"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Выбери что-нибудь другое. Уже три года, насколько мне известно, никто не находил ни одного стебелька у средоточия красной зоны. И, учитывая, что Полуночница вызревает несколько декад, прежде чем становится пригодной для использования, это и немудрено.

— Декад? — удивился парень. Об этом Эден точно не упоминал.

— Да, она приобретает свой странный вид — хрустального колокольчика — только когда вызревает. До этого ее невозможно отличить от обычной для Выдоха травы.

После ее слов всё встало на свои места. Чудовищный алхимик не упоминал об этом просто потому, что смысла не было.

— Хорошо, — снова задумался Зефир и уточнил, — тогда могу я получить сведения, где находится средоточие?

— Можешь, — кивнула девушка. — Но о нем уже знают все заинтересованные лица и часто наведываются туда в поисках цветков, хотя это и крайне опасно из-за хранителя. Поэтому награда не соответствует ценности деяния.

— И все же меня это устроит, — ответил командир. Он в круг этих «заинтересованных лиц» не входил и понятия не имел, где искать. — А чтобы это не смотрелось так неравноценно: недавно выяснилось, что Вилтани оказалась магически одарена. И я хотел бы, чтобы у нее была возможность поступить в схолу и отучиться там весь срок бесплатно.

— Поздравляю! — заулыбалась Катарина. — И да, естественно, я могу это организовать. Но не маловата ли она для учебы там?

— Мы пока не решили, когда ее отправить.

— Тогда эта возможность будет ждать ее в любое время, — подтвердила девушка и добавила, — сведения о средоточии, ты получишь в ближайшее время. Однако у меня есть другое предложение. Интересно?

— Да, — отозвался заинтригованный командир.

— Я скоро смогу сообщить тебе еще об одном месте, где найти цветки. Оно никому неизвестно, а значит, вполне возможно, Полуночница там есть. Устроит такая плата?

Раздумывал юноша недолго и согласился, а принцесса вскоре ушла — даже не пообедав, что было для нее совсем нетипично. Правда, на прощание она не преминула огорошить: вскользь бросила, что брат очнулся.

Глава 3

Вечером того же дня Зефир и Леопольд подошли в кабинет к Эдену и Хаггу, прихватив с собой полученные от Владимира косточки. Пора было довести вторую эволюцию чернявого до логического конца.

Все детали они обговорили с чудовищным алхимиком заранее, поэтому стоило парням появиться на пороге, как младший Бальдуф тут же принялся за дело.

Процедура прошла гладко, и вскоре друг поднялся с кушетки, ощупывая себя.

— Что-то не так? — напрягся Эден, как и стоящий рядом Хагг.

— Нет, все хорошо, — успокоил их Леопольд. — Просто ощущения странные, словно переел.

— Это нормально, — расслабился чудовищный алхимик. — Скоро пройдет.

Он глянул на командира, который устроился в кресле в зоне отдыха, и вдруг произнес:

— Лакомка сделала дверь из эфирода в новой комнате, да и с тестами я закончил. Поэтому если хотите, готов провести вам обоим третью эволюцию хоть сейчас.

— А у него проблем не будет? — мотнул головой на чернявого Зефир, поднимаясь.

— Нет, не будет. Так даже лучше.

— Тогда не будем тянуть, — согласился командир и глянул на друга, — Леопольд?

Тот коротко кивнул. Своему чудовищному алхимику они доверяли оба.

— Отлично, — потер руки Эден и тут же нырнул под кушетку, завозившись там и чем-то загремев.

Парни недоуменно переглянулись, как вдруг послышался голос Хагга, прозвучавший с неподдельной надеждой:

— А можно я тоже поучаствую?

Вопрос был явно адресован не пациентам, и товарищи промолчали. Тем временем грохот прекратился, а из-за кушетки показался чудовищный алхимик. И выглядел он по меньшей мере странно: на голове у него оказался, наверное, все же шлем — со сплошным стеклянным забралом, без единой прорези.

А еще этот странный предмет блестел благодаря черному и серебряному напылению, по-видимому, из эфирода, смешанного с чем-то еще. Этого своеобразного покрытия было совсем немного на стекле, и командир даже разглядел горящие энтузиазмом глаза чудовищного алхимика.

Ниже на парне оказалось одето что-то похожее на длинный кожаный фартук или халат до пола, у которого были рукава, переходившие в закрытые перчатки. Грудь, как и шею, практически до подбородка, прикрывала сплошная материя этого своеобразного костюма. А его поверхность переливалась на свету благодаря аналогичному напылению.

В общем, выглядел чудовищный алхимик своеобразно, и командир неуверенно переглянулся с чернявым.

— И как ты собираешься участвовать, если защитная экипировка у нас одна? — ворчливо поинтересовался Эден.

— А как же тогда Зефир и Леопольд? — не унимался подросток.

— Ты чем слушал, когда я объяснял? — спросил недовольно младший Бальдуф, уперев руки в бока. — Они уже давно мутировали в Выдохе и могут провести наедине со средоточием без защиты долгое время, в отличие от меня и тебя. Хочешь третью руку изо рта? Или глаз из ж…

На этом он резко осекся, и Хагг тут же сник — плечи парня опустились, а лицо приобрело расстроенное выражение.

— Ну будет тебе, — голос Эдена стал мягче. — Еще успеется. Думаешь, ты у меня простой помощник что ли? Нет, ты мой ученик, и я передам тебе все свои знания. Просто нужно набраться терпения, и в скором времени ты сам будешь делать такие же манипуляции.

Товарищи не вмешивались в воспитательный процесс. Как правильно заметил чудовищный алхимик: это был его ученик, и только Эден устанавливал правила. Тем более в такой опасной сфере, как чудовищная алхимия.

— Хорошо, — немного приободрился паренек.

Младший Бальдуф удовлетворенно глянул на Хагга, однако про его оплошность не забыл и добавил:

— И, кстати, до завтрашнего обеда повтори материал о воздействии Выдоха, и, в частности, средоточия, на живые и неживые объекты. Устроим небольшой экзамен.

Тот ойкнул и мгновенно ретировался к книжному шкафу, стоявшему за письменным столом, где начал судорожно рыскать глазами по заполненным полкам.

Командир тихо хмыкнул при виде этого и направился к диску. Он лежал на полу в зоне отдыха, спрятанный за креслами с тех пор как домочадцы укрывались у пещерки во время мятежа. Встав на тонкую полоску металла, через мгновение юноша очутился у Лакомки посреди зала и отошел в сторону.

Где-то там, за пределами этой пещеры, могли происходить восстания, войны и падения империй. Однако здесь, в этом маленьком мире, одна вещь оставалась неизменной — радостное чириканье пещерки.

Стоило Зефиру обернуться, как по его лицу прошелся длинный и шершавый язык. Вытерев липкие слюни, парень посмотрел на огромные щенячьи глазища в стене, на которые было сложно обижаться. И пока юноша обменивался с Лакомкой картинками, на платформе появился Эден, а за ним Леопольд.

После этого троица отправилась к новому помещению, находившемуся рядом с душем. Подойдя