сейчас дрожал от сдерживаемого напряжения.

— Один из них, — ответил я, снимая мокрый плащ. — Один из культистов.

Они замерли.

— И… что? Что он хотел? — осторожно спросила Лидия.

— Договориться, — я прошел в холл и опустился в кресло у догорающего камина. — Предлагал «замять дело» в обмен на старые услуги.

— Почему ты его не… скрутил? — в голосе Алисы звучало недоумение. — Не избил? Не задержал?

— Ты с ума сошла? — тут же осадила ее Лидия. — А если бы он был вооружен? Он бы убил Громова прямо у нас на пороге! И что тогда? Что было бы с нами? Виктор все правильно сделал. Нужно сообщить в полицию… или в Инквизицию.

Я слушал их перепалку и думал о своем. Они видели только верхушку айсберга — ночного гостя, угрозы, опасность. Но они не видели главного.

Тот, кто прислал этого гонца, не боялся. Он был уверен в своей силе. В своей безнаказанности. И он знал о Громове. Знал о его прошлом, о его занятиях оккультизмом. Это был не просто бандит, а человек, который хорошо знал, как жил предыдущий владелец этого тела. Знал его слабости и сейчас хотел воспользоваться одной из них. Не вышло.

— Они не хотели договариваться, — сказал я, прерывая их спор. Они обе замолчали и посмотрели на меня. — Они проверяли меня. Хотели понять, на чьей я стороне. Ну мне так кажется.

— И что теперь? — спросила Алиса.

— Теперь они знают, — я посмотрел на тлеющие угли. — Знают, что я не с ними. И конечно же им это не понравилось.

Я поднял голову и обвел их взглядом. Две испуганные, но не сломленные женщины. Мои невольные союзницы.

— А это значит, — закончил я, и в моем голосе не было ни страха, ни сомнения, только холодная, как сталь, уверенность, — что надо действовать быстро и уверенно.

Я улыбнулся, прекрасно понимая, что все сделанные ранее мной шаги были верными. Разосланные письма, информация, поднятые на уши несколько структур. Не хватало еще обратиться в «Щит», но что я им скажу? В городе орудуют оккультисты, и вы можете стать одной из их жертв? Сомневаюсь. Там такие ребята, что в упор для укола к ним просто так не подойдешь. Разве что дротиком со снотворным плеваться из духовой трубки.

— Чего ты лыбишься? — переспросила аккуратно Алиса. — Тронулся, что ли?

— Нет. Просто мы с вами уже на шаг впереди.

Мы доели вчерашний ужин, после которого я не стал задерживаться внизу. Поднявшись к себе в спальню, я плотно прикрыл дверь и сел в кресло напротив зеркала. Усталость за день была, но мне предстояло еще сделать многое. И не только сегодня, но и вообще.

— Явились старые дружки твоего предшественника? — поинтересовался голос.

— А ты все никак не поймешь, что моя голова — это личное пространство, куда соваться просто так не стоит, да?

— Извини, что разочаровал. Это повторится, и не раз, — ответил гримуар. — Так что, что ты собираешься с этим делать? — продолжал безэмоциональный голос гримуара с прикроватной тумбочки. — Устроишь им еще одну демонстрацию своих ораторских способностей на пороге дома?

— Нет, — я усмехнулся, глядя на свое отражение. — Я собираюсь подготовиться.

— О! Наконец-то дельный разговор.

Я закрыл глаза. Вдох. Выдох.

Мир за веками не просто потемнел. Он истончился, потерял свою плотность, уступая место другому восприятию. Я слышал, как бьется мое сердце, как кровь шумит в ушах, как воздух наполняет легкие. А потом, словно щелчок выключателя в мозгу, я увидел это.

«Взгляд» включился. Легче, чем вчера, и практически мгновенно, если сравнивать с прошлой неделей. Уже не требовалось того титанического усилия и мучительной концентрации первых дней. Та самая мышца, о которой я ранее не знал, стала наращивать массу.

Я открыл глаза. Зеркало. В нем — мое отражение. Но поверх физической оболочки, как наложенный кадр, я видел его. Пульсирующий серо-стальной вихрь моей психеи.

Выключил.

Снова темнота, а затем привычные контуры комнаты. Снова включил. Сияние.

Раз. Два. Десять. Двадцать. Я делал это снова и снова, доводя простое действие до автоматизма. И с каждым разом переход становился все более плавным, почти незаметным. Расход энергии сокращался, напряжение в висках слабело. Я чувствовал, как растет опыт. Как навык, еще вчера бывший чужим и диким, становится частью меня.

Теперь детали.

Я снова активировал «зрение» и заставил себя смотреть не на весь энергетический клубок, а в его самую суть. Это было похоже на работу с микроскопом. Сначала общий, размытый образ. Затем крутишь колесико фокусировки, и картина обретает четкость, проявляются структуры, которые раньше были невидимы.

Я и «крутил» свое ментальное колесико.

Общий вихрь начал распадаться на отдельные потоки, они уже — на нити, а нити, при еще большем усилии, на мириады тончайших, как