Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

услышанным. – Слушайте вводную. Времени у нас было в обрез, пришлось довольствоваться тем, что подвернулось. Вот ваши паспорта. – Он извлек из кармана какие-то небольшие карточки, больше похожие на удостоверения или пропуска. – Отныне вы граждане Литвы. Она входит в Евросоюз, в его границах можете свободно перемещаться по этим документам. Подлинные, между прочим. Только карточки ваши. Думаете, легко было найти? Ладно, фото Романа взято из личного дела, но Сохана едва раскопали. Плюс именно этих паспортов – там у них гражданство давалось всем. Нулевой вариант. Так что никто не удивится, что вы русские. Да и литовского за пределами страны никто не знает, как-нибудь вывернетесь. В саму же Литву соваться незачем. Обычная европейская дыра. Если бы знать заранее, обеспечили бы чем-нибудь более солидным. Но на первое время сойдет, а там подумаем. Мне приказано быть с вами, обеспечивать безопасность. Толик, – указал подбородком в сторону худощавого, – будет у нас помощником по специфическим операциям. Для тех, кто не в курсе: Толик неплохой хакер. Весьма пригодится. Остальные прибудут прямо на место. Потом решим, куда именно. Все равно есть кое-какие сложности, так сразу целую группу не сформируешь. Тем более шеф пока не понял, для чего именно.

Все было произнесено без пауз, одним духом. Но в конце прозвучало нечто вроде вопроса, и пришлось Людмиле вкратце рассказать о жутковатых тайнах. Благо у нее имелось двое свидетелей, которые в свою очередь поведали о событиях на атомной станции и о том, что было после них. В частности, об объявлении охоты на девушку. Они-то что? Лишь что-то видевшие и слышавшие, да кто поверит подобным россказням? Вдобавок высунься, открой рот, и тебе его могут сразу закрыть навсегда. А прятаться… Прячьтесь, что ж. Дед старый, сам помрет. Офицер… Мало ли в стране бывших офицеров? За каждым гоняться – никакого всемогущества не хватит.

Иное дело бывшая журналистка. Как бы своя, подвергшаяся ген-изменениям, и вдруг вышедшая из-под контроля. Таковая наглость обязательно заслуживает смерти. Не умерла сама вовремя, придется помочь отправиться в края, где нет ни радости, ни печали.

– Куда хотя бы летим? – спросил Ветров.

Понятно, подальше от ставшего опасным района, только неплохо бы знать конечный пункт, и куда и на чем двигаться потом? Надо бы накрыть базу, пусть ту, небольшую, в Прибалтике. Если удастся покинуть собственную страну.

– Как куда? За границу, – буднично отозвался Вадим.

В его глазах предстоящее, похоже, являлось заурядным делом. Через таможни – долго и опасно. Даже с хорошо подделанными паспортами могли возникнуть проблемы. Все данные о переходах через контрольно-пропускные пункты фиксируются в компьютерах, каждый гражданин своей и чужой страны проверяется на наличие в картотеке. Вдруг что-то будет не совсем так? А тут – ни упоминания в базах данных, ни отметок, ни таможни с ее досмотрами. И не надо ждать ночи, по старинке, едва не ползком, пересекая незримую линию, разделяющую блок стран и осколок некогда великого государства. Конечно при условии, что перелет никто по каким-то причинам не заметит.

– Роман, – старший офицер поманил Ветрова, заставил его приблизить голову. Остальные расслышать содержание разговора не могли.

Спецназовец невольно ожидал: речь пойдет о его взаимоотношениях с дочерью олигарха, чересчур разные у них весовые категории, но Вадим сказал совсем иное:

– Когда мы подлетали, то видели падение ракеты в лес. Какой – не скажу. Не разбираюсь. Да и расстояние… Но кажется, «земля – земля». Не по вам стреляли случаем?

Из пушки – и по воробьям? Нечто сверхточное по месту, где недавно находилась подлежавшая наказанию ослушница? Но стоимость такой штуки такая, что не очень-то прикажешь или убедишь использовать против мифических бандитов.

И тут Роману едва не стало дурно. Хотя его никогда не укачивало в воздухе.

Но куда деваться?

Окрестности с. Горинчево, Закарпатская область, Украина

22–23 марта 2012

– Хватит!..

Это был не сон. Проклятая реальность стучала в висках, не позволяя забыться.

Боже мой, за что?

Он убил их всех! Убил их всех! Ни в чем не повинных людей… Позволил жизни покинуть их тела, чтобы насытить утробу бездушного камня. Он их убил…

Антон сидел прямо, опираясь на спинку дивана с такой силой, словно тот был его плотом в бушующем океане.

У полупрозрачной стены корчился полковник. Он стонал и хрипел, пытаясь подняться, упершись руками в пол. В его стонах было что-то особенное. Немного оправившись от потрясения, Антон понял, что Павел Геннадиевич задыхается от восторга и физического удовольствия. Силовик издавал такие звуки, как стонет человек во время соития. И все же несмотря на необычайность ситуации, полковник не бросил пистолет – оружие виднелось в его потной руке. Впрочем, это Антона волновало меньше всего.

Ученый согнулся в три погибели. Горло раздирало рыданиями.

Сколько он убил? Сотню человек? Тысячу?..

Проклятый алтарь различимо пульсировал бледно-розовым сиянием. Насовсем исчезло сходство с журнальным столиком, теперь Антон видел перед собой угрюмую дьявольскую машину, использующую человеческие жизни, словно бревна для растопки печи.

– Хватит, – еще раз прошептал Аркудов, ударяя кулаком по гладкой поверхности алтаря.

На этот раз сознание не поплыло. Просто возникла мысль – будто бы и своя, личная, но в то же время Антон знал, что говорит Звено:

Состояние ожидания по команде Оператора. Боеготовность 4,015 процента. Звено напоминает, что для успешного выполнения боевой задачи ему требуется 55 процентов боеготовности. Мне разрешается возобновить режим «забор т-энергии»?

– Нет! – взвыл Антон. – Нет! Скольких ты еще убьешь?

Возникла краткая пауза.

Необходимо критическое истощение человекоресурсов в количестве восемьдесят пять тысяч шестьсот четыре единицы.

– Нет!

Звену разрешается возвратиться в режим ожидания по команде Оператора?

– Да, – устало выдавил Антон.

– Что ты сделал? – донесся из-за стены шепот полковника.

Лицо силовика исказилось до неузнаваемости, глаза остекленели. По морщинистому лицу, стекая с влажных усов, катились капли пота. Он выглядел так же, как во время припадка в квартире археолога. Но тогда голосом Павла Геннадиевича с Антоном разговаривал умерший отец, а сейчас полковник явно пребывал в здравом рассудке.

– Что ты сделал, Антон? – спросил он еще раз.

Дрожащими пальцами ученый провел по щекам и подбородку:

– Кажется, я нашел один из кусочков вашей Системы управления миром. И убил десятки людей… – Его голос сорвался.

– Молодец. – Полковник проигнорировал сообщение о гибели жителей деревни. – Какой же ты молодец, Антоха! А дневник нашел? Узнал, где находятся остальные Звенья?

– Нет! – взвизгнул ученый, представляя, что будет, если смертоносные игрушки активируются не вблизи небольшого селения, а рядом с мегаполисом. – Не нашел.

– Тогда ищи, – в который раз за этот день