Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

жизнью — молились, работали в садах, переписывали древние манускрипты. Но уже тогда настоятель, отец Саркис, говорил о странных снах, которые видели некоторые братья. Сны о тьме, поднимающейся из глубин озера, о красных глазах, наблюдающих из темноты.

— И что он думал об этих снах? — спросил Виктор.

— Он считал их предупреждением, — задумчиво ответил Авет. — Монастырь Святого Георгия не просто место молитвы. Он был основан как стража, охраняющая нечто древнее и могущественное. Что именно — знают только настоятели, передающие эту тайну из поколения в поколение. Но все монахи воспитываются с пониманием важности своей миссии.

Виктор обменялся быстрым взглядом с Мефодием. Рассказ армянского монаха подтверждал их теорию о том, что в монастыре или поблизости от него действительно могла находиться Печать Равновесия, и монахи были её хранителями, даже если не все из них понимали истинную природу охраняемого артефакта.

— А что с Храмом Врат? — спросил Виктор. — Тем, что высечен в скале у восточного берега озера?

Авет заметно напрягся при упоминании этого места.

— Нехорошее место, — сказал он тихо. — Даже до нынешних странных событий местные жители избегали его, особенно по ночам. Говорят, там можно услышать голоса умерших, особенно в полнолуние. Монахи Святого Георгия совершают туда регулярные паломничества, чтобы прочитать специальные молитвы, удерживающие… что-то… внутри.

— Что-то? — переспросил Виктор. — Ты не знаешь, что именно?

— Нет, — покачал головой Авет. — Эта тайна известна только настоятелю и, возможно, нескольким старшим монахам. Остальным говорят лишь то, что Храм Врат — место, где граница между мирами особенно тонка, и наш долг — поддерживать эту границу своими молитвами и бдительностью.

Путешествие продолжалось в молчании, каждый обдумывал услышанное. Пейзаж вокруг них постепенно менялся — плодородные долины сменялись более дикой местностью, деревья становились реже, а камней и скал — больше. Они двигались в основном вдоль небольших речек, стекающих с гор, останавливаясь только для короткого отдыха и кормления лошадей.

К вечеру первого дня они достигли небольшого поселения — нескольких домов, сложенных из грубого камня и прилепившихся к склону холма как ласточкины гнёзда. Авет предложил остановиться здесь на ночь, объяснив, что дальше на много миль не будет никакого жилья, только дикие горы.

— Здесь живёт моя двоюродная сестра с семьёй, — сказал он. — Они приютят нас, и мы сможем узнать последние новости из района озера Ван.

Виктор колебался. Останавливаться в населённом пункте было рискованно — кто-то мог узнать их или доложить о странных путниках слугам Хозяина Даров. С другой стороны, информация о ситуации в районе озера могла быть бесценной, а ночлег в доме позволил бы им лучше отдохнуть перед сложным горным переходом.

— Хорошо, — согласился он наконец. — Но мы выдадим себя за паломников, направляющихся к святым местам возле озера Ван. Никаких упоминаний о настоящей цели нашего путешествия.

Авет кивнул и повёл их к одному из домов, стоявшему чуть в стороне от остальных. Их встретила средних лет женщина, похожая на проводника — такие же тёмные глаза и волосы, такой же решительный взгляд. Она тепло поприветствовала брата, обменявшись с ним несколькими фразами на армянском, затем повернулась к остальным с гостеприимной улыбкой.

— Добро пожаловать в наш дом, — сказала она на ломаном греческом. — Я Сирануш, сестра Авета. Входите, отдохните с дороги.

Дом был простым, но чистым и уютным. Основную часть занимала общая комната с очагом посередине, вокруг которого располагались низкие лежанки, покрытые коврами и шкурами. Воздух был наполнен ароматами трав и свежеиспечённого хлеба.

Сирануш пригласила их сесть у очага и подала ужин — простую, но сытную еду: ароматный плов с бараниной и сухофруктами, свежий лаваш, кислое молоко и горный мёд. После дня, проведённого в седле, горячая пища казалась настоящим пиршеством.

Во время еды Авет расспрашивал сестру о новостях из района озера Ван. Её ответы, переведённые для Виктора и остальных, были тревожными.

— Ситуация ухудшается, — сказал Авет, выслушав сестру. — Исчезновения людей участились. Теперь пропадают не только одинокие путники или пастухи, но и целые семьи из отдалённых деревень. А те, кто возвращается, ведут себя странно — говорят о «новом хозяине», который скоро придёт, чтобы изменить мир.

— Они упоминают что-нибудь конкретное? — спросил Мефодий. — Имя этого «хозяина» или то, как именно он изменит мир?

Авет перевёл вопрос сестре, и та ответила длинной фразой, в которой повторялось одно и то же слово.

— Она говорит, что они называют его «Штемаран» — Хранитель Теней на древнеармянском, — перевёл Авет. — Они говорят, что он принесёт объединение всех миров в один, где не будет границ между живыми и мёртвыми, между людьми и духами.

— Хозяин Даров, — мрачно констатировал Виктор. — Он не просто ищет Печать Равновесия, он готовит местное население к своему приходу, создаёт культ вокруг себя.

— А что с монастырём Святого Георгия? — спросил Велимир. — Есть новости оттуда?

Авет снова обратился к сестре, и на этот раз её ответ заставила его побледнеть.

— Плохие новости, — сказал он, повернувшись к своим спутникам. — Последний монах, спустившийся из монастыря в ближайшую деревню неделю назад, говорил о красных огнях, кружащих вокруг обители по ночам, о странных звуках, доносящихся из подземной часовни, и о необъяснимых видениях, которые стали посещать братьев. Настоятель, отец Саркис, приказал укрепить двери и окна и не покидать монастырь после заката.

— Они в осаде, — понял Виктор. — Хозяин Даров пытается проникнуть в монастырь, но что-то мешает ему сделать это напрямую. Возможно, святость места или специальные защитные меры, установленные монахами.

— Или сама Печать Равновесия, — добавил Мефодий. — Если она действительно там, её присутствие может создавать барьер, который существа из иных миров не могут пересечь.

— Тем более нам нужно спешить, — решительно сказал Виктор. — Чем дольше монахи находятся в такой ситуации, тем больше вероятность, что кто-то из них не выдержит давления и поддастся влиянию Хозяина Даров. Если это произойдёт, и он получит доступ к Печати через одного из её хранителей…

Он не закончил, но все поняли невысказанную мысль. Если Хозяин Даров завладеет Печатью Равновесия или уничтожит её, ничто не сможет помешать ему полностью проникнуть в этот мир, со всеми катастрофическими последствиями.

— Мы выедем на рассвете, — сказал Авет. — Сестра говорит, что есть более короткий путь к монастырю, хотя и более опасный. Если мы