Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Архив? — холодно уточнил Артем, одним тоном умудрившись заставить Венеру выпрямиться и доложить по всей форме.

Я такое только в исполнении физрука видел. А от Артема — вообще не ожидал. Опасный тип, даром что в очках.

— Встреча на вокзале, видео следования на конкурс, поездка на катамаране, — отрапортовала она, а затем выдохнула, будто смущаясь собственной реакции, и продолжила спокойнее: — Видеозаписи хранятся в зашифрованном виде и недоступны посторонним. Вы сами выберете, какие эпизоды можно передать аккредитованным информагентствам или же использовать в официальной передаче турнира! — Венера вновь улыбалась. — Разумеется, потребуется согласие родителей, и уже тогда вы сможете увидеть себя по телевизору. Каждый день, самые лучшие и самое лучшее — в двадцать один ноль-ноль! — подмигнула она.

— Нет-нет-нет, — замахал руками Пашка.

— Мы вообще не хотим, чтобы кадры с нами передавали! — поддакнул Артем, сжимая в руках футляр.

— Хотя бы один ролик должен быть по условиям конкурса, — с легким укором попеняла Венера. — Ведь зрители хотят увидеть своих чемпионов!

— А можно, если в ролике будут не все? — отчего-то сильнее всех переживал Паша.

— Это ваше решение. Только вам выбирать, что попадет в эфир. — Венера демонстративно показала на терминалы, мимо которых мы проплывали.

Площадка под полотном с золотым львом при всей своей огромности служила только пятерым участникам.

— Покажем Свету, она красивая, — выдохнул Пашка.

— Я не хочу.

— Тогда Федора.

— Так уж и быть, — солидно кивнул брат, поправив прическу пятерней, щедро унизанной кольцами.

И когда только успел сделать?

— А мама когда приедет? — уточнил он, пользуясь общим вниманием.

— А вот и флаг нашего княжества! — засуетился Артем, приседая рядом с Федором и показывая рукой на дирижабль с белоснежным полотном, на котором отливал серебром щит, рассеченный на четыре части.

Только плыть до него еще долго, а Федора таким простым трюком не провести.

— О, фиолетовые! — как друзьям, обрадовался я новой площадке с ребятами в знакомой форме.

Те, правда, куда больше интересовались терминалами. Но уж лучше свистнуть соловьем-разбойником, навлекая ненужное внимание, чем объясняться с братом.

— Привет! — помахал я рукой знакомым лицам, заодно вглядываясь в толпу.

Потому что кроме всех прочих там должна быть она. Только почему-то ее не видно.

— Это он! — первым вышел из ступора долговязый парень, в прошлый раз совавший расписки и клятвенно уверявший, что стоят они дороже бумаги, на которой написаны.

Я предложил ему бумажку с надписью «ослик», но он почему-то отказался.

— Стой, гад! — резко рванула вперед волна лицеистов, затормозив у самой воды.

— И вам всего доброго, хорошего настроения, здоровья, — помахал, улыбнувшись, и развернулся в сторону движения катамарана.

Толпа позади взвыла, но прыгать на добрых два метра никто не решился.

— Я вижу, уже успели познакомиться? — косясь назад и прислушиваясь к требованиям вернуться, поинтересовалась Венера.

— Как сказать, если я им что-то продал, а они купили? — шепотом проконсультировался я у Артема.

— Деловые партнеры, — также шепотом ответил он.

— Деловые партнеры, — небрежно повел я рукой.

— Что-то они не сильно рады вас видеть, — нейтрально продолжила сопровождающая.

— Это бизнес, — развел я руками. — Желающих много, осликов мало. Всегда найдутся недовольные.

— Простите, что?

— Бизнес, — терпеливо повторил я.

— А, понятно, — глубокомысленно закивала Венера.

Платформа юркнула за очередной поворот, приближая нас к цели, и вот уже школьные знакомые приветственно подняли руки. Мы тоже замахали в ответ, заулыбались — и я даже подсадил Федора на плечи. Опасный вопрос забылся, печаль сменилась радостью узнавания и некоего единения — несмотря на то что со старшими классами мы были почти незнакомы, да и они ни разу не заглядывали к нам на репетиции. Просто все вокруг оказались совершенно чужими, а эти — хоть немножко, но свои.

— Добро пожаловать на борт, мелкота, — протянули нам руки, чтобы помочь перебраться с катамарана.

Но мы степенно проследовали без посторонней помощи, а Федор, пользуясь тем, что был выше остальных, еще и фыркнул снисходительно.

— Дорогу чемпионам, — ввинтился Пашка в толпу встречающих, выглядывая свободный терминал.

— Ну-ну, — усмехнулись нам в спину, теряя интерес.

От княжества было еще шесть команд, половина — из нашей школы. Соответственно, другой половины я никогда не видел, да и они не рвались нам помогать. Разве что глянули с любопытством — других восьмиклассников, как я мог убедиться, на платформах не было. А Федор уж наверняка станет самым лучшим второклассником на турнире вне зависимости от того, как мы выступим.

— Справа никого нет, — деловито доложил брат о результатах наблюдений с высоты.

— Двигаемся направо, — подтвердил Пашка прием разведданных, и мы зашагали в сторону от толпы.

Позади тенью пристроилась Венера.

— Капитан команды, пожалуйста, приложите вашу ладонь, — попросила она, стоило нам в глубокой задумчивости остановиться возле черного экрана без единой кнопки и переключателя.

Паша шагнул вперед, оглянулся на нас и медленно протянул руку.

Черная поверхность пошла волнами, заставив отдернуть ладонь, и тут же окрасилась стандартной рамкой информационной странички с тремя блоками, обещанными Венерой. Нас, разумеется, в первую очередь заинтересовало видео. Хотя заголовок «Фавориты турнира — кто они?» тоже интриговал.

— Вот, отличный эпизод, — выдохнул Пашка после нервного просмотра около десятка роликов, снятых с высоты крыш и наверняка с дирижаблей.

Рядом солидно закивал Артем.

— А это точно наши спины? — засомневался Федор.

Выбранный ролик демонстрировал краткий эпизод прохода катамарана по каналу. Вернее, его окончание — с тремя мужскими и двумя женскими спинам.

— Точно. Вон твоя тень падает, — указал Паша.

— Это от футляра со скрипкой.

— Тогда тут точно мы, — бодро хлопнули Федора по плечу.

— Вы настолько уверены, что мы проиграем? — обратился я к товарищам, пользуясь тем, что Венера деликатно отошла на время обсуждения.

Иной причины, по которой друзьям хотелось бы скрыть лица, на ум не приходило.

— Вовсе нет! — с жаром уверил Пашка. — Победим обязательно! Но до конца конкурса еще много дней, а видео могут показать уже сегодня!

— И в чем проблема?

— Ну, тут такое дело… — смутился он. — В общем, давай снимемся все вместе после победы?

— Паша?

— Отец не знает, что я тут, — поник парень. — Он запретил мне уезжать из дома.

— Как можно не знать, что ты уехал, если тебя неделю не будет дома? — поднял я бровь.

— Так он ведь в Москве, — посмотрел Паша в сторону. — Я хотел ему сказать после того, как выиграю. Я должен выиграть!

— А я поддерживаю друга! — встал рядом Артем.

— Ладно, снимемся вместе после финала.

— Но сниматься все равно не буду, — так же бодро продолжил Тема.

— Так. Твой папа тоже не знает? — нахмурился я.

— Знает.

— И в чем твоя проблема?

— Слушайте, а почему Свете можно просто не хотеть и