Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

экспедиции по аномалии и с трудом отыскать всего один кристалл. К слову, цепочки с кулонами, в которые артефактор Белорецких инкрустировал найденные нами ранее камни, я ребятам уже раздал — равнодушным никто не остался. Ну а теперь нам предстояло очередное путешествие по другому миру, и на этот раз тактику поиска было решено изменить.

— Они прибыли, господин.

— Отлично, — коротко кивнул я и направился вниз.

Таунхаус, который я снимал, состоял из трёх этажей, верхний из которых лично мной не использовался вообще — там в двух комнатах разместился отряд Святогора, на втором этаже, помимо санузла, был оборудован мой кабинет и спальня, а вот гостиная и кухня были снизу, куда мы с дядей сейчас и направились.

— Они тебе ещё не надоели? — поприветствовав меня, бросил Максим, кивком головы указывая на тенью за мной следовавших девушек.

— Привык.

— Как вижу их лица, так зло берёт, — фыркнул товарищ, у которого очевидно так и не вышло принять, что стоявшие перед ним девушки людьми уже, по сути, и не являются.

* * *

На этот раз, по визуальным ощущениям всех без исключения в нашем отряде, Боба открыл портал в едва ли не райский уголок иного мира. Естественно, увиденное изрядно порадовало моих друзей, и это было неудивительно.

Оказавшись прямо на берегу лазурного берега, мы невольно залюбовались красотой девственной природы. Чистый белый песок, прозрачная тёплая вода и возвышающиеся над головой пальмы — такие картины ребятам доводилось наблюдать только в кино. А тут, пожалуйста, всё перед лицом и под ногами!

— Лёша-а… — встав как вкопанная, протянула Маша.

— М?

— А как думаешь?..

— Нет.

— Что «нет»?

— Нет.

— Но ты даже не…

— Нет, говорю.

Парни меня поняли и без слов — это читалось по их грустным лицам, но вот Маша… подруга едва ли не слюну роняла, изучая взглядом пологий берег и кристально чистую воду на зависть спокойного моря. И, судя по взгляду, быстро сдаваться она не собиралась.

— Да ты посмотри, какая она прозрачная… Там никого нет! — всё-таки догадалась девушка о части моих опасений.

— Во-первых, я бы в этом не был так уверен. А во-вторых, ты так купаться будешь? Или купальник с собой взяла?

И если первое моё утверждение девушку задело невероятно мало, то вопрос о купальнике действительно заставил её всерьёз задуматься. Но не прошло и десяти секунд, как Морозова вновь пошла в атаку.

— Да и плевать. Я прям в одежде искупаюсь. Ничего страшного.

— Ну уж нет, — твёрдо ответил я. — Нам предстоит большая дорога. И в мокрой одежде это…

— Пфф! Я маг воды! — расплылась в улыбке девушка и победно добавила: — У меня не может быть мокрой одежды! Вот, смотри!

На этих словах Маша шагнула ближе к краю берега и, наклонившись, резко макнула правую руку по локоть в воду. Следом же, распрямившись и продемонстрировав нам мокрую ткань, Морозова, не переставая лучезарно улыбаться, будто заправский фокусник, работающий со своими зрителями, гипнотизируя нас взглядом, стала изображать свободной рукой волнообразные движения вокруг насквозь промокшего рукава. И действительно, в течение буквально пяти секунд китель девушки оказался полностью сухим.

— Я думал, ты больше по сосулькам, — хохотнув, бросил Максим и, увидев начавшую хмуриться подругу, спешно добавил: — Я лёд имел в виду!

— Лучше бы ты не пояснял…

— Друзья! — чуть громче остальных бросил я. — Спешу вам напомнить, что мы здесь не на курорте, а с совсем другой целью. Так что шутки в сторону — здесь всегда опасно.

Моя речь заставила товарищей посерьёзнеть и прийти в себя. Но уже через тридцать минут движения вдоль тропического берега, за время которых на нас даже и не подумал кто-то напасть, товарищи стали понемногу расслабляться. Сначала возобновились разговоры, затем они стали громче, а после внимание друзей и вовсе вновь переключилось на шутки и мечты о пляжном отдыхе.

— Лёх, ты чего такой задумчивый сегодня?

— Слишком спокойно тут, — поморщился я.

— Так сам же говорил, это обычно означает, что где-то есть хозяин окружающих угодий, — как что-то, само собой разумеющееся, произнёс Стёпа. — Возможно, удастся обойтись без приключений. Не надо переживать раньше времени.

— Это вряд ли, — вздохнул я. — Эта колючая жопа ведёт нас именно туда, где будет опасно. И, кстати, прошу не обманываться его присутствием — когда бой начнётся, Боба будет за ним лишь наблюдать, но никак не спешить вмешаться, чтобы облегчить нашу участь.

— Это ещё почему? Я думала, он наш защитник… — будто играя на публику, нарочно громко произнесла подруга.

— Такая у него философия, — вновь вздохнул я. — Тренеры не играют.

— А почему бы ему не открывать порталы сразу к нужному месту? — отозвался сбоку Максим, который на самом деле задавался этим вопросом уже не впервые.

Тут пришла череда мне немного задуматься, так как точного ответа на этот вопрос я и сам не знал. Боба был не из самых болтливых, и далеко не на все вопросы удосуживался дать хоть какое-то объяснение.

— Раньше я думал, что он это намеренно делает из-за желания предоставить мне лишнюю тренировку. Но сейчас начинаю догадываться, что наш игложопик просто уже ни черта не помнит. Старенький, наверное. Кто его знает, сколько этому колючему лет? А для открытия портала непосредственно в нужной точке, нужно понимать, как выглядит искомое место. По крайней мере, так он мне когда-то объяснил.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — вздохнула подруга.

— А мне кажется, что у него такое чувство юмора, — в тон мне бросил Стёпа, побуравив задницу впереди идущего ежа. — Гуляет себе, наблюдает, как мы суетимся, нет-нет, перекусит тем, что перепало.

— Боба, это правда? — не повышая тона голоса, вслух произнёс я, зная, что колючий всё прекрасно слышит.

В ответ лишь пришёл короткий «мультик», который можно было толковать как то, что в случае серьёзной опасности Машу он защитит. А вот мы, мол, должны будем справляться сами.

Брешет, конечно. Ёжик всегда меня выручает, когда нужно. Но с юмором у него беда, это факт.

Хорошее в этом мире имело свойство не просто заканчиваться, но и делать это весьма быстро и неожиданно. Вот и сейчас, буквально в один миг, невероятно спокойное море внезапно забурлило, откуда ни возьмись поднялись волны, а