Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

Эллис сделал осторожный шаг к воротам. Хэмбл вцепился в решетку и посмотрел исподлобья:

– Убирайтесь отсюда. Или собак спущу. У меня три волкодава, очень злые.

Тут уже не выдержала я:

– Что, и на меня тоже? При всем уважении, сэр Хэмбл, это уже слишком. О госте из Бромли я упоминала, вы с радостью согласились принять его. Так что же изменилось?

Неожиданно лицо Хэмбла смягчилось.

– Всё изменилось. Не хочу снова совать пасть в голову льву. У меня шесть дочерей и жена, которых я все-таки люблю, чтоб там люди ни говорили. И моя коллекция, моя коллекция… Так что я рад вас видеть в своём доме, леди Виржиния. Но без… без… этой твари из Управления.

С этими словами он тяжело развернулся и медленно поковылял по аллее к дому. Вскоре старые яблони сомкнули над ним ветви, скрывая от наших взглядов. Кэтлин же пока медлила, то оборачиваясь в сторону супруга, то беспомощно глядя на меня. Потом она на что-то решилась и поманила меня к воротам.

– Я очень, очень сожалею, – прошептала Кэтлин сбивчиво. Под глазами у неё были темные круги, а лицо словно посерело. Ничего – ни старая шляпка с широкими полями, ни закрытое платье, ни шаль на плечах – не могло уже скрыть болезненную худобу. – Леди Виржиния, не держите Уильяма зла, прошу вас. Ради моих детей!

– Святые небеса, и в мыслях не было! – Я просунула руку между чугунными прутьями и коснулась пальцев Кэтлин. Горячие… – Дорогая, скажите лучше, что я могу сделать? Вы так исхудали… Это из-за Уильяма?

Она слабо улыбнулась.

– Нет, нет… Это нервическое. Нам всем теперь тяжело. Раньше, когда деньги уходили только на коллекцию, нам жилось получше. А теперь вдобавок приходится платить этому человеку. – Кэтлин прижала руку ко рту и всхлипнула. – Знали бы вы, как я хотела бы сжечь коллекцию. Это вечная угроза, нависшая над нами… Леди Виржиния, прошу, не приезжайте больше с детективом. Если он подумает, что мы обратились в Управление… Бедные мои дочери, Боже…

Последние слова она произнесла совсем тихо, почти неслышно. Блеклые ресницы слиплись от слёз.

– Кэтлин, вы можете довериться мне, – прошептала я. – Мне и Эллису. Какая бы тайна не довлела над вами, я не позволю ей разрушить вашу жизнь. И жизни ваших дочерей.

Она отвернулась.

– Просто поверьте на слово, что ни я, ни Уильям не причастны ни к чему отвратительному. Это была просто… ошибка.

– Кэтлин…

– Уезжайте сейчас, леди Виржиния. – Она вытерла тыльной стороной ладони глаза и вновь всхлипнула. – Боже, я так надеялась на эту встречу… на то, что мы сможем, как в старые времена… Тогда мы были просто беднее, чем другие, а теперь… Уезжайте. Собак у нас нет, Уильям соврал, но… Спасибо вам за всё!

Кэтлин порывисто протянула руку через ограду и дотронулась до моего плеча. А потом отпрянула, развернулась и засеменила вслед за мужем – в тени замшелых яблонь, по ухабистой до неприличия дороге.

Пребывая в некоторой растерянности, я оглянулась к остальным. Эвани задумчиво рассматривала ясеневую рощу, зеленеющую вдалеке. Взгляд же Эллиса, цепкий и неприятный, был направлен на меня.

– Я всё слышал, – сообщил мне детектив и заложил руки за спину. – Да уж, ну и семейка… Пока дождусь из центра досье на Хэмбла, а потом, исходя из полученной информации, буду действовать. Вот, кстати, дополнительная работка для Лайзо – забраться в это поместье и осмотреть его, – кивнул он на ворота. – Через эту ерунду перелезть – делать нечего. А некоторые улики иногда лежат на поверхности. Просто диву даешься, как люди беспечны порою. – Он качнулся на пятках и уставился в небо.

– А что же будет с Кэтлин? И с девочками? Даже если Уильям и замешан в чем-то неблаговидном, то они наверняка невиновны, – заметила я спокойно, хотя сердце у меня сжималось.

– Вот это нам и нужно выяснить, – откликнулся Эллис. – Ничего не могу вам обещать, Виржиния. А теперь давайте вернемся в автомобиль. Больше нам здесь делать нечего. Мне сегодня нужно будет наведаться к Уолшу, расспросить его об архивах наконец и узнать, как прошел первый день поисков с собаками.

Эллис выглядел сосредоточенным и равнодушным ко всему, кроме дела. А я не могла без боли вспоминать посеревшее лицо Кэтлин и угрюмую обречённость в глазах Уильяма Хэмбла. Вот же злосчастное семейство – кажется, беды постоянно кружат над ними, как птицы весной над распаханным полем… Однако детектив был прав – следовало сперва разобраться, что скрывал баронет, и уже потом подумать, как поступить.

Чтобы немного развеять атмосферу меланхолии, я на следующий день устроила нечто вроде званого обеда, в деревенском стиле. Пригласила только Пауэллов. Черити и Эрик откликнулись с удовольствием и принесли с собою гостинцы – домашние ликёры и большой ягодный пирог. Эллис пропадал с розыскным отрядом, с самого рассвета обшаривал окрестности с натасканными на определенные запахи собаками, но остальные домочадцы и гости с удовольствием поддержали мою идею. Эвани, Мэдди, мистер Оуэн и даже доктор Брэдфорд – все спустились в сад. Макленнаны превзошли самих себя, готовя блюда к праздничному столу. Меню получилось необычным для Аксонии: мясные рулетики с сухофруктами и орехами, бульон в крошечных чашечках, сильно сдобренный пряными травами, гренки с тремя видами соусов, а на сладкое – воздушное суфле в облаке сахарной пудры и фрукты в густой сливочной заправке… Настоящее изобилие! Сначала беседа не ладилась, но вскоре беззаботная болтовня Черити и тягучий ликёр сделали своё дело.

Эвани, разрумянившаяся, с блестящими глазами, во всех подробностях пересказывала Мэдди содержание последнего прочитанного романа. Брэдфорд и Оуэн обсуждали попеременно то политику, то «ширманок» – и неизменно заключали, что и то, и другое от лукавого. Черити умудрялась быть одновременно везде и в каждую беседу вставлять по словечку, а Эрик покуривал трубку с кривым черенком, глядя в хмурое небо – иначе говоря, в саду царила идиллия.

Ближе к вечеру, когда стало смеркаться, мы перебрались в гостиную. Затем я поднялась в кухню и, временно изгнав Макленнанов из их вотчины, сама занялась кофе. Благо все нужные специи и приправы нашлись в изобилии. Кардамон, мускатный орех, ваниль, корица, гвоздика, имбирь; перец чёрный, красный и белый; миндальная стружка, апельсиновая цедра и тёмный шоколад…