Спасение злодея по ошибке - Фэн Ю. Ни

Он хотел попытаться притвориться капризным, изобразив глупость. Но как мог маленький птенец одурачить духа-лиса, который культивировал тысячи лет?

Жун Е был так зол, что чуть не прослезился.

— Почему вы такой властный? Зачем так издеваетесь над людьми?

Юэ Ухуань обернулся и холодно сказал:

— Людям с грязными мыслями запрещено оставаться в Долине Короля Медицины.

— Я грязный? — Жун Е понял, что из дерева уже сделали лодку*, и выругался от безысходности, — Насколько чисты вы сами? Вы сами всего лишь смертный, но завоевали любовь учителя своей красотой. Вот почему вам выпал шанс достичь неба одним прыжком!

(ПП: поздно что-либо менять)

Юэ Ухуань повернул голову и спокойно посмотрел на него.

Цин Луань боялась его безумия и пыталась помешать ему приблизиться к этим ученикам. Она также не решалась открыть им, что на самом деле происходит за кулисами. Юэ Ухуань всегда следовал общественным правилам и этикету, и он никогда никого не наказывал в их присутствии. Неужели из-за этого дети не понимали его и считали добродушным ягненком?

Жун Е больше не следил за своими словами.

— Скольким мужчинам вы служили? Как вы смеете презирать других за то, что они грязные?

Юэ Ухуань задумался на некоторое время и спросил хриплым голосом:

— Ты хочешь служить мужчине?

Жун Е немного испугался, но, собрав всю свою силу воли, ответил:

— Что плохого в служении культиватору? Вы служите им и получаете безбедную жизнь. Они могут беззаботно подбрасывать вам пилюли и сокровища. Они могут научить вас бессмертным техникам. Это намного лучше, чем быть смертным! Я хочу служить могущественному человеку!

Юэ Ухуань улыбнулся, достал пару перчаток из ледяного шелка и медленно надел их.

В воздухе витал странный аромат, Жун Е вдруг почувствовал легкое головокружение, а все его тело потеряло силу. Он попытался поднять голову, но лицо Юэ Ухуаня уже расплывалось. Сразу же после этого он почувствовал, как что-то безжалостно схватило его за волосы и потащило вперед.

Его длинные черные волосы были в беспорядке, а прекрасные глаза персикового цветения наполнились страхом.

Юэ Ухуань поднял его лицо и мгновение смотрел на него. Его голос был похож на голос демона из ада.

— Я научу тебя, как служить мужчине.

Жун Е наконец понял, что спровоцировал то, что не должен был. Он хотел убежать, но не мог даже пошевелиться. Его одежда была разорвана, а на спине чувствовался жар, как будто на ней выжгли клеймо. Он потерял контроль над своими конечностями, а его мозг погрузился в бессознательное состояние.

Когда он снова очнулся, то обнаружил, что его конечности скованы цепями, свисающими с потолка. На его теле ничего не было. Вокруг было бесчисленное множество глаз, жадно смотрящих на него. Затем бесчисленные отвратительные руки протянулись к нему, пожирая его, как им заблагорассудится. Ему было так страшно, что хотелось кричать, кричать, чтобы они не подходили ближе, но изо рта вырывались невыносимые, непристойные слова.

Он никогда не знал, что эти вещи могут причинять такую боль… Ни жалости, ни нежности, только ужасные издевательства. Он боролся изо всех сил, отчаянно молил о пощаде. Но взамен получал смех и еще более жестокое обращение.

Казалось, что мучения во тьме никогда не прекратятся. Он пережил все самое унизительное и отвратительное, что есть в мире.

Наконец, он проснулся в слезах…

В воздухе витал слабый аромат. Не было ни страшных людей, ни отвратительных вещей.

Жун Е обнаружил, что его тело совершенно чистое. Боль утихла, и тошнота тоже постепенно исчезла. Только его одежда пропиталась холодным потом и прилипла к телу. Он в тревоге поднял голову и обнаружил, что находится в ледяном подземелье. Хотя он не видел никаких ужасных орудий пыток, в воздухе ощущался кровавый запах, который никак не мог рассеяться. Юэ Ухуань сидел за столом с книгой в руках и тихо читал при свете свечи. Рядом с ним стояла медная горелка для благовоний с догорающей палочкой, от которой и исходил странный аромат. Рядом лежали две незажженные палочки благовоний.

Увидев, что он проснулся, Юэ Ухуань протянул руку и взял со стола вторую палочку благовоний.

Хотя Жун Е не понимал, что это за благовония, он догадался, что ужасающие иллюзии, должно быть, исходят от них. Он не посмел больше упрямиться, опустился на колени, распростершись на земле и отчаянно умоляя о пощаде:

— Ухуань-сянчан, я был не прав. Я не должен был говорить о вас плохо!

Юэ Ухуань посмотрел на него некоторое время и безжалостно покачал головой.

Жун Е в отчаянии воскликнул:

— Нет! Я действительно ошибся!

Загорелось второе благовоние, и странный аромат напал снова, более глубокий и тяжелый…

Жун Е снова провалился в еще более мучительный ад, страдая от всевозможных пыток и бесконечных страданий. Каждый раз, когда он думал, что это предел боли, его ждало что-то более мучительное.

Когда он снова очнулся, его дух почти рухнул. Он тупо и вяло сидел на земле, не в силах вспомнить, кто он — человек или животное. Спустя долгое время он наконец понял, что его тело цело и невредимо. Радость от новой жизни позволила ему постепенно вернуть себе человеческий разум и способность говорить.

Жун Е поднял голову. В отчаянии он увидел, как Юэ Ухуань собирается зажечь третье благовоние…

Он совершенно сойдет с ума в аду, пока не умрет.

— Пощадите меня, пощадите меня… — Жун Е наконец понял убийственное намерение демона. Он пополз в сторону, желая отступить, но бесчисленные Лозы Кровавого Короля растянулись, образуя неизбежную клетку и зажав его внутри. Он наконец-то понял, насколько глупым был и как ужасен человек, которого он оскорбил. Но было уже слишком поздно. Он смотрел, как вот-вот загорится благовоние, которое определит его судьбу. Внезапно в его сознании вспыхнул свет, и он в бешенстве закричал, — Я больше не посмею иметь никаких мыслей об учителе!

Благовоние, которое могло отправить его в ад, наконец-то остановилось.

Юэ Ухуань спокойно посмотрел на него и снова спросил:

— Ты все еще хочешь служить мужчине?

— Я не хочу! — закричал Жун Е, со страхом вспомнив те ужасные сны. Он свернулся калачиком в темноте, умоляя, — Я ошибался, я больше не хочу служить мужчине!

Юэ Ухуань держал благовония и потирал лоб, поглядывая на дверь. Он казался немного нерешительным.

Жизнь и смерть зависли в одной мысли.

Жун Е свернулся калачиком и долго плакал в темноте.

Он наконец вспомнил цветочницу, которую выпорол и изуродовал гость. Он вспомнил сяо гуана, которого вынесли завернутым