"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 - Максим Шаравин

Смерть Трувора означала не только личную потерю. Это была и политическая проблема. Кто будет управлять Изборском теперь? Рюрик мог бы отправить туда кого-то из своих доверенных дружинников, но удержат ли они власть? Или лучше самому переехать туда на время, пока ситуация не стабилизируется?

От размышлений его отвлёк негромкий стук в дверь.

— Войдите, — сказал он, не поднимая головы от карт.

Дверь открылась, и в зал вошла Хельга. Её присутствие Рюрик почувствовал раньше, чем увидел — лёгкий запах трав и мёда, которым всегда веяло от её одежды, шелест лёгких шагов.

— Не помешаю? — спросила она, подходя к столу.

Рюрик поднял взгляд и улыбнулся:

— Ты никогда не помешаешь.

Он отодвинул в сторону карты и жестом предложил ей сесть напротив. Хельга опустилась на скамью, её руки нервно теребили край платья — необычная для неё привычка, выдававшая волнение.

— Как Синеус? — спросила она. — Я слышала, ты рассказал ему о Труворе.

Рюрик вздохнул:

— Тяжело. Он не показывает этого, но я знаю, как сильно он любил младшего брата. А в его нынешнем состоянии такие вести особенно опасны.

— Виктор осмотрел его?

— Да, после нашего разговора. Сказал, что может облегчить симптомы, но не излечить саму болезнь. Что-то медленно подтачивает его изнутри, и даже Виктор бессилен против этого.

Хельга сочувственно кивнула:

— Иногда даже самые мудрые лекари не могут противостоять воле богов. Но я могла бы помочь с травами, чтобы уменьшить боль.

— Он будет благодарен, — кивнул Рюрик.

Между ними повисла пауза. Рюрик чувствовал, что Хельга пришла не только ради разговора о Синеусе, но не торопил её. Некоторые решения требуют времени, и некоторые слова нужно произносить лишь тогда, когда ты полностью к ним готов.

— Я обдумала твоё предложение, — наконец сказала она, подняв взгляд и глядя прямо в его глаза.

Рюрик замер, боясь спугнуть момент. Лицо Хельги было серьёзным, но в глубине глаз он видел тёплые искорки, даривщие надежду.

— И каков твой ответ? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Хельга глубоко вздохнула:

— Я согласна. Я буду твоей женой, твоей княгиней, матерью твоих детей. Я разделю с тобой не только радости и почести, но и тяготы власти.

Сердце Рюрика подпрыгнуло от радости, но внешне он сохранил спокойствие. Лишь его глаза, внезапно заблестевшие ярче, выдавали истинные чувства.

— Ты уверена? — спросил он. — Власть — тяжёлая ноша. Будут те, кто не примет тебя из-за твоего происхождения. Будут завистники, интриганы. Жизнь княгини не всегда сладка.

— Я знаю, — кивнула Хельга. — Но разве не ты говорил, что создаёшь государство, где не важно происхождение, а важны лишь способности и преданность общему делу? Я готова доказать и то, и другое.

Она выпрямилась, и в её позе появилась неожиданная царственность:

— Я дочь торговца и знахарки, выросшая между двух миров. Я знаю обычаи и варягов, и словен, и веси. Говорю на их языках, понимаю их нужды. Разве не такая княгиня нужна земле, где встречаются разные народы?

Рюрик улыбнулся, слыша в её словах отголоски своих собственных мыслей:

— Именно такая, — подтвердил он. — Такая, как ты.

Он встал и обошёл стол, чтобы оказаться рядом с ней. Хельга тоже поднялась. Они стояли лицом к лицу, глядя друг другу в глаза.

— Ты сделаешь меня счастливейшим из людей, — тихо сказал Рюрик, берясь её руку в свою. — И вместе мы создадим то, о чём я мечтал с детства — не просто державу, не просто союз племён, а настоящее государство, где каждый найдёт своё место.

Хельга улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла и света, что даже просторный зал словно стал ярче:

— Я верю в это, Рюрик. И я сделаю всё, чтобы помочь тебе воплотить эту мечту в жизнь.

Рюрик притянул её к себе, заключая в объятия. Он чувствовал тепло её тела, запах трав в её волосах, биение её сердца, и понимал, что никакие победы, никакие завоевания не могут сравниться с этим простым счастьем — держать в руках любимую женщину, зная, что она разделит с тобой твой путь.

— Когда совершим обряд? — спросила Хельга, не отстраняясь.

— Как только закончим с восстановлением Ладоги и я вернусь из Изборска, — ответил Рюрик. — Это будет в начале зимы. По традиции варягов, это счастливое время для свадеб.

Хельга кивнула:

— И по обычаям веси тоже. Зимние свадьбы приносят крепкие союзы, а детям, зачатым в это время, дают особую силу и мудрость.

На мгновение их взгляды встретились, и Рюрик увидел в её глазах обещание не только политического союза, но и гораздо более глубокой, личной связи. Обещание разделённых ночей, утренних пробуждений рядом, будущих детей, наследников его трудов и её мудрости.

Стук в дверь прервал их объятие. Они быстро отстранились друг от друга, хотя в этом не было необходимости — их отношения уже не были секретом в крепости.

— Войдите, — сказал Рюрик, возвращаясь к своему месту за столом.

Дверь открылась, и вошёл Вадим, суровый словен, ставший одним из ближайших соратников Рюрика.

— Князь, пленные готовы к допросу, как ты приказал, — сказал он, бросив быстрый взгляд на Хельгу. — И прибыл гонец из Новгорода с новыми вестями.

— Что за вести? — спросил Рюрик.

— Восточные купцы, прибывшие по Волжскому пути. Они говорят о землях за далёкими горами, о богатых городах и караванных путях.

Рюрик и Хельга переглянулись. Восточная торговля всегда привлекала варягов, но часто была связана с опасностями и неизвестностью.

— Я приду, — сказал Рюрик. — Подготовь карты и принеси вино для гостей. Я хочу услышать всё, что они могут рассказать об этих землях.

Вадим кивнул и вышел. Рюрик снова повернулся к Хельге:

— Ты присоединишься к нам? Твоё знание языков может пригодиться.

— Конечно, — согласилась она. — Я только проверю, как Синеус, и принесу ему травы, которые обещала.

Она направилась к двери, но на пороге обернулась:

— Рюрик?

— Да?

— Я счастлива, — просто сказала она и вышла, оставив его стоять с улыбкой, которую он не мог, да и не хотел сдерживать.

Некоторое время Рюрик оставался неподвижным, погрузившись в мысли о будущем, которое теперь казалось ещё