"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

хлюпнула под ногами темная вода, холодом забравшись в туфли, но космобиолога она не остановила. Сделав следующий шаг, Лилейс приблизился к мягко светящемуся странному предмету, похожему на гигантское яйцо. Теодоро осторожно прикоснулся к гладкой поверхности неизвестного объекта.

— Холодный. Черт побери, что это такое?

За всю свою научную практику на Земле и других планетах галактики он не встречал ничего подобного.

Внезапно кокон щелкнул и плавно раскрылся. Глазам удивленного космобиолога предстало поразительное зрелище: на ослепительно-белой внутренней подстилке безмятежно спал младенец. На секунду Лилейс пораженно замер при виде крошечного ангела в длинной сорочке, а затем попытался поднять кокон.

— Увесистый, но донести к коттеджу можно, — решил космобиолог. Он вновь осторожно прикрыл крышку. Затем поднял странный объект на руки, выбрался из зарослей и понес свою находку к расположенному неподалеку коттеджу. Несколько лет назад Теодоро построил его в подарок своей жене. На пороге его встретила Кассандра Лилейс.

— Что это? — с удивлением спросила она, уставившись на голубоватый кокон.

— Подарок небес, — шутливо ответил Теодоро, неся находку в прихожую. Он поставил кокон на стол и вскрыл крышку. — Посмотри, Кэсси, это настоящий человеческий ребенок. Внешне ничем не отличается от земного.

Молодая женщина с любопытством склонилась над странным объектом.

— Ой, да это же девочка. Такая миленькая! Что ты с ней собираешься делать?

— Сначала хочу запросить о ней в Бюро поисков. Может ее кто-нибудь разыскивает. К примеру, родители. — И Теодоро тут же подсел к компьютеру. Спустя минуту, он получил короткий ответ: данных о девочке в коконе в Бюро не было.

— Может, следует сообщить о случившемся в космополицию? — неуверенно предложил ученый, не заметив, как в воздухе комнаты появилось странное золотистое свечение.

Считывая информацию с камня, Арроу уловил какой-то непонятный фоновый импульс, но воспринял его за простую помеху. Лишь значительно позже он понял, кто в этот момент руководил мыслями землян.

— А не лучше ли нам просто оставить девочку у себя? Раз ее никто не ищет... — предложила Кассандра.

— Я был бы не против, но так мы нарушим закон, — возразил космобиолог. — Так, что мы должны сообщить о случившемся властям.

— И крошка попадет в руки военных, которые испортят ей всю жизнь. Нет, Теодоро, мы не должны этого допустить. Да и Диане нужна сестра. Ты же знаешь, что у нас больше не будет детей.

— Ну хорошо, — улыбнулся ученый. Затем он снова перевел взгляд на ребенка. — Только как мы объясним ее появление в нашей семье? Будут вопросы...

— А ничего объяснять и не надо. Мы живем здесь уже около двух лет. О моей болезни, фактически, никому неизвестно. Никто не удивится, если у нас появится еще один ребенок. — Кэсси подняла младенца. — Я очень хочу оставить ее у нас. Она должна стать членом нашей семьи.

Теодоро Лилейс слыл человеком твердого характера, но в руках своей жены Кассандры он был мягок и податлив, как воск. Он не мог отказать ей. Тем более, в канун ее дня рождения. К тому же, у него самого появилось чувство удивительной привязанности к этой крошечной девочке, которая так преданно и доверчиво смотрела на него своими необычно-зелеными, чуть искрящимися глазами.

— Ладно, — согласился космобиолог, — давай оставим ее у себя. А кокон я надежно спрячу, чтобы никто ничего не заподозрил. А как же мы назовем нашу космическую дочь?

Кэсси посмотрела на круглое личико младенца и, улыбнувшись, сказала:

— Назовем ее Джой. И пусть она принесет нам только радость.

Таким образом, девочка была записана в Центре Регистрации, как дочь космобиолога Теодоро Лилейса — Джой Лилейс. И ее появление в семье ученого не вызвало никаких подозрений.

Однако по-прежнему оставалось неясным, почему в первый год жизни среди землян, рэдрозианка достигла развития своей сводной пятилетней сестры Дианы? Что это? Адаптация к новой среде обитания? Или, может, причина заключалась в чем-то ином?

Это оставалось тайной.

Лилейсам удалось замять дело с аномальным развитием ребенка, которого за всю жизнь не обследовал ни один медик, и о возрасте Джой, фактически, никто не знал. Пока космополицейские Старсити не устроили запрос в Центр Регистрации, легко расшифровав (благодаря АРЭС-Альтауэту) закрытое досье младшей дочери космобиолога, что, собственно, и привело к знакомству Риан и Арроу. Ведь если бы не это странное отклонение в истории развития Джой Лилейс, которое невольно намекало на свою связь с туземной легендой о метеорите, АРЭС-Альтауэт не пошел бы с друзьями в кафе «Звезды». При первом же взгляде на строгую, немного отчужденную девушку, в душе рэдрозианина возникло подозрение не просто об инопланетном происхождении Джой Лилейс, а даже о том, что она настоящая рэдрозианка.

Теперь же оказалось, Рианн единственная представительница исчезнувшего народа древней Ауриды, носящая звездный символ забытой рэдрозианской богини Альциоры. (Кстати, именно поэтому Арроу сложно было сразу идентифицировать биополе Джой Лилейс, которое не совсем соответствовало параметрам современного Рэдроза.)

Это открытие выглядело невероятным.

Но в глубинах камня Эрио альтауэт узнал больше, чем поведал своей спутнице.

Особенно его заинтересовала загадочная информация-послание, закодированная в глубинах кристалла Рианн. Она касалась какого-то секретного сверхмощного оружия актиарцев. А также Арроу узнал, что Аурида, с ее преобладающим количеством людей со звездным знаком Альциоры, исчезла вовсе не вследствие природной катастрофы, как говорилось во всех легендах. И нынешнее сокращение численности людей со звездным знаком Аэроса как-то связанно с людьми Альциоры.

«Они могут исчезнуть навсегда, и в мире будет царствовать зло».

Эта достаточно четкая фраза невольно встревожила Арроу. Ведь где-то в глубине души рэдрозианин начинал догадываться об истинной причине многолетней войны. Нет, это было не просто вторжение пришельцев с Зора или территориальный конфликт между эч-гурами и нен-торами. В этой войне, в основном, погибли люди со звездным знаком Аэроса, будь то ари-доры или нен-торы (эч-гуров с этим символом, почему-то, не существовало). Если так и дальше будет продолжаться, то звездный знак крылатого Аэроса постигнет та же участь, что и людей Альциоры.

Черные брови Арроу нахмурились, затенив потемневшие глаза.

— Аэрос не исчезнет с лица Рэдроза, — произнес он на рэдрозианском языке. Эти слова впоследствии приобретут для него двойной смысл.

Рианн настороженно посмотрела в хмурое лицо альтауэта, не поняв, что он сказал.

— Что случилось? — тихо спросила она, и звук ее голоса отвлек Арроу от мрачных мыслей. — Что-то в моем прошлом?..

— Скорее, с прошлым Рэдроза, — ответил альтауэт и тут же добавил, стремясь успокоить