Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

успев осознать, что монстр движется под землёй, мгновенно сделал два скачка, оказавшись в тридцати метрах в стороне, и через пару секунд снова почувствовал, как червеподобная тварь длиной в несколько метров снова вошла в зону моей чувствительности.

— Вот же привязался глист-переросток, — проворчал я, переходя на бег, и уже через несколько минут, не особо напрягаясь, оторвался от подземного ползуна.

Атака с воздуха была молниеносной и неожиданной, вот только я всё равно успел засечь тварь, когда она оказалась в радиусе моей чувствительности.

Буквально в последний момент успел телепортом уйти в сторону на несколько шагов, выхватить из кобуры наган и выстрелить от пояса.

— 15 ОП.

Я даже не успел разглядеть, что за тварь меня атаковала, как почувствовал, что червяк снова рядом.

— Вот же упрямая скотина!

Телепорт выдернул меня с места и перенёс в сторону, одновременно удаляя от «ползуна» и выводя меня из-под удара ещё одного летуна.

Опять треснул выстрел, свалив монстра у самой земли.

— 15 ОП.

— Летучая мышь! — вскрикнул я, наконец-то разглядев чудовище с размахом кожистых крыльев в добрых три метра.

В этот момент подземный враг вдруг совершил резкий бросок, и земля у меня под ногами буквально взорвалась. Гигантская пасть, набитая пилообразными зубами, распахнулась подо мной, и я просто рухнул в неё, как в колодец. В довершение откуда-то из глубин глотки чудовища выметнулись длинные ленты-языки и обвили мои ноги.

Заорав скорее от неожиданности, чем от испуга, телепортировался в сторону, уронив в пасть две гранаты без колец, и тут же пришлось уходить ещё дальше. Летающие монстры не собирались оставлять меня в покое.

По-ковбойски, от бедра, успел сбить двоих из четырёх, прежде чем оставшиеся отлетели слишком далеко.

На всякий случай, держа револьвер наготове, попятился назад и через секунду услышал, а потом и почувствовал подземный взрыв.

— 600 ОП.

Ещё несколько летучих тварей я заметил высоко в небе. Почему-то, несмотря на огромный размах крыльев и тёмную окраску в воздухе, я их различил только благодаря высокой Наблюдательности. Наученные горьким опытом, нападать на меня они больше не спешили.

Дозарядив в наган потраченные патроны, пошёл посмотреть туши на предмет камней душ. И, к удивлению, в каждой из четырёх туш летучих мышей нашёлся крошечный кристаллик. Перекинув туши летунов Девятому, немного поколебался, размышляя, стоит ли выкапывать червя, чью развороченную тушу я чувствовал на глубине двух метров.

— Да ну его к чёрту, там по любому кристалл расхреначило! — махнув рукой на гипотетический камень душ, пошёл дальше.

Три недели спустя я, оборванный и заросший, как партизан, наконец-то нашёл одну из баз клана Дебитум. Хотя будет правильно сказать — проследил за одним из отрядов ходоков, на который наткнулся совершенно случайно. Выйти к ним не рискнул: уж больно разбойничьи физиономии у них были.

База Дебитума, как и подавляющее большинство подобных поселений в Окаянке, была расположена на старом промышленном объекте, к которому добавили четырёхметровые бетонные стены с колючей проволокой и железные смотровые вышки, в узких бойницах которых я рассмотрел пулемётные стволы. Кстати, одно это уже толсто намекало на крутость клана.

Над сдвижными воротами, сваренными из железных труб и листов железа, висела вывеска, где готическим шрифтом на латыни было написано название клана. Красные буквы на чёрном поле смотрелись внушительно, подспудно внушая уважение к клану, хотя мне показалось, что большую часть уважения внушал танк, стоящий сразу за распахнутыми воротами.

Конечно же, бронемашина была очень старой и не на ходу. Зато с башней и орудием был полный порядок: при мне несколько человек занимались обслуживанием техники и, вращая башню, что-то там вручную смазывали.

На воротах меня остановили. Старший четвёрки бойцов в чёрной экипировке — кстати, явной переделки гражданской версии тяжёлого бронежилета, класс которого я не смог определить, — поднял руку в заградительном жесте.

Я послушно остановился, разглядывая бойцов. Остальные были экипированы похуже лидера — в лёгких чёрных бронежилетах и старыми «калашами».

«А экипа и стволы у 'Либертас» покруче были, но «Дебитум», кажется, сильно многочисленнее будет.

— Стой, рейдер, ты заходишь на базу «Дебитум»!

Далее мне поведали о нехитрых правилах и законах, действующих на базе. После чего меня внесли в список гостей, причём боец для этого воспользовался смартфоном. Как оказалось, на базе имелся платный вайфай.

Назвался я Серым, не став выдумывать себе громких запоминающихся кличек.

Первым делом, конечно же, пошёл в местную гостиницу, оказавшуюся ещё той прокуренной дырой: об уборке здесь, похоже, никогда не слышали, впрочем, как и о постельном белье.

К счастью, имелся общий на всю гостиницу душ, в котором, несмотря на обилие ржавчины и растрескавшегося кафеля, имелась горячая вода.

Кстати, за номер с меня взяли три тысячи рублей за сутки.

Отмывшись до скрипа, переоделся в чистое бельё и, оставив свой почти пустой мешок и винтовку в номере, отправился в местный бар — насладиться кулинарными изысками.

Общепит располагался в жестяном ангаре, расплагавшем двумя десятками столов, сколоченных на отъебись, и такой же барной стойкой. Стулья или скамейки предусмотрены не были.

Бармен был под стать бару: небритый верзила с по-обезьяньи длинными руками и угрюмой физиономией с багровым шрамом на скуле. Чёрный бронежилет с логотипом «Дебитум» и кобура с пистолетом на поясе завершали его образ хренового бармена.

Кстати, за его спиной, прямо на полке среди бутылок с алкоголем, лежал двуствольный обрез.

Людей в баре было немного, а те, что были, все поголовно пили водку и закусывали либо килькой в томате, либо тушёнкой из неизвестного зверя.

— Бармен, есть чего существенного пожрать? Три недели горячего не видел.

— Через пять минут будет готова жареная картошка.

— Давай две… Нет, три порции и пива!

Взяв с меня две тысячи рублей за еду и пиво, бармен отошёл.

В конце ангара от общего пространства была отгорожена комната, которая, судя по доносившимся оттуда запахам, исполняла роль кухни.

Ждать своей порции картошки долго не пришлось: фанерная дверь кухни открылась, и оттуда показалась толстая женщина средних лет в грязном, некогда белом переднике. В одной руке дама держала поднос с огромной тарелкой жареной картошки и парой здоровенных ломтей хлеба. Другая лежала на широком кожаном поясе, на котором висел револьвер в открытой кобуре.

— Пиздец, здесь официантки, — пробормотал я, несколько удивлённый увиденным.

Не торопясь, женщина дошаркала до меня и грохнула поднос передо мной на барную стойку.

— Рубай, молодой, у нас всё как в лучших домах Лондона и Парижа.

— Вот это сервис! — восхитился я.

Дама махнула своей окорокообразной ручищей и, развернувшись, поплелась обратно.

Только приговорив картошечку и заполировав это всё четырьмя бутылками