Два в одном: Во все тяжкие - SecretKeeper

— Эй, ты кто такой вааще? С чего докучаешь моей девушке?

Я медленно повернулся и окинул взглядом плотно сбитого крепыша, коротко стриженного и явно перекачаного. Тот в свою очередь уставился на меня взглядом бульдога.

— Я никому не докучаю, мы давние знакомые, — отвечаю спокойно и максимально расслаблено.

— Игорек, все хорошо, я его знаю…

— Я… — он нахмурился.

Я не успел спросить в чем дело — на этот раз и этот «Игорек» затих, переведя взгляд мне за спину. Да что блин такое⁈

— Ты чем тут занят, а? — послышался такой ставший уже привычным раздраженный голос Аки. — Значит, пока мы заняты — клеишься к другим девушкам?

Я повернулся на голос. Аки стояла слегка взлохмаченная, немного мокрая, злые коричнево-золотые глазенки метали молнии.

— Не слушайте этого пройдоху! Нам он пообещал, что будет весь вечер развлекать, а стоило отвлечься — и посмотри, уже девушкам морочит голову! Пошли!

Она бесцеремонно ухватила меня за руку и потянула прочь, я успел только неопределенно махнуть рукой Альбине и получить от нее в ответ виноватую улыбку.

«Позвони», — одними губами прошептала она и я легонько кивнул.

— Аки, что происходит? С чего вдруг…

— Пошли, — перебила она, недолго думая взяв меня за руку и утянув за собой.

— Не хочешь объяснить, что случилось? Аки! — девушка не словно не слышала, тянула куда-то за собой, пробираясь мимо гостей. — Аки?

Она выпустила мою руку, остановилась, словно о чем-то вспомнив. Сглотнула, повернулась и как-то странно на меня глянула. Нахмурилась, мне показалось что даже оскалилась — мелькнули белоснежные зубки, и… чего? Клыки? Блин, она точно не вампирша? Хотя… ну, загорать она не любит, но солнца не боится. Кровь не пьет, вроде… или пьет⁈ Твою мать, тогда в моей комнате…

— Эм… Аки-сенсей, прошу прощения если чем обидел…

А она склонила голову набок и глянула куда-то мне за спину. На чистом рефлексе оборачиваюсь, и, ожидаемо ничего та мне нахожу. Поворачиваюсь назад — ее и след простыл. Да твою же мать! Это круто конечно, но уже начинает бесить.

— Юный воин, пригласи девушку потанцевать? — неожиданно прошептали мне в самое ухо, обдав затылок теплым и явно… алкогольным дыханием. На плечи легли невесомые ладошки.

На долю секунд я удивился странности построенной фразы, но тут же до меня дошло: похоже Аки слегка увлеклась выпивкой и явно начала путать манеры общения. Справа сзади я услышал приближающееся дыхание, девушка словно обнюхивала меня. Стоп. Стоп! Дыхание… значит точно не вампирша. Не знаю, существуют ли они реально и насколько правдивы все истории, но все они сходятся — вампиры нежить и не дышат.

— Я… с удовольствием, но хочу сказать, что я не особо умею… тем более двигаться так же эффектно как ты на танцполе…

Теплые ладошки осторожно скользнули по плечам. Аки взъерошила мне волосы и отпустила. Я, мягко говоря, удивился. Сколько помню — Аки очень не любит, когда вторгаются в ее личное пространство, брезгливо морщится, когда видит парочки, держащиеся за руки или обнимающиеся на публике. А тут…

— Ничего. Пойдем. Будешь учиться…

Мелодия поменялась, пока меня тащили на прицепе на середину зала. Рыжая бестия развернулась, держа меня за руку на вытянутой, и застыла в ожидании. Пошли первые нотки вступления, мелодия и ритм ударных разительно напоминали старенький саундтрек из «От заката до рассвета», но был чем-то другим. Она начала двигаться, извиваясь и покачивая бедрами.

Затем сделала несколько небольших шагов ко мне, с акцентом на те же бедра, приблизилась, и с грацией кошечки выскользнула из рук, прошмыгнув мне за спину, легонько проведя ноготками по коже на шее. Двигаясь таким же элегантным шагом, показалась слева, крутнулась вокруг своей оси и прихватив меня за все еще выставленную руку, держась за нее откинулась назад — подняв правую ножку и закинув мне на бедро. После чего медленно сползла вниз, присев на корточки, извиваясь змейкой. Начала подниматься, выпятив грудь и легонько цепляя меня по ходу движения. Сначала распрямила ножки — выставив попу, потом медленно выпрямилась уже в полный рост. А дальше… она повернулась спиной, обмотав мою рук вокруг своей талии, и оказавшись вплотную — снова скользнула вниз и так же поднялась — сначала попа… только теперь при подъеме она терлась ею уже об меня и в полный контакт. Твою мать! Да у меня сейчас не то, что кхм… дракон проснется, дай боже в трусы залп не дать!

Ее движения были плавными, четкими, абсолютно попадали в ритм, а тело — настолько гибким, что мне показалось, будто у нее позвоночник способен выгибаться почти под любым углом и в любую же сторону. Даже у профессиональных гимнасток так не получится…

Снова поворот вокруг себя, отдалилась и, неожиданно — кульбит в обратном направлении так, что ее трусики на долю мгновения видели, наверное, все окружающие. Да, да, потому что почти все присутствующие смотрели за этим издевательством, которое она называла танцем а я — откровенным домогательством и троллингом без продолжения. Вот же сучка рыжая!

В завершение кульбита мне показалось что я услышал странный звук, похожий на треск, и Аки, словно перепугавшись, скользнула на колени, как-то стыдливо прикрывшись рукой.

Потом сгруппировалась на корточках, точь-в-точь как во время тренировок. Подняла на меня глазки, и словно смутившись — глянула вбок, но все-таки покачиваясь и извиваясь начала подниматься.

Откуда-то со стороны послышались одобрительные возгласы, свист и хлопки в ладоши. Девушка словно осмелела, прикусила нижнюю губу и покачивая бедрами зашагала в провокационном стиле танца прямо на меня. Обхватила меня правой ногой, закинув ее мне на бедро, и… прижалась ко мне максимально сильно и плотно. Я сквозь ткань штанов почувствовал жар ее тела и умопомрачительные формы ног и бедер, и, если честно — самой их середины. Точней будет сказать — мой младший почувствовал то самое углубление между ее ножек, и их медленное скольжение. Да она же чувствует мой стояк!

Аки подмигнула, безо всякой поддержки и не ухватываясь за мою руку — откинулась назад, почти выполнив очередной кульбит и прижимаясь бедрами еще плотнее. Словно передумала — легко поднялась, обратно прижавшись всем своим разгоряченным телом и положила руку мне на грудь, а голову — на плечо. Музыка стала затихать и мерцающий свет притух, как обычно в конце композиции, создав до дрожи интимный полумрак. Я чувствовал ее прерывистое дыхание на своей шее, и, кажется, она даже