Тихая жизнь Киберпанк 2077 - Алексей Болибок

— дамба, которая может прорваться и смыть нас дерьмом всего города. С другой — «Арасака», которая мечтает стереть нас в порошок. А знаешь, что самое смешное? Из всех концов, в которые меня заносило… этот — самый подходящий. Здесь, среди этого фасада, чувствуешь, что такое Найт-Сити на самом деле. Не неон, не слава. Вот это. Пустота под краской. И мы с тобой — идеально вписываемся.»

Я закрыл глаза, теребя жетон Джонни под пальцами. Мы вернулись домой. В самое его гнилое, забытое всеми сердце. Я вернулся в Найт-Сити по-настоящему.

Глава 9

Первые несколько часов в нашем убежище прошли в гулкой, почти осязаемой тишине квартиры, нарушаемой лишь лёгким жужжанием блокатора сигналов. Шоу устроился на более крепкой из двух раскладушек, которую передвинул в гостиную. Он достал из рюкзака тонкий коммуникатор — дорогую корпоративную «раскладушку» с гибким экраном. Видимо, он решил отказаться максимально от нейронного интерфейса, чтобы лишний раз не светиться. На его лице даже не было привычных умных очков, и это придавало его сосредоточенности странную, уязвимую наглядность.

Я сидел на диване и наблюдал. Он не говорил вслух. Но по тому, как менялось свечение экрана, отражавшееся в его зрачках, было ясно: он не просто читал отчёты и сверял графики. Он общался. Значит, полностью от имплантов он не отказался. Периодически его взгляд фокусировался в пустой точке перед собой — явный признак голографического звонка или сеанса нейрочата. Его губы иногда шевелились, но беззвучно, формируя чёткие, отрывистые слова для встроенного в коммуникатор сенсора речи. Он был полностью погружён в какую-то иную, цифровую реальность этой комнаты.

Я думал, интересно, так ли Джеки представлял «Высшую лигу». Мы были молодыми и горячими. Хотели больше заказов, больше хрома, больше эдди, больше славы. И такие, как мы, долго не живут. Они либо становятся умнее, либо загружают в себя ещё больше кибера и сгорают заживо. Теперь мне оставалось только рефлексировать. Мозг, лишённый внешних стимулов, принялся пережёвывать случившееся, пытаясь построить хоть какую-то внутреннюю версию событий.

Итак, что мы имеем. Я выжил. Ценой стала полная зависимость от Милитеха и утрата всего, что делало меня мной. Мой мозг — теперь уникальный архив. В нём записан отпечаток контакта с Джонни, с Киносурой и чёрт знает с чем ещё, а также сам процесс его «излечения» с помощью «Нейронной Матрицы». Эта запись, этот «нейронный автограф», является целью для дикого искина, научившегося использовать импланты «Кироши» как порталы для вторжения в сознание. Я надеялся, что версия, выдвинутая Крузом, так и останется просто версией, но ничего другого мы не придумали. Я по факту оказался приманкой, которую случайно пронесли прямо перед носом хищника. А может, и как ключ. А может, и не случайно. Живой ключ к чему-то, что скрывается за «Чёрным заслоном». И теперь этот хищник знает мой запах.

Мысль была настолько чудовищной, что от неё хотелось либо смеяться, либо биться головой о бетонную стену. Я выбрал третье — бездействие, которое быстро перетекло в тяжёлую, костную усталость. Стал понимать, что все переживания последних часов стали меня догонять и влиять на моё физическое состояние. Ничего удивительного, учитывая, что ещё два месяца назад я был овощем. Я с тоской вспомнил те самые стимуляторы и модуляторы нейротрансмиттеров, которые доктор Эргард так заботливо подбирала для меня в Вашингтоне. Одна таблетка — и туман в голове рассеивался, энергия возвращалась. Здесь же не было даже аспирина.

Чтобы не сойти с ума, я занялся рутиной. Пошёл в ванную. Вода из крана была ледяной и отдавала металлом и хлоркой. Я умылся, смывая с лица пот и пыль поездки. Потом, прямо на холодном линолеуме в гостиной, принялся делать те самые упражнения на растяжку и контроль, которым меня учил майор Роу. Медленные, осознанные движения. Концентрация на дыхании. Ощущение каждого мускула, каждой связки. Это был жалкий суррогат прежней силы, но он работал. Тело, подчиняясь знакомым паттернам, понемногу отпускало напряжение. Стало чуть легче. Хотя бы физически.

Тишину нарушил стук в дверь — не код, а три чётких удара кулаком. Шоу, не отрываясь от экрана, кивнул мне. Я открыл. На пороге стоял Карвер, держа в руках два пластиковых пакета, от которых несло жиром, специями и чем-то искусственно-сырным.

— От шеф-повара, — буркнул он, сунув пакеты мне в руки, и удалился так же бесшумно, как появился.

Еда была типичным фастфудом мира, который не заботился о здоровье: синтезированные бургеры с резиновыми котлетами, пара «Буррито XL» и две банки «Cirrus Cola Classic». Пища бедности. Или идеальное топливо для людей, которым наплевать на завтра.

Шоу наконец оторвался от коммуникатора, с трудом разогнув шею. Он щёлкнул костяшками пальцев и с силой потёр веки.

— Чёртовы глаза, — проворчал он, принимая свой пакет. — Без калибровки и фильтров они устают за час. Как у пещерного человека. Придётся привыкать.

Мы ели молча, сидя друг напротив друга: он на раскладушке, я на диване. Жирная, невкусная еда хоть как-то заполняла пустоту внутри. Воспользовавшись паузой, я решился нарушить негласное перемирие.

— Ну и? — начал я, откладывая обёртку от бургера. — На каком мы этапе? Помимо «посидим и подождём».

Шоу отхлебнул из банки, поморщился от вкуса и отставил её в сторону. Он смотрел не на меня, а куда-то в пространство между нами, обдумывая, что можно сказать.

— Этап? Этап — контролируемый хаос. В башне сейчас переполох уровня «кто виноват и что делать». Твоя маленькая командочка — Круз, Рид, медик — себя полностью дискредитировала. Их изолировали. Идёт разбор полётов на самом высоком уровне.

Он развернул буррито, разглядывая его без интереса.

— Даже если они действовали без злого умысла — а я пока в этом не уверен, — выглядит всё слишком… удобно. Привозят уникального эксперта по «Релику». Через несколько часов два ценных «образца», которые два дня вели себя тихо, внезапно сгорают, предварительно послав в эфир сигнал-маяк. А наш милый доктор Грегори, который тебя сканировал, оказывается взломан и получает команду «найти и обезвредить». Через «Кироши», не через «Кироши» — это уже технический вопрос. Словно кто-то знал план заранее и запустил свой контраплан в момент твоего прибытия. Слишком чистое совпадение, чтобы быть случайностью. Поэтому сейчас все — под подозрением. А мы — в подполье.

Он помолчал, потом добавил:

— Параллельно, скорее всего, будем пытаться выйти на «Кироши Оптикс», чтобы выяснить, откуда ноги растут. Но это всё долго будет и не факт, что к чему-то приведёт. Обычно вопросы между корпорациями только к