Фантастика 2026-62 - Ал Коруд

сузилась, на ней стало оживленнее. Куда-то двигались по своим делам женщины, мужчины во дворах рубили дрова, здесь, в деревне, в основном, было печное отопление. Два мужичка в меховых шапках копались под мотоциклом, поставленным на большие шины низкого давления. Из-под разгоряченных работой ватников шел пар. Николай помахал им рукой, мужики ответили.

— Видишь! Мужики на рыбалку собрались.

— А не опасно? В такой мороз то?

— А чего им! Рации с собой, сзади цепляют большие сани, там палатка с обогревом. Вечером и свежей рыбки привезут, а то консервы уже поперек горла встали!

В последние недели осадков практически не выпало, и дорога была хорошо наезжена, поэтому жители анклава передвигались спокойно на обычных машинах. Если, конечно, завести их смогли. В конце деревни они разминулись с дежурным пикапом, тот вез свежее молоко в столовую и школу. Николай коротко им просигналил.

Миновали Алфимово и через три минуты на полном ходу проскочили ферму. Здесь уже кипела жизнь, дежурные рабочие таскали кипы с сеном, двое заключенных, бывших мятежников, таскали вилами навоз. Тут же суетился сам Ружников, что-то яростно высказывая молодой бабенке в белом тулупчике. Михаил не стал тормозить машину, все равно на совете увидятся. А сразу за фермой они заметили на дороге согбенную фигуру старика, тащившего за собой небольшие сани. Атаман узнал в нем того самого Павла Матвеевича, отогревшего его после нападения бандитов. Михаил приказал тормознуть машину и выскочил наружу.

— Павел Матвеевич! Давно не виделись! Вы куда в такой-то мороз нацелились?

— О, атаман! Доброго здоровьица! А чего мороз, чай не южане, а русаки природные. Стыдно нам морозов боятся, а вам, северянам, тем более.

— Так у нас говорят: не тот северянин, кто морозов не боится, а тот, кто хорошо одевается.

— И то верно — улыбнулся старик. Его борода полностью заиндевела, брови также и в своей оригинальной шапке он был похож на настоящего Деда Мороза.

— Давайте подвезем, мы на Фишку едем.

— А я тут неподалеку ивняка нарубил, вот вывожу понемногу.

Они быстро закинули сани в кунг, а деда подсадили в кабину.

— Неугомонный вы, Павел Матвеевич. И зачем в такой мороз за лозой идти, можно ведь и отморозить что-нибудь. Это ведь не шутки.

— А что мороз? Привычный я к нему, на Ямале одно время деньгу зарабатывал. Вот там морозы, так морозы. А одет я вполне тепло, не смерзну, и чего народ панику навел? Ведь и раньше таковские морозы бывали и подолгу стояли, и жили ведь, и работали.

— Да ну? — удивился Михаил — А что мне все по ушам ездят, что век не видывали.

— Отвыкли просто, последние лет двадцать все больше теплые зимы были, вот и забыли. Ну, так, поморозит пару дней и все. Хотя вот в том же 85 годе суровая зима была, детей на автобусах в школу возили, да и в семидесятые морозные зимы попадались. Да, думаю, и сейчас постоят холода недели две, да и уйдут, чай не Сибирь у нас. А мне чего ждать? У меня ж свой план, лоза вот закончилась, и пошел. Так мне внучек обычно таскать помогает, да паренек Витька, который у участкового нашего помощник. Да вот заболели оба, как на грех. Пошли на озеро кататься, да в полынью угодили. Там у берега то ключи бьют, и лед тонкий, неглубоко, но простудились. Дома у меня лежат, жена ваша вот приходила, сказала, что обойдется. Говорит, что, мол, после катастрофы болезни легче переносятся. Правда говорит, атаман?

— Есть такое. Видимо, излучение это не только зла наделало, хотя кто его знает, что там на самом деле было.

— Это точно, кто его знает. Стоп робяты, здесь выхожу. Вон, кустики заветные.

— Павел Матвеевич, мы через полчаса обратно поедем, заберем.

— Договорились, на дороге подхватите.

Попрощались они с разговорчивым дедом и двинули дальше. Через километр дороги, вьющейся между перелеском и полями, они подъехали к небольшой развилке, где и стояло странное строение, ставшее их наблюдательным пунктом, прозванным разведчиками Фишкой. Отсюда две дороги шли на трассу М1, а одна сворачивала на восток, к расположенным там деревенькам.

Непонятно, что строили в этом месте, но постройка получилась больно уж уродливой. Первый этаж вышел буквой Г, над ним небольшая квадратная надстройка и еще сверху что-то типа голубятни надстроено. Самый верхний этаж еще осенью разведчики перестроили в наблюдательную вышку. Но зимой тут не дежурили, постоянно здесь находились только Лютый с подругой. Они почему-то не захотели жить в поселке и обосновались здесь. Николай припарковался рядом с входом и стал открывать кунг. Из двери в это время вышел заспанный Лютый, он зябко кутался в куртку.

— Принимай передачку, дежурный, пайка на двоих — пошутил Ипатьев.

— Ох, уж шуточки у тебя, Колян — Лютый криво улыбнулся — Сейчас Маринку позову.

Через минуту из дверного проема показалась худенькая бледная девчушка. Невыразительное лицо, широкие скулы и некрасивый чуть сплющенный нос, Марина Иевлева явно не была красавицей. Ее светло-карие глаза, казалось, жили своей, потаенной жизнью, и только иногда выныривали на поверхность реальности. Непонятно было, почему вполне красивый и обаятельный парень, каким являлся Лютый, выбрал в качестве подруги ее. Да любая красотка за ним побежит! Но друзья из его команды по этому поводу помалкивали, а сам Михаил не любил лезть в чужие отношения.

— Доброе утро, Михаил Петрович, и вам Николай Федорович. Сейчас боковую дверь открою, туда продукты складывайте.

Минут за пятнадцать они перетаскали недельный продовольственный запас Фишки, самому Лютому вручили несколько пачек патронов, он регулярно практиковался в стрельбе. Затем Марина позвала их наверх пить чай. Они прошли нижний этаж, заваленный всяческим барахлом, в угловой загородке сыто урчал тепловой котел. В верхнем помещении было тепло, даже, можно сказать, жарко. Лютый с друзьями осенью провел капитальный ремонт и основательно утеплил здание.

Он, вообще, был парнем основательным. По его наводке ополченцы перекрыли ведущие в поселок второстепенные дороги бетонными блоками, если не знать какой именно блок можно сдвинуть без лишних проблем техникой, то будешь долго искать объезд. Обходные тропы и дорожки они завалили засеками и выкопали рвы. Нежданных гостей здесь не жаловали. Потапов подумывал даже о минировании подходов, но побоялись случайного подрыва своих. Все-таки ведь не война у них сейчас.

Скинув валенки и верхнюю одежду, мужчины расположились в небольшой уютной комнате на втором этаже. Вдоль стены стояла основательная такая двуспальная кровать, в углу, у небольшого окошка был расположен кухонный стол с газовой плиткой. Везде виднелись следы присутствия женской руки, умеющие на ровном месте создать