Фантастика 2026-44 - Александр Коротков

– Конечно, иди, – кивнула я, предвкушая, как сейчас сяду у зеркала и нарисую себе очередное лицо в соответствии с требованиями программы «антипринц».

Однако едва я села, как в дверь опять постучали.

– Войдите! – позвала я и приготовилась клеить ресницы.

Послышались шаги, по которым я узнала тетю. А потом вскрик.

Я обернулась.

– Что… что это на вас? – Селеста указывала на меня дрожащей рукой.

– Бальное платье, – довольная произведенным эффектом, улыбнулась я. – Эклектика, понимаете ли! Вы слышали об эклектике?

– Не… не знаю, – проблеяла тетушка. В ее глазах плескался ужас. – Вы правда пойдете в этом на бал, Ваше Высочество?

– Самая настоящая правда, – энергично кивнула, ткнув пальцем себе в глаз. – Сейчас вот еще реснички наклею, и у меня будет взгляд робкой косули. Такие очень нравятся мужчинам, вы знаете?

– Упаси господи! – пробормотала Бабайка. – Ваше Высочество, я хотела спросить, а что это было за письмо? От кого?

Я наяву увидела, как за ее спиной замаячила тень дядюшки Кевинса, в чьи загребущие ручонки письмо по случайности не попало.

– Его Светлость Ананакс по просьбе принца Стича любезно напомнил о том, что смиссу надо кормить трижды в день, – улыбнулась я. – Поэтому будьте так добры – принесите тазик парного мяса и миску с водой. Миску из моих покоев не убирайте и следите, чтобы вода в ней была всегда чистой!

О, как хорошо мне удавались папенькины приказные нотки! Бабайка облегченно вздохнула, присела в реверансе и вышла.

До бала оставалось всего ничего. Я, наконец, занялась макияжем и не стала отвлекаться даже тогда, когда раздался уже знакомый мне вой голодной Кошки и… звук тела, упавшего в обморок – увы, тетя еще ни разу не видела, как едят неверийские смиссы.

* * *

Большую люстру, висевшую под потолком бального зала в герцогском замке, за время моего присутствия в Самыйсоксе зажигали всего один раз – когда я только приехала, и Ананакс устроил мне пышный прием. Сейчас она снова переливалась огнями, хотя солнце опустилось к горизонту, но пока не кануло в темноту, и светила торжественно и ярко, поневоле создавая праздничное настроение.

Мой наряд произвел очередной фурор. Если бы я так не устала от фурора предыдущего, то была бы довольна жизнью. Однако резкое увеличение количества официальных мероприятий в Самыйсоксе и перспектива скорого возвращения в Тессу вовсе не повышали настроения. Поэтому на попытки принца меня разговорить я отвечала вежливым односложным мычанием, которое можно было понимать, как угодно.

Согласно протоколу я сидела на возвышении рядом с герцогом и Его Высочеством, когда Аманда появилась в платье из золотой парчи и остановилась на пороге зала, притягивая взгляды. Несмотря на тяжесть ткани, осанка у подруги была королевская. Думаю, в это мгновение любому машинально указали бы на нее, как на принцессу Кармодона.

Увидев Аманду, принц позабыл обо всем. Если до сего момента он успевал улыбаться, кроме меня, каждому гостю, и для каждого находить несколько приветственных слов, то сейчас просто остолбенел.

Через некоторое время, когда все приглашенные прибыли, Ананакс объявил бал открытым. Стич склонился передо мной в поклоне, приглашая на танец, но я видела, как он косит темным глазом в сторону золотой парчи, словно жеребец Зверь – в сторону ворот, распахнутых к долгожданной свободе.

– Вы знаете, что у меня деревянная нога? – спросила я.

– Какой ужас! Я вам так сочувствую! – искренне воскликнул он. – Но без нашего первого танца бал не состоится.

– Я плохо танцую, – пригрозила я.

– Я тоже, – покаялся он. – Так что берегите ваши ножки, особенно деревянную!

– Вы так добры… – пробормотала я, поднимаясь с кресла и подавая принцу руку.

Танцевал он действительно плохо. Нет, он делал все правильно, но так неуклюже, словно его слепили из глины, а она взяла и застыла. Промучавшись первый танец, мы с Его Высочеством с облегчением раскланялись. Радостный принц прямиком, словно королевский фрегат на флот неприятеля, направился в ту сторону, откуда раздавался звонкий смех Аманды. А я, поискав глазами Кошку, нашла ее в неожиданной компании.

Смисса возлежала на одной из кушеток, эффектно положив точеную голову на лапы, а рядом с ней, развалившись, сидел Онтарио Ананакс и задумчиво накручивал ее ухо на палец.

– Вы не танцуете? – спросила я, подходя.

Онтарио поднялся, уступая место, и уставился на меня наглыми голубыми глазами.

– Если вы не танцуете, то здесь нет подходящей для меня партнерши, – усмехнулся он, – кроме Аманды Кивис, разумеется. Но она ангажирована вражеской стороной до окончания бала.

Я поискала взглядом золотую парчу и быстро нашла – уж очень она была заметной! Аманда кружилась в танце, склонив хорошенькую головку на плечо принца, а тот что-то негромко говорил ей и, кажется, больше не заботился о безопасности чьих-либо туфелек – держа в объятиях мою подругу, он просто позабыл о том, как неуклюж.

– Завидуете? – мило улыбнулась я и погладила Кошку. – Они очень подходят друг другу, не находите?

– Ваше Высочество, что именно вы хотите от меня услышать? – осведомился Онтарио. – Что я рад? Разгневан? В печали? Подумываю наложить на себя руки?

Я задумалась. Действительно, чего я от него хотела? Мне было легко в его обществе, несмотря на то что он все время пытался меня задеть. И почему-то казалось, он понимает меня больше, чем любой другой в Самыйсоксе.

– На балах скучно, – призналась я. – Бабуля говорит, что танцы – наслаждение лишь для тех, кто знает, ради кого танцует…

– Вы танцуете, Ваше Высочество? – Герцог Ананакс появился невесть откуда и зыркнул на сына с непонятным мне выражением, однако тот не отвел взгляд. Несколько долгих мгновений они держали друг друга на прицеле, а затем Его Светлость повернулся ко мне и добавил: – Я хотел бы пригласить вас…

– Не утруждайтесь, – махнула рукой. – Одного танца с Его Высочеством моим нервам достаточно. Надеюсь, Аманде повезет больше.

Ананакс поморщился, словно съел что-то очень кислое, и покинул нас.

Я смотрела на кружащиеся пары, а перед глазами волны из пруда, где мы с местными мальчишками ловили рыбу, плескали на берег, покрытый мелким сероватым песком. Трещали кузнечики. Птицы пересвистывались в кронах деревьев…

– В ваших глазах тоска, Ваше Высочество, – прошептал Онтарио, склонившись ко мне. – Я готов сделать что угодно, лишь бы прогнать ее!

Я растерянно посмотрела на него. Нечто такое прозвучало в его голосе, что я сразу поняла – сделает! Сделает даже без моего приказа. Сделает даже, если прикажу нечто безумное!

Его губы вновь оказались слишком близко. Яркие, чувственные, словно сочные ягоды,