Фронтир - Яков Литвинов

и проверил магазин. Винтовка лежала там, где дети не должны были ее достать, но Адар всё равно брал ее, когда никто не видел, и он знал, что в магазине осталось не больше половины патронов.

– Идите! – Отец кивнул в сторону окна, а сам пошел встречать нападающих.

Адар с сестрами вылезли в окно. Бежать от машин в чистое поле даже под покровом ночи было опасно, но хоть какой-то призрачный шанс на спасение оставался. Но туда требовалось еще попасть. Путь лежал через руины их небольшой деревни, которую уже окружили враги. Часть из них взяла деревню в кольцо и расстреливала дома из пулеметов. Дети припали к земле и двигались рывками, стараясь быть ближе к укрытиям. Ночной воздух разрывал ритмичный треск выстрелов с обеих сторон, на фоне которого отовсюду слышались крики и плач.

Адар услышал, что одна из машин приближается к ним, и вместе с сестрами нырнул за небольшой каменный забор. Над их головой пролетело несколько гранат, брошенных с машины. Повернув голову, парнишка увидел, что одна из них упала прямо возле его сестры. Он закричал и протянул руки в сторону гранаты, пытаясь сделать что-то, сам не зная что. Его глаза засияли, но тут же он увидел взрыв, и дальше лишь темнота…

Когда он пришел в себя, то поначалу решил, что ослеп. Кровь и грязь мешали ему открыть глаза, но, яростно протерев их и убедившись, что зрение всё же не оставило его, он выдохнул. Впрочем, ненадолго. Подле него лежало то, что еще недавно было его сестрой. Картинка перед глазами начала становиться мутной и поплыла, а сам паренек сдавленно заскулил.

Обернувшись в поисках второй сестры, он обнаружил ее лежащей с открытыми глазами. Радостный, он кинулся к ней, но понял, что взгляд ее пустой и безжизненный. Затылок ее был разбит о камень. Видимо, ее вместе с Адаром отбросило взрывом и, если бы ее не было позади него, сейчас с пробитой головой лежал бы он.

Адар хотел закричать и расплакаться навзрыд, но голоса неподалеку и яркое зарево огня остановили его. Плотно сжав зубы и рывками захватывая воздух, он осторожно приблизился к голосам, выглядывая из-за угла дома.

Террористы развели огромный костер, в котором сжигали все священные для народа Адара символы и предметы. Огонь, священный огонь, которому они поклонялись, теперь пожирал свои святыни. Немногие выжившие мужчины стояли на коленях в ряд, и их одного за другим жестоко убивали. Некоторым террористы наперегонки отрезали головы ножом. Рядом в кучу были свалены тела, некоторые женские – полностью голые. Их еще только готовились поджечь, поливая топливом. На стенах кровью террористы замысловатыми узорчатыми буквами писали угрозы и признания в любви своему богу. Хотя, по сути, у них всех был один бог. В воздухе повисли потрескивания пламени, говор и хохот напавших.

Душу Адара разрывало на части. В голове громко стучало, а взор застилала пелена. Его глаза засияли так ярко, как еще никогда, и в этот момент горящий огонь вырвался к небу, превратившись в огромный столб, поглотив нескольких человек. Террористы, побросав свои дела, кинулись кто куда. Кто-то запрыгнул в машины и попытался уехать, но колеса не двинулись. Машины оторвались от земли, стремительно набирая высоту, после чего все как одна смялись в плотные шары металлолома и упали. Следом за автомобилями от земли оторвались и те, кто пытался спастись на своих двоих. Они не поднялись высоко – лишь настолько, чтобы не дотянуться до земли. В панике они болтали ногами, словно пытались убежать, но очень медленно; их ноги начали отделяться от них, разрывая плоть и кости, погружая их в мучительную агонию. Следом поднялся страшный ветер, сбивающий столб пламени в огненный вихрь. Ветер изничтожал дома деревни, обращая их в каменные обломки. Пламя, камни, мертвые и живые, – всё закрутилось в едином круговороте, а потом вместе с яростным криком Адара огонь разродился взрывом столь ярким, словно взошло новое солнце.

* * *

Отряд роксоланских солдат заходил в небольшой поселок, чтобы осмотреть место происшествия.

– Штаб, прием, подтверждаем уничтожение места дислокации боевиков. Приступаем к осмотру и поиску выживших. Контакт с эсперами отрицательный. Конец связи, – отрапортовал Демин.

Колонна автомобилей медленно проезжала по белым от пепла улицам мимо сгоревших до углей трупов. Казалось, будто город погиб от извержения вулкана. Где-то еще даже горели огоньки. Группа остановилась на руинах центральной площади, и солдаты, разделившись на группы, приступили к осмотру поселка.

– Жесть. И что нам делать, если эти эсперы еще тут? – причитал один из солдат, глядя на изувеченные трупы террористов, обломки техники и развалины зданий.

– Будто артой работали целый день.

– Это уже который случай?

– Будто всё в снегу…

Все солдаты говорили примерно об одном. Точнее, в них говорил страх. Уже несколько недель кто-то уничтожал базы террористов и подконтрольные им города, испепеляя всё дотла. Предположительно это была группировка из нескольких десятков каким-то образов неучтенных эсперов, что уже само по себе вызывало недоумение. Даже в таких дальних уголках света велся учет рождения новых эсперов и, хоть можно было предположить, что отдельные единицы оставались незамеченными, само по себе рождение эспера было не столь частым явлением, чтобы неучтенной оказалась целая группа в одном регионе.

Демин смотрел на экран оператора коптера, который вел осмотр с воздуха, когда к нему обратились солдаты.

– Ваше высокоблагородие, представляете, нашли одного, – солдаты волокли под закованные в наручники руки всего перепачканного и в рванине террориста.

Тот, судя по всему, совершенно не понимал, что происходит и где он находится. Он без конца извивался, судорожно вертел головой, бросая нервный взгляд в разные стороны, и бесконечно неразборчиво повторял одно и то же: «Ахимас! Ахимас!»

– Что он говорит? – обратился Демин к переводчику.

– Хм-м. Кажется, он говорит «дьявол». Похоже на имя местного злого бога или дьявола здешних общин, которые они вырезают. Но я плохо знаком с местными говорами.

– Спросите у него, что здесь произошло.

Переводчик что-то сказал пленному, но тот пропустил его слова мимо ушей, всё повторяя одно слово, как заевшая пластинка.

– Понятно. Дайте ему воды и не спускайте глаз. Может, еще придет в себя.

Время шло, начинало уже смеркаться, а террорист, брошенный в прицеп грузовика, все бубнил одно и то же, раздражая солдат.

– Ваше высокоблагородие, нашли еще выжившего. Паренек. Без сознания. Несем к вам, – раздалось по рации.

Через полчаса группа солдат принесла на импровизированных носилках истощенного юношу. Медики тут же бросились оказывать ему помощь.

– Когда-нибудь видели такое? – спросил Демин у одного из них.

Он имел в виду необычное