"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

На следующее утро.

Найти депрессивного чернокнижника было нетрудно — достаточно было лишь знать, что искать, скрываться он и не думал. К тому же я знал примерное его местоположение, а дальше в ход вступили мелкие духи, только и годные для разведки и передачи мелких сообщений. Итак, маг всё ещё сидел на Тенрю и предавался тяжёлым думам. Оставив Уртир отдыхать и общаться со своей младшей версией, я ступил на «Тёмную Тропу» к острову.

— Сидишь? — выйдя из ближайшей тени, интересуюсь у мага.

— Сижу… — индифферентно заявляет он, но тут его Голод почуял большой и вкусный источник жизни и сразу же активировался. — Б-беги! Быстрее!

— В этом нет необходимости, — пусть сейчас он куда больше может вложить в свою магию, даже на рефлексах, но вот облако его Голода всё такое же неструктурированное, к тому же он ещё и пытается его сдерживать. В итоге, чёрное облачко спокойно меня огибает, не причиняя вреда. Я ещё и чуть-чуть впитать в себя этой силы смог — эталонная мана тьмы и смерти после очередной порции «укрепляющего бульончика» из океана — самое то.

— Ты… жив? — маг даже скинул свою извечную пофигистичность.

— Вряд ли обычный стихийный выброс, пусть и сильного мага, сможет мне повредить.

— Стихийный выброс? Это проклятие Анкселам, оно убивает любого, кто окажется рядом со мной, — в голосе и на лице парня появились уже знакомые мне тоска и безнадёжность.

— Мой слишком умный глупый младший брат, — о, как вытянулось его лицо, — поверь, тут всё гораздо проще, — небольшое усилие, и облачко уже моего Голода Смерти крутится у меня над рукой. — Подобное «проклятие» рано или поздно возникает в организме любого достаточно сильного тёмного мага. Такова наша природа. Но, как и любой особенностью организма, этой можно управлять и использовать себе во благо.

— Как? И кто ты?.. У меня никогда не было старшего брата, — настороженности и страха нет, зато безумная надежда… Честно говоря, очень не люблю, когда на меня смотрят такими глазами. Это реально тяжело.

— Меня зовут Сефирот, и я из другого мира. Здесь оказался совершенно случайно, но… почему бы не помочь отражениям дорогих для меня людей? Тем более если это несложно. Ну так что, учиться будем?

— Да, — кивнул чернокнижник и явно приготовился Внимать Вселенской Мудрости, не иначе.

— Ну что же, начнём с основ. Психоэмоциональное состояние и его влияние на магическую систему, — достаю из пространственного кармана новую фляжку с настойкой, — а также польза девушек, вообще всего милого, ну и пива для улучшения означенного состояния. Ты, кстати, когда в последний раз нормально ел и пил, а не вытягивал жизнь из окружающего мира? — ответ я и так знал, но мало ли.

— Не помню… Кажется, в прошлом столетии…

— М-даа, ну ладно, приступим, — достаём ещё и пару салатиков и шашлычка…

Некоторое время спустя.

— Я-ик… л-люблю весь этот м-мир и е-его об… овит… обвит… Тьма, как их там… и всё ж-живое, ик! — где-то я это уже слышал.

— Не, брат, всех — это слишком, в мире слишком много сволочей, а вот семью, друзей — это да-а-а.

— У м-меня нет семьи… ик… ну… т-только ты… ик… в некоторой степ-ик-ни. И друзей тоже нет, — заплетающимся языком ответил чернокнижник, выбросы, кстати, у него почти прекратились уже часа через полтора наших посиделок. Общий принцип он понял даже в таком состоянии, так что справится, ну, а от всяких случайностей… Технологию «Плаща Чёрного Дракона» я прекрасно помню и предоставить смогу.

— А давай ты вступишь в Хвост? Для меня гильдия заменила семью, да и друзей я там нашёл… и не только. М-м-м, какие там девушки… И главное, очень скоро ты начинаешь мечтать об одиночестве! — процитировал я сам себя. — К тому же… эту гильдию основала одна небезызвестная тебе мелкая девчонка с забавными крылышками на голове и отсутствием инстинкта самосохранения в организме.

— Мэвис?

— Она… И по этому поводу мы с тобой тоже поговорим, когда ты слегка протрезвеешь. Ну так что, вступишь?

— Но Голод… — он замялся.

— Создадим ограничитель на всякий случай, а со временем и сам справишься.

— А давай! — бесшабашно махнул рукой чернокнижник.

— Ну что же, думаю, Макаров будет не против. Осталось показать тебе последнюю, самую великую Тайну Магии, — я грустно вздохнул. Карма, от неё не убежать. А помня, как этот паренёк привязался к музыке, лишить его её я не имею морального права. Включаю плеер и протягиваю аппарат чернокнижнику.

Некоторое время спустя.

Отвори эту дверь,

Ведь за ней пустота,

Ты об этом мечтал.

Ты себя поместил

В нарисованный мир,

Но художник устал.

Когда последний луч

Растает над землёй,

Глаза свои открой.

Придумай светлый мир,

В нём кто-то улыбается тебе,

За собою маня,

Огонь в душе уйми,

Иди навстречу ветреной судьбе,

Никого не виня.

Тени прошлых веков,

В пыльном зеркале лик,

Твой заклятый двойник

Ледяною стрелой

Твоё сердце пронзил.

Он тебя не простил.

Когда последний луч

Растает над землёй,

Глаза свои открой.

Придумай светлый мир,

В нём кто-то улыбается тебе,

За собою маня,

Огонь в душе уйми,

Иди навстречу ветреной судьбе,

Никого не виня… *(Эпидемия «Придумай светлый мир». *прим. Автора)*

— Действительно… это прекрасно, — Зереф чуть грустно улыбался, прикрыв глаза. — Я ощущаю странное… сродство.

— Это и должна делать хорошая музыка. Считай это моим подарком, и… — вытаскиваю из пространственного кармана ещё один плеер, — вот, на всякий случай.

— Зачем? — он удивляется. — Судя по зачарованию, этот артефакт может пережить что угодно, — да, плетение «Терминаторской Кружки» Макарова было досконально изучено, улучшено и использовано, в числе прочих щитов, на моей прелести.

— Это уже тринадцатая модель. И поверь, прошлые были не сильно хуже. Вот ЭТО действительно проклятие.

— … — установилось почтительное молчание.

— Ладно, вижу, ты уже пришёл в себя, так что пойдём займёмся защитным плащом. Ну и я хочу попросить тебя помочь в паре вопросов…

— Помочь? Конечно, брат!

— Вот это разговор! Я рад, — отвечаю на автомате. Потом мы с ним замолкаем, и…

—