Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

настежь, уже приближался Хотрис с усталой, но весьма довольной улыбкой на лице. В руках он держал по топорику для разделки мяса и иногда, словно с крайним омерзением, вздрагивал и поводил плечами. А когда на него набросились с поздравлениями, выражениями восторга, а потом и с вопросами, с немалой гордостью поведал о своих приключениях.

Рассказав о случившемся во дворе, он перешел к тому, что с ним случилось в коридоре замка:

– Вначале даже не понял, кто это меня атакует. Удары по колобку были страшными, и мне казалось, что он вот-вот лопнет или колючки прорвутся внутрь, и мне конец. Уж на что внутри все мягкое, но и то кучу синяков получил и чуть сознание не потерял. И эти монстры, – отрок кивнул на туши львов, которых раньше никогда не видел. – Так уж меня пинали лапами и мордами, что сами изрядно поранились, но и колобок обратно во двор выкатили. Обезумели от боли и остатков яда, и пошла яростная схватка!

По его словам, все оставшиеся хранители дружной толпой бросились на львов, не жалея живота своего. И даже с особой, как показалось, мстительностью и кровожадностью. Да это и понятно! Как выяснилось позже, эти львы находились тут уже несколько недель. Об этом свидетельствовали многочисленные следы их пребывания внутри замка. И что интересно, хищники диких прерий, или, как их называли на Земле, цари зверей, сразу сообразили спрятаться в здании. Иначе они не смогли бы справиться с такой оравой одичавших животных.

Освоившись, они стали выходить на охоту и уволакивали тех животных, которые находились на верхних ступеньках. Вот потому оставшиеся в живых хранители их так возненавидели. И сегодня на львов набросились почти все. Почти, потому что Хотрис сказал:

– Я видел, что единственная оставшаяся в живых собака, мохнатик и петух ушли вон туда, на территорию петухов. И в общей драке они сражения не принимали, стояли в сторонке.

Массированная атака да плюс остатки яда, которыми львы изрядно попортили себе кровь, пиная колючий шарик, все-таки доконали их, и они повалились в конвульсиях на каменные плиты. А Хотрис, увидев, что три победителя покинули двор, не обращая на него внимания, стал думать, как поступить дальше. И обнаружил прямо под собой один из топориков, которыми он в первое свое посещение кидался в животных. Тут же пришла идея катиться к воротам, выбивать клинья и стопоры и отодвигать засовы.

По пути отыскал второй топорик, побольше. Возле ворот Хотрис с содроганием и омерзением превратил свои одеяния в защитный комбинезон. Но как ему ни было неприятно думать, что вся наружная гадость при трансформации окажется внутри и прилипнет к его телу, мысль о внезапно подкравшейся сзади собаке или стремительно примчавшемся петухе беспокоила еще больше. Заработаешься, потеряешь бдительность, а тут тебя по темечку и клюнут! А так как темечко и так болело преизрядно, получать еще ой как не хотелось.

Ну а дальше уже дело техники и сноровки. Парень справился с засовами даже быстрей, чем рассчитывал. Топорики помогли выбить клинья и раздвинуть створки, а потом Хотрис распахнул ворота. Как только это случилось, за спиной у героя громыхнуло, а обернувшись, он увидел посреди двора готовящегося к драке Крафу. И понял, что свой подвиг он уже совершил.

– Только у меня такое неприятное ощущение, что я уже никогда не отмоюсь, – добавил он.

Его комбинезон и в самом деле выглядел не очень, да и разило от него… Но Крафа и Дмитрий быстро привели все в норму с помощью своих умений.

– Не переживай, – сказал Светозаров. – При трансформации одежды хаюшь места соприкосновения с телом находятся в идеальной чистоте. Так написано в инструкции. Да ты и сам удостоверишься, когда разденешься.

– Уже хочу! – заявил парень.

Но Гегемон внес другое предложение:

– Может, вначале поднимемся на крышу замка и запустим режим расконсервации жилой зоны? Все-таки это длительный процесс, и чем раньше мы его запустим, тем быстрей внутри будет наведен порядок.

С ним согласились. Хотелось побыстрее все здесь осмотреть.

– Пока вы подниметесь на крышу, я с нашими уже и остальные ворота открою, – сказал Прусвет. – Заодно посчитаем и осмотрим зверушек, оставшихся в живых, а потом догоним вас, на крыше.

– Давай, – кивнул Крафа и первым двинулся к ступеням.

Пока добрались до лестницы, увидели множество следов пребывания здесь львов. Древний завсегдатай этого места не переживал по этому поводу:

– Не обращайте внимания на грязь и запахи. Вот увидите дней через пять, как здесь будет ослепительно чисто, светло и по-домашнему уютно. Так… а вот и лестница… Учтите, двадцать три этажа, и каждый высокий, до пяти-шести метров… Молодым попотеть придется, не то что…

Он с некоторым сомнением покосился на Титела Брайса, который среди присутствующих выглядел самым пожилым и нескладным. Тот намек понял и не промолчал:

– Кто бы тут рассуждал на такие темы?! – И демонстративно откусил кусочек очередного молодильного каштана. – Самому-то сколько годков будет? Вернее – веков? То-то! Столько и Кощеи Бессмертные не живут! Наверное, давно песок сыплется? А мы… ой! А что это там, сзади? – Он ткнул рукой за спины всей компании.

Те обернулись, предполагая неведомую опасность, а Верховный целитель лихо рванул вверх по лестнице, перескакивая сразу через две ступени. Его длинные ноги мелькали с невероятной скоростью.

Разобравшись в ситуации, молодые Арчивьелы и Дасаш Маххужди с воем негодования и разгорающегося азарта устремились следом за ректором. От них старался не отставать и Хотрис. Так что самые сильные физически Торговцы долго оставались далеко сзади. Им мешали разгрузки с оружием. Но к концу затяжного подъема их выносливость дала о себе знать. Не помогая себе левитацией, они вначале обогнали Хотриса, затем других и уже на двадцать втором этаже опередили изрядно запыхавшегося Титела Брайса.

А на последнем, чердачном витке Светозаров рванул так, что оторвался от своего коллеги метра на два и первым коснулся выходящей на крышу двери. Еще и выдохнул после этого как ни в чем не бывало:

– Ну, вот и размялись!

Открывая дверь, представитель глубокой древности дышал не в пример тяжелей и прерывисто:

– Посмотрю я на тебя, когда до моих лет доживешь! – Он оглянулся на раскрасневшегося, хватающего воздух раскрытым ртом ректора академии и не удержался от подначки: – Ну что, юноша, будешь и дальше с дедушкой силами мериться?

Тител с трудом пробормотал:

– Ничего, ничего!.. Я вот месячишко каштаны-то пожую…

– Приятного аппетита! – хохотнул Трибун, вышел на крышу и осмотрелся с видом хозяина, вернувшегося домой после многолетнего путешествия. – Та-а-а-ак… Что мы тут имеем? Вернее, что эти злодеи тут