Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Новый вой прорезал ночь, теперь уже с другой стороны лагеря. Затем ещё один, и ещё. Казалось, их окружила целая стая.

— Их много, — встревоженно произнёс Ждан. — Не меньше десятка.

— Больше, — поправил его Виктор. — Я насчитал пятнадцать голосов.

Дружинники переглянулись с тревогой. Даже для опытных воинов бой с пятнадцатью волками был серьёзным испытанием, особенно ночью, в незнакомом лесу.

— Держитесь ближе к кострам, — приказал Виктор. — Огонь отпугивает их. И будьте готовы защищать коней — они нападут на них в первую очередь.

Все заняли позиции вокруг костров, образуя круг обороны. Кони, чувствуя приближение хищников, беспокойно ржали и били копытами, но крепкие верёвки удерживали их на месте.

Первая пара жёлтых глаз появилась на краю освещённого пространства — два светящихся в темноте уголька, неподвижных и внимательных. Затем появились ещё и ещё, окружая лагерь со всех сторон.

— Не двигайтесь, — предупредил Виктор. — Пока они не атакуют, мы тоже не нападаем.

Волки, если это действительно были волки, не спешили атаковать. Они кружили вокруг лагеря, иногда приближаясь к самой границе света, но не переступая её. В их поведении было что-то неестественное, почти разумное.

Внезапно один из волков — огромный зверь с серебристой шерстью — вышел на свет и сел прямо напротив Виктора, глядя на него немигающими жёлтыми глазами.

— Что за чертовщина? — прошептал Судислав. — Волки так не ведут себя!

Виктор медленно опустил руку, отводя её от рукояти меча. Не отрывая взгляда от серебристого волка, он сделал шаг вперёд.

— Господин, осторожно! — предупредил Радим.

— Стойте на месте, — приказал Виктор, не оборачиваясь. — Что бы ни случилось, не вмешивайтесь.

Он сделал ещё один шаг к волку. Зверь не двигался, лишь слегка наклонил голову, продолжая изучать человека. Затем, к изумлению всех присутствующих, волк встал и медленно повернулся, словно приглашая следовать за собой.

— Он… он понимает тебя? — изумлённо произнёс Велимир.

— Не меня, — ответил Виктор. — Того, кто его послал.

Он повернулся к дружинникам.

— Я пойду с ним. Вы оставайтесь здесь, охраняйте лагерь. Если я не вернусь к рассвету, продолжайте путь к озеру Выг. Если и там меня не будет, возвращайтесь в Ладогу.

— Мы не можем отпустить тебя одного! — возразил Радим. — Князь Рюрик приказал нам сопровождать тебя.

— А теперь я приказываю вам оставаться здесь, — твёрдо сказал Виктор. — Это не обсуждается.

Не дожидаясь дальнейших возражений, он шагнул за пределы освещённого костром круга и последовал за серебристым волком в темноту леса. Остальные волки расступились, образуя для него проход, и затем двинулись следом, окружая его со всех сторон.

Они шли сквозь ночной лес, и только невероятные чувства Виктора позволяли ему не споткнуться в кромешной тьме. Волки двигались уверенно, выбирая путь между деревьями с непогрешимой точностью. Серебристый вожак всегда оставался впереди, иногда оглядываясь, словно проверяя, следует ли за ним человек.

Через некоторое время лес расступился, и они вышли на большую поляну. В центре её горел костёр, а рядом с ним стояла одинокая фигура — высокий мужчина в долгополой одежде из волчьих шкур, с посохом в руке.

Серебристый волк подбежал к мужчине и сел у его ног. Остальные волки остались на краю поляны, образуя живое кольцо.

— Приветствую тебя, Клык Рюрика, — произнёс мужчина глубоким, резонирующим голосом. — Я ждал тебя.

— Всеслав Волхвич, — ответил Виктор, останавливаясь в нескольких шагах от костра.

Всеслав улыбнулся, и в свете огня его улыбка казалась почти волчьим оскалом.

— Ты узнал меня, хотя мы никогда не встречались. Впечатляюще.

— Не так уж трудно догадаться, — пожал плечами Виктор. — Не так много людей в этих лесах, которые могут командовать волками.

— Я не командую ими, — покачал головой Всеслав. — Я просто говорю с ними на их языке. Они служат мне по своей воле.

Он сделал жест рукой, приглашая Виктора приблизиться к костру.

— Подойди, согрейся. Ночь холодна, даже для такого, как ты.

Виктор помедлил, затем подошёл и сел на бревно у костра, напротив Всеслава. Теперь, в свете огня, он мог лучше разглядеть северного вождя. Всеслав был человеком средних лет, с длинными тёмными волосами, заплетёнными в косы, и бородой, в которой проблескивала седина. Его лицо было суровым, с резкими чертами, но глаза — ярко-зелёные, почти светящиеся в полумраке — выдавали острый ум и необычайную проницательность.

— Итак, — начал Всеслав, — Рюрик прислал своего Клыка, чтобы убедить меня признать его власть. Или убить, если я откажусь.

— Ты хорошо осведомлён, — заметил Виктор без удивления.

— У меня есть глаза и уши повсюду, — ответил Всеслав, поглаживая голову серебристого волка. — Не только в лесах, но и в самой Ладоге.

— Ты знаешь, зачем я пришёл, — сказал Виктор. — Каков будет твой ответ?

Всеслав долго смотрел на огонь, прежде чем ответить.

— Мой ответ… сложен. С одной стороны, я не желаю войны с Рюриком. Моё племя не столь многочисленно, чтобы противостоять его дружине. С другой стороны, я не могу признать власть человека, чьи амбиции превышают его мудрость.

— Рюрик предлагает тебе защиту и мир, — сказал Виктор. — Ты останешься управлять своими землями, просто будешь платить ему дань и признаешь его верховным князем.

— Сейчас — да, — кивнул Всеслав. — Но что будет через год? Через два? — продолжил Всеслав. — Я видел, как растут аппетиты Рюрика. Сначала он довольствовался Ладогой и прилегающими землями. Затем подчинил себе племена вокруг Ильмень-озера. Теперь его взгляд обращён на север. Что дальше? Он не остановится, пока не завоюет всё, до чего сможет дотянуться.

Виктор не стал отрицать этого. Он знал Рюрика достаточно хорошо, чтобы понимать — амбиции князя действительно не знали границ.

— Ты не можешь остановить его, — сказал Виктор. — Ни силой, ни хитростью, ни магией. Он придёт со всей своей дружиной, и твои волки не спасут тебя.

— Я знаю, — спокойно ответил Всеслав. — Но есть разница между мудрым отступлением и малодушной капитуляцией. Я хочу сохранить свою гордость, а также благополучие моего народа.

Он наклонился вперёд, и пламя костра отразилось в его зелёных глазах, делая их похожими на два изумруда.

— У меня есть предложение, Клык Рюрика. Или, может быть, стоит называть тебя твоим настоящим