Мечты "сбываются…" - Катэр Вэй

Не знаю, как понял мои слова Арман, но глаза у него полезли на лоб, а лицо сильно вытянулось.

— Хм, страшно ему… а ты — точно свежак, ничего не путаешь?

— Точно. С этим кластером прилетел, позавчера ночью. Тут скоро заправка будет, так что, поможешь? Я, если честно, помпой не умею заправлять, да и неудобно одному, сожрать, ведь, могут.

— Да не вопрос! И с помпой все просто. Сделаем. Воды можно ещё?

Я полез в салон, порылся в сумках и протянул ему полторашку воды. Вспомнил, что человек сутки просидел без еды, и достал колбасу, хлеб, ещё всякой снеди, что нашёл в запасах ребят.

— Это твоё. — Арман держал в руке мою часть добычи с мутантов. — Ты же знаешь, что это?

Я кивнул. Принял трофеи, ссыпал их в оранжевую коробочку, на ватку. Там уже лежало несколько штук споранов, добытых из дохлого мутанта.

Арман скосил глаз на коробочку.

— Ты военный?

— Нет, врач.

Арман неопределённо хмыкнул, жуя и периодически прикладываясь к полторашке.

Я немного перекусил вместе с ним и полез за баранку.

— Док, не обессудь, просьбу имею. Тут машина моя рядом, вещи забрать надо.

На дороге, у забора, стоял УАЗик в обнимку с новеньким столбом. Разбитые стекла, водительская дверь открыта, пассажирской — не было вообще, глубокая вмятина на крыше. Измятая крышка капота валялась метрах в пяти слева. Пятна крови кругом, автомат в пыли и обглоданный костяк.

Картина говорила сама за себя.

Арман сидел молча с минуту, смотрел. Лицо его стало серое, на лбу залегла глубокая морщина, взгляд налился свинцом.

— Прикрой, Док! Схожу, заберу всё.

Я торчал в люке с винтовкой в руках, крутя головой во все стороны. Арман копался в своей машине, скидывая в кучу разбросанные вещи. Управился он быстро, всё своё добро перетащив в «Комбат», откуда-то достал рулон мусорных мешков.

— Док, ещё минуту. Мне друга забрать надо.

Одел резиновые перчатки и принялся укладывать кости в мешок. Завязал туго, натянув сверху ещё один.

— Я в два вдел, не переживай за салон.

Аккуратно положил останки друга на пол и сел на своё место, смурной, как туча.

Ехали молча. Я высматривал удобную заправку, а спасенный мною новый знакомый погрузился, судя по его виду, в печальные размышления.

Вдруг слева деревянный забор взорвался осколками щепок, и на дорогу вылетел монстр, видимо, бывший когда-то огромной собакой.

Чёрно-серые мышцы бугрились по всему телу, обвивая его, будто жгуты. По позвоночнику — пирамидальные нашлёпки. На макушке костяной панцирь, переходящий к вытянутому затылку. Кожа местами грубая, серая, с круглыми трещинами. Кое-где свисали клочья шкуры с шерстью. Хвост больше напоминал крысиный, извивался, как брошенный шланг под напором воды. Голые уши мелко подрагивали на почти квадратной лысой голове, пасть неестественно увеличилась, челюсти ещё больше выдвинулись вперёд. Зубы шли в два ряда, то выпирая, то вгибаясь вовнутрь. Изогнутые чёрные когти на массивных лапах смотрелись, как боевой «Керамбит». Маленькие белёсые глазки, с мутными зрачками, посаженные глубоко в череп, буравили, излучая хищную ярость и смертельный лёд.

Мелкая дрожь волной прокатилась по всему моему телу. От неожиданности я придавил педаль газа и врезался в мутанта, как тараном, наваренным спереди на ″броневик″ клином отбойника.

Бывший пёс утробно уркнул, перекрутившись через себя и отлетев в сторону, мигом развернулся и припустил следом за машиной, припадая на переднюю лапу.

Арман, высунувшись в люк, поливал мутанта свинцом и явно матерной бранью на каком-то странном языке. Я давил на газ, судорожно вертя баранкой, боясь во что-нибудь врезаться или заехать в ров, пролетая по тонким мосткам из досок, перекинутых через траншеи коммуникаций. Улицы были сплошь перекопаны, всюду валялся строительный хлам, торчала дизельная техника.

Резкий поворот мне дался с трудом. Влетев юзом, чиркнул задним крылом о стену. Тварюга не отставала, неслась следом с грацией пантеры и с упорством бульдозера, разбрызгивая слюни во все стороны. Кушать, видимо, очень хотелось бывшей псине. Но в крутой поворот она, всё же, не вписалась, врезавшись со всего маху в бетонный забор.

Арман, стреляя через люк очередями, орал во всю глотку:

— Хас ма кула джи карт!!! Тэ курэл тут джюкло!!! Пхагэл тут дэвэл!!! Кар тути андэ кэрло!!! Стой! Стой! — заорал он ещё громче под конец тирады.

Я нажал педаль тормоза. Машина остановилась, оставив за собой тормозной след и клубы пыли. Я больно ударился грудью об руль. Арман в люке некультурно матерился на русском и ещё на каком-то. Я так и не понял, что это был за язык.

— Кто тебя водить учил⁈ — Прорычал он, сползая на сидение.

— Извини, я сильно нервничаю, — поглядел в зеркало назад. — Ты там чего орал? Демона вызывал что ли⁈

Мутант брыкался и изворачивался, пытаясь подняться, но это ему не удавалось. Часть бетонного забора обрушилась на искалеченную тушу, которая тщетно силилась оттуда выскребстись.

— Нет, ругался я. Видишь, помогло. Назад сдай! Я ему сказал, чтобы он укусил меня за моё дерьмо и чтобы Бог его поломал, вот и поломал.

Я подъехал ближе к ревущему дергуну.

— Это на каком же⁈

Арман вылез обратно в люк, шипя и придерживая пострадавшие рёбра, пустил две короткие очереди в покалеченного мутозавра.

— Есть! Готов голубчик! На цыганском, на каком же ещё…

— Так ты — цыган?

— Ну, да. А у тебя, смотрю, хороший медицинский вуз тут был. И стрелять учат, и водить, как камикадзе. Я два раза чуть в штаны не наложил, пока мы удирали, и причиной тому был совсем не он. — Арман кивнул в сторону мутанта и вопросительно посмотрел на меня.

— Учителя хорошие были, — сказал я, пожав плечами. — Медицинский ни причём, это мои увлечения. Да и вообще, испугался я. Он выскочил так неожиданно, сам же всё видел.

— Испугался-то я-я-а! А ты — псих! Хо-хо-хо! — засмеялся Арман, ойкая, хрюкая и придерживая бочину — Пойду гляну, что зверюшка подарила нам. Прикрой!

Зверюшка нам подарила одиннадцать споранов и три горошины. Не хило!

— Ну, и как делить будем? — Уставился я на трофеи.

— Да пока никак. Есть куда положить?

— В бардачке посмотри.

Добычу высыпали в пластиковую банку из-под «Dirol» и положили обратно в бардачок.

— Пока вместе — туда положим, а как разойдёмся — поделим пополам. Устраивает?

Я кивнул Арману, заводя машину.