Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Тут Вийон возразить было нечего.

Я не мог не замечать, что между ней и Октавией начали складываться какие-то абьюзивные отношения. Сципион по-своему о ней заботилась, например, делала всё, чтобы её не нашла Катарина. Да и вообще, Бланш у неё в гостях ни в чём не нуждалась и с некоторых пор вела образ жизни, привычный для аристократки такого уровня, разве что была стеснена в перемещениях, но это ради её собственной безопасности.

Но в то же время, Октавия использовала любую возможность указать гостье на её место, напомнить, что она, вообще-то, пленница.

А так как у хозяйки, ко всему прочему, хранилась кукла Бланш, то как-то отстаивать свои границы для Вийон было очень трудно.

С другой стороны, Октавия уважала мою просьбу и эти самые границы не переходила, поддерживая свой террор на уровне лёгкой зловредности.

— Прошу прощения, — постучавшись, на нашем пороге снова объявился стюард.

В этот раз с ним уже не было той отвратной семейки, но ничего хорошего от него уже всё равно не ждали. Так что если бы взглядом можно было убить, то девушки бы моментально его расстреляли.

Ощутив на себе лучи ненависти, он снова повторил:

— Прошу прощения! Я хочу принести извинения от всего коллектива нашего поезда за этот досадный инцидент.

— Пустые формальности, — фыркнула Ольга.

Но стюард продолжил:

— Я принёс вам меню нашего вагона-ресторана. Прошу, угощайтесь. Обед за наш счёт.

Он поклонился и с улыбкой положил копии меню возле каждой девушки.

А когда нагнулся, чтобы сделать это для Октавии, она воспользовалась моментом и сняла волосок с его форменной рубашки.

Парень ничего не заметил и, ещё раз извинившись, выскочил из купе, сказав, чтобы мы вызвали его с помощью кнопки, когда будем готовы сделать заказ.

Как только за ним закрылась дверь, Сципион достала из сумки заготовку и сразу же начала мастерить куколку, пока Ольга и Бланш изучали меню.

Зато Алина пересела поближе к проклинательнице и просто засыпала ту вопросами о принципах её магии.

Видно, она увидела что-то схожее между химерологией и изготовлением кукол. Так что, даже когда Октавия закончила с крафтом, они продолжили бурную беседу:

— Ты правда можешь показать мне, как делаешь больших марионеток? — удивлённо переспросила её Алина.

— Конечно, — подтвердила она, — но взамен я хочу увидеть и твою работу тоже.

Алина смутилась и перевела на меня взгляд:

— Если Макс позволит, то я не вижу препятствий.

Я кивнул.

— Октавия уже своя, так что никаких проблем.

Сципион обрадовалась вдвойне. Во-первых, потому что я не возражал, а во-вторых, потому что назвал её «своей».

Уже не только я, но и наверное все мои ближайшие соратники заметили, что она больше всего хотела стать частью нашего клана. Настоящей некроманткой и ради этого готова была пожертвовать принадлежностью к другому великому клану, если придётся.

Только разрозненность Сципионов всё ещё позволяла ей избегать проблем в своём клане. Но всё равно она сильно рисковала каждый раз, когда мне помогала или даже просто появлялась где-то со мной.

За одну только авантюру с Бланш, Регина бы порвала её на кусочки, если бы узнала. Похитить, а потом укрывать представительницу Великого Клана — это не шутки.

Хотя… зная Регину, она бы наказала Октавию не за то, что та решилась на нечто подобное, а за то, что скрыла это от неё. И в итоге княгиня Сципион наверняка забрала бы Бланш себе.

В этом отношении Сципионы мне напоминали пауков. А, точнее, паучих, ведь среди сильных магов в этом клане встречались исключительно девушки.

— Ну что, все определились с выбором? — уточнил я, девушки кивнули, и мы нажали кнопку.

Стюард прилетел буквально через пару минут, будто всё это время ждал где-то поблизости. А, может, так оно и было.

Записав наш заказ, он моментально рванул на кухню. А Бланш спросила:

— Разве ты не хотела взять его под контроль?

Октавия зевнула.

— Макс сказал, что сам выберет подходящий для этого момент.

Я кивнул и пояснил:

— Пусть сначала принесёт еду. Мы с Ольгой и Алиной даже позавтракать не успели.

Так что мой план мы воплотили только после того, как все наелись.

— И всё равно Фред готовит лучше, — подытожила Ольга, — но зато мы заказали деликатесов за счёт Десмондов. Понятно, что для них это капля в море, но всё равно приятно. С паршивой овцы хоть шерсти клок, как говорится.

А затем, когда к нам снова заглянул стюард, Октавия начала творить свою жуткую магию.

— Ты сейчас проводишь нас прямиком к начальнику поезда, — с ужасно милой и одновременно жуткой улыбочкой обратилась к нему она, — у нас для него есть срочное, и чрезвычайно важное сообщение.

Я пригляделся к стюарду и не увидел у него в лице никаких изменений. Ни кукольности движений, ни стеклянности в глазах, ни других показателей внешнего контроля. Разве что выражение лица стало чуть более угодливым, и наклонился он ниже, будто боялся пропустить хоть одно слово Октавии.

— Я вас понял, госпожа, — с энтузиазмом отозвался он, — прошу, идите за мной.

Брать с собой весь свой цветник я не стал, в этом деле они мне были не нужны. Так что Ольга, Алина и Бланш остались в купе.

А вот мы с Октавией пошли вслед за стюардом, который быстро вёл нас в самый первый вагон.

Там, недалеко от машиниста находилось купе начальника поезда. И, разумеется, оно охранялось, причём весьма серьёзно. Вот здесь нам и пригодился стюард.

— У этих господ есть важная информация для сэра Джонатана Десмонда, — взволнованно сказал он им, — это касается поезда, так что прошу нас не задерживать.

Охранники пожали плечами, но отступили.

С их точки зрения, мы вряд ли могли представлять угрозу для их начальника, который был целым архимагом.

Особенно с учётом, что и я, и Октавия перед этим визитом надели артефакты, скрывающие наши магические уровни перед другими одарёнными.

Стюард скользнул внутрь, а спустя несколько секунд уже выскочил, кивая нам.

— Сэр Джонатан ожидает вас.

— Добрый день. Чем я могу вам помочь? — поприветствовал нас Десмонд.

Не знаю, что наговорил ему наш посыльный, но поработал он на славу. Начальник поезда ни о чём не подозревал и был готов к сотрудничеству.

Мы подошли ближе, и я с улыбкой протянул ему ладонь для рукопожатия.

— Меня зовут Максимилиан Этвуд, — представился я