Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

– Всякое бывает, – пожал плечами Эллис и приложил козырьком ладонь к глазам. – Виржиния, а это не то ли поместье, о котором вы говорили?

Я пригляделась к башенкам с синей черепицей, различила над лесом силуэт полуразвалившейся мельницы…

– Да, думаю, это «Глубокие Воды», Шилдс живет здесь. Надо же, а я в детстве и не знала, что оно принадлежит ученому, – созналась я. – Думала, что там обитает какой-нибудь злой колдун. Потому и покосились башенки, потому и разрослись сорные травы у порога…

– А там не жил в то время никто. Это дом покойных родителей жены Шилдса, – заметил вскользь детектив и весело сощурился. – Ну что же, время заглянуть в гости!

«Глубокие Воды» мало походили на обычное поместье. Говорят, что чудной особняк, главную достопримечательность в округе, построил двести с лишним лет назад некий эксцентричный виконт для дочери, поклонницы романтических сказок. Вместо приземистого строгого дома, столь типичного для наших мест, на лугу возвели подобие дворца в миниатюре, изящного и воздушного. Вокруг него вскоре обернулся зеленовато-коричневой лентой ров, вода в котором была вечно подернута ряской, потом – выросла стена из белого камня. В саду виконт велел посадить розы и белые нарциссы, и не было ничего прекраснее на многие-многие мили вокруг.

Так говорят.

Но годы бегут неумолимо. Род виконта угас, и поместье унаследовал кто-то из дальней ветви семьи. Белый камень стен искрошился и потемнел. Где-то стенки рва обваливались, а где-то ручьи размывали их десятилетиями, превращая ров в череду оврагов. Две башенки из семи рухнули, и их разобрали. Сад постепенно пришёл в запустение; розы частью погибли, частью одичали и выродились, а если на них и распускались цветы, то исключительно мелкие и невзрачные, но с запахом густым и дурманным. И только упрямые стрелки нарциссов все так же вспарывали дёрн по весне.

Во времена моего детства поместье стояло заброшенным. Ночью, когда луна заливала его белым, как молоко, светом, оно казалось пристанищем духов и мертвецов. Днём жутковатое ощущение несколько притуплялось, но всё равно среди прислуги ходили слухи один другого нелепее. Что бродит вдоль полуразрушенной стены призрак девочки в голубом платье – дочери того самого виконта, и считает камни; что в полночь во рве вновь появляется вода, прозрачная, как слеза ребенка, и видно становится, как дно сплошь выложено человеческими костями; что от каждой башенки ведет свой подземный ход, к семи деревням в округе; что тот несчастливец, который польстится дешевизной и купит проклятое поместье, не доживет до тридцати…

Глупости, разумеется. Но тогда, в детстве, все это казалось по-настоящему страшным.

– Счастливые воспоминания?

– Что? – голос Эллиса застал меня врасплох.

– Вы улыбаетесь, – объяснил детектив совершенно серьёзно и запрокинул к небу лицо, прикрывая глаза. Длинные, как у мальчишки, ресницы вызолачивало солнце. А я внезапно осознала, что уже некоторое время стоит невероятная тишина – ни пения птиц, ни даже стрекота цикад. Лишь вдали слышался перестук копыт и – изредка – лошадиное фырканье. – Люди улыбаются, когда думают о чём-то хорошем… Виржиния, у вас было счастливое детство?

– Детство? – растерялась я. Пауза затягивалась. Я пустила свою лошадь тихим шагом, чтобы хоть как-то заполнить пустоту. – Раньше я сказала бы, что нет. Но теперь понимаю, что, пожалуй, была счастлива. Ведь тогда все были живы. А почему вы спрашиваете, Эллис?

Он перебросил поводья в одну руку и осторожно провел пальцами по лошадиной шее.

– Не знаю. Просто так. Забудьте, Виржиния.

Перед поворотом пришлось попридержать лошадей, чтобы Эвани могла нас догнать. Затем Эллис в последний раз попросил нас «не мешать расследованию и вести себя как обычно». Я отмахнулась – «Обычный светский визит, не стоит так волноваться». И оказалась неправа.

Первая неожиданность поджидала аккурат у самых ворот.

– Вы к кому?

– Добрый день! – вылетело у меня по привычке, но больше я ни слова не смогла выдавить из себя, ошарашенная видом привратника.

Это было… существо. По-другому и сказать невозможно. Юноша? Девушка? Я затруднялась ответить. С головы до пят оно было укутано в блекло-серый балахон, подпоясанный вервием, как у монахов. Голову покрывал длинный и широкий отрез ткани с неровным краем – так, что и лица не увидеть.

Глаза у существа были светло-карими, а взгляд – недобрым и очень, очень пристальным. 

– Э? – спросило оно.

– Вас, вероятно, направил сэр Шилдс, чтобы проводить меня? Как любезно с его стороны! – наконец выпалила я и улыбнулась немного нервно. – Вы не поможете мне спешиться?

– Я помогу, – неожиданно проявил Эллис галантность и сам слез с лошади – неловко, но быстро. – А вы, мисс, лучше предупредите хозяина, что леди Эверсан прибыла с сопровождением. С компаньонкой, мисс Тайлер, и с гостем из Бромли. Да, я Норманн, Алиссон Норманн, – и он шутливо хлопнул существо по руке.

Отпрянув, оно подобрало балахон и, сверкая босыми пятками, понеслось по дорожке к особняку.

– Как вы догадались, что это женщина? – в недоумении обернулась я к Эллису.

Он только брови задрал:

– Ну, какой мальчишка станет смотреть на вас с неприязнью, леди? А на меня – благожелательно? А вообще-то, я предположил наугад, – признался он. – Давайте руку, Виржиния. Нам ещё мисс Тайлер снимать с этого пыточного приспособления.

– С чего?

– С лошади, разумеется.

Продолжить мы не успели. Существо вернулось – но не одно, а в сопровождении двух юношей весьма мрачной наружности. Тощие и большеголовые, чем-то напоминающие оголодавших щенков, они были облачены в такие же балахоны, только оттенком темнее.

Последним на пороге особняка появился немолодой мужчина, сразу же поспешивший нам навстречу.

– Леди Виржиния! Какая честь! – издалека завёл он приветственную речь, и голос его, низкий и гортанный, словно заполнил собой всю округу. – Я, признаться, не ждал, что вы приедете с гостями, но очень рад видеть вас всех в «Тёмных водах»! Джеймсон, Паркер, Паттерсон, займитесь лошадьми, – небрежно взмахнул мужчина рукою, и его странные спутники, повинуясь жесту, припустили бегом.

Я с трудом заставила себя выпустить поводья и передать их существу в сером балахоне. Оно мне совершенно не нравилось. Никогда не доверяла людям, которые так странно одеваются.

– А вы, наверное, сэр Шилдс?

– Да, да, Дуглас Шилдс, к вашим услугам!

Хозяин поместья подошел ближе, поклонился, а когда выпрямился,