Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская

Втянув жену в поцелуй, серебряный дракон довольно быстро доказал Варе, что им не нужны крылья, чтобы быть вместе. И твердая земля не помеха, а полог тишины отлично отсекает стоны и ритмичные звуки. Потом молодая женщина, глупо улыбаясь, плескалась под магическим душем, а дракон игрался со струйками воды, пуская их по телу любимой и сплетая в узоры. Оценив ее расслабленную улыбку, серебряный потаенно выдохнул — кажется, получилось отвлечь Варю от пустых переживаний.

Диррану — дракону по рождению и воспитанию — было непросто объяснить человеческой девочке то, что он знал с младых когтей. Истинная пара для дракона — это не только солнечный удар внезапно пробудившихся эмоций и чувств. Это еще и собственность. Полная принадлежность. Как рука или нога. Вы же не станете отрезать себе ногу только потому, что на нее не налезает туфелька на шпильке? Не будете отрубать себе руку, если она не пролезает в модную узкую перчатку? Так и дракон не может отказаться от своей пары, даже если она человек. Больше того. За свою жизнь Дирран встречал драконов, вполне счастливых с гномками, эльфийками и даже троллинами. Слишком мало детей рождалось у повелителей неба. А девочки вообще были редкостью, оберегаемой ценностью целой расы. Ему повезло отыскать свое личное сокровище, и он не променяет его ни на что! Даже на брачный полет в небе!

Как только Варвара закончила омовение, Дирран завернул ее в свою собственную рубашку, чтобы не простыла на ветерке, и, подхватив на руки, понес в лагерь. Его жена прекрасна и любима, остальное — неважно!

Когда они вернулись в лагерь, лорд Арролл и леди Альмирра уже мирно готовили завтрак, обсуждая дальнейший маршрут, а зеленый дракон спокойно помогал им, разделывая какую-то тушку. Оценив умиротворенные лица бабули и дедули, Дирран отправил Варю в палатку — одеваться, а сам подошел к деду и вопросительно взглянул ему в лицо. Лорд Арролл не удержался — сладко прижмурился, словно огромный кот, сожравший миску сливок, и кивнул, поглядывая одним глазом на спину леди Альмирры. Молодой серебряный дракон воздержался от поздравлений. Вот когда дед и бабуля вынут брачные браслеты из брачной чаши и защелкнут их на запястьях друг друга — тогда и поздравит. Заодно и подарок подарит, который с предыдущей попытки сыграть свадьбу лежит в сокровищнице…

Между тем драконам предстоял решительный рывок — полет над морем. Золотые путеводные нити ожидаемо вели на Южный континент, и другого способа попасть туда не было. Все плотно позавтракали, потом Дирран лично проверил, как одета Варвара. Затянул ремни, застегнул все пряжки и нахлобучил на голову жены шапку.

— Зачем? — изумилась Варя. — Тепло ведь!

— Над морем будет холодно, — сморщил нос серебряный дракон. — Там сильные воздушные потоки, и лететь придется долго. Без пассажиров мы могли бы сесть на воду, а так… Придется потерпеть.

Варежка спорить не стала — чмокнула мужа в нос и настроилась на непростой полет. Госпожа Фиркин, тоже вся закутанная с головы до ног, невозмутимо села на шею зеленого дракона.

Полет запомнился Варваре навсегда. Воздушные потоки над морем перемешивались, словно белок и желток под вилкой умелой хозяйки. Драконы то ныряли вниз, задевая чешуйчатыми животами воду, то взмывали вверх с головокружительной скоростью. Сначала это пугало, потом восхищало, потом она устала от величия моря и неба и тихо уснула, привалившись к шейному гребню мужа.

Проснулась девушка уже на золотистом морском берегу, в объятиях любимого мужа. Одолев море, драконы устроили лагерь на чудесном пляже и провели ночь, любуясь звездами и волнами, а на рассвете развели огонь, наловили устриц и шустрых крабов и приготовили восхитительный завтрак. Морская вода щекотала пальцы, когда Варя отправилась к морю, чтобы смыть с ладоней соус. Девушка остановилась, любуясь невероятным видом встающего солнца. Сзади неслышно подошел дракон, прижался к спине жены горячим телом и шепнул:

— Я поставил для нас палатку. Там, за деревьями… Пойдем?

Варя чуть прогнулась в пояснице, намекая, что не против, в ответ дракон подхватил ее на руки и едва ли не бегом рванул под прикрытие яркой южной зелени. Где-то позади послышался неподражаемый голос лорда Арролла:

— Давайте-давайте! Мне нужны правнуки! — потом глухой стук и обиженное: — Эй, ты чего дерешься?! Это и твои правнуки тоже!

В общем, с вылетом драконы несколько задержались, зато потом, поднявшись над деревьями, Дирран вдруг резко спустился обратно на пляж. Недоумевающие драконы аккуратно зашли на посадку и остановились в ожидании, не складывая крыльев. Серебряный сменил облик и объяснил — не для драконов, для жены и миссис Фиркин:

— Потоки слились в одну широкую полосу. Еще вчера я полагал, что нам придется разделиться, чтобы отыскать всех, а теперь мы можем двигаться все вместе.

— Но зачем тогда ты остановился? — изумился лорд Арролл, меняя облик. — Ты мог передать нам это по драконьей связи!

— Я рассчитал плотность луча и примерное расстояние до цели, — нахмурил брови Дирран, — кажется, искомые объекты находятся в Затерянном городе!

— В Затерянном городе? — Варя покрутила головой, уже ничему не удивляясь. Да, она не знала некоторых реалий этого мира, но это не мешало девушке быть счастливой, да и муж всегда все объясняет.

Драконы потупились, а госпожа Фиркин нехорошо улыбнулась и проверила, как ходит в ножнах ее любимый метательный нож.

— Так что это за город? Дир!

— Понимаешь, любимая, — дракон присел на корточки и начал царапать песок длинным когтем, — в истории нашего мира есть очень некрасивые моменты…

Варя вопросительно подняла бровь:

— Такие моменты есть не только в вашей истории! — напомнила она.

— Да, — признал дракон, — но Затерянный город обязан своим существованием именно дракону…

Больше трех тысяч лет назад из яйца вылупился необычный дракончик — белый. Очень красивый дракончик. Им восхищались, его хвалили, и потому юный лорд вырос весьма заносчивым, дерзким, уверенным в своей красоте. Наверное, поэтому высшие силы послали ему непростое испытание — в день первого совершеннолетия белый дракон зацепил крылом светильник с минеральным маслом и опрокинул его на себя. Тонкая шкурка молодого дракона, прошедшего первую линьку, вспыхнула! От боли белый тотчас принял человеческий облик и упал в обморок. А когда очнулся, узнал, что тончайшие шрамы останутся на его лице и теле навсегда. Нет, это не было недосмотром лекарей или родителей. Просто мгновенный оборот закрепил контуры его ран, и сделать с этим ничего не могли.

Самое удивительное, что Белый не потерял своей привлекательности. Просто его красота стала зловещей, а вслед за внешностью изменился и норов дракона. Теперь он улыбался, когда видел чужие мучения и боль.