Венчанные звездами. Второй шанс для сейлы - Ольга Райская

глоток. Жгучая жидкость обожгла горло, заставив его сделать судорожный вдох. Второй глоток прошел легче, и Гроу стал присматривать стол, за который мог бы опуститься и допить пойло темных богов, но тут он услышал всхлип и тихие приглушенные рыдания.

Судя по голосу, плакала женщина. Неужели еще кому-то так же хреново сейчас, как ему? Он решил взглянуть на незнакомку и прошел во второй зал.

Нет, плакала не женщина, а совсем еще юная девушка. Если бы не красное от слез лицо, опухшие глаза и нос, ее можно было бы назвать очень привлекательной. Стройная, темные ухоженные волосы, со вкусом подобранный дорогой наряд. Ее вполне можно было бы принять за аристократку.

Перед незнакомкой тоже стоял бокал с каким-то напитком, и, в перерывах между рыданиями, она делала из него глоток.

- Помощь нужна? – спросил он, усаживаясь напротив.

Девушка подняла удивленный взгляд и быстро замотала головой, отказываясь от щедрого предложения генерала.

Что ж, он мог предложить еще кое-что.

- А компания? – на этот раз Керг даже выдавил из себя улыбку и поднял стакан.

Незнакомка достала носовой платок, высморкалась, а потом отсалютовала бокалом.

- Пусть сдохнут все наши враги! – торжественно произнесла она.

- Хороший тост, - похвалил ее Гроу.

Они выпили и одновременно поставили пустую тару на стол. Керг слегка поморщился, девчонка зажмурилась, поднесла к носу свой рукав и стала жадно втягивать воздух, чтобы ослабить жжение.

- Расскажи, станет легче, - предложил ей генерал.

Он сходил к андроиду за бутылкой. На этот раз взял напиток слабее, и вернулся за стол.

- Керг Гроу, офицер варсарийской армии, - представился он. Незнакомец всегда подозрителен, но стоит ему произнести свое имя, доверия к нему становится капельку больше.

- Сибилла Утэн, - назвалась она.

- Утэн… Утэн… - нахмурился Гроу. – Знакомое имя. Сенатор? Ким Утэн, если не ошибаюсь. Ваш отец?

Керг не знал в лицо всех сенаторов, но документы изучал и имя запомнилось.

- Мой муж, - прошептала Сибилла и всхлипнув снова, добавила: - Теперь уже бывший.

Генерал заинтересовался. Сенатор явно занимал довольно высокий пост и относился к аристократам. Тогда, почему развод? В высшем свете Наргари развод считался крахом карьеры и вообще моветоном. Сенаторы не бросали своих жен, хотя многие, насколько Керг был осведомлен, часто имели на стороне любовницу, а то и не одну.

- Сочувствую, - кивнул он и плеснул горячительное в стаканы. – Он тебя бросил?

Девушка отхлебнула напиток. Видимо, он оказался крепче предыдущего, и Сибилла закашлялась. При упоминании мужа, глаза снова наполнились слезами.

- Не стоит плакать, - вздохнул Керг. – И пить тебе тоже не стоит. Лучше говори, и с каждым словом выплескивай боль, сидящую внутри тебя.

- Я по… Я попробую, - икнув, сказала наргарийка.

Керг вздохнул, но все же сходил и принес стакан лимонада. Девушка благодарно кивнула, сделала глоток и снова достала платок.

- Мой отец управляющий небольшой ойкумены, расположенной в части земель сенатора Утэна. У нас самые прекрасные сады во всей Одии. Да что там говорить – на всей Нагари. Влиятельные лорды и леди часто приезжают в наши края, чтобы насладиться природой и простой провинциальной жизнью. Однажды сенатор тоже посетил нас. В тот день мама попросила помочь ей в кафе, где мы готовили для туристов традиционные наргарийские блюда. Так совпало, что Ким подавала обед я и, кажется, ему приглянулась…

- Я его понимаю, - кивнул Керг. – Вы весьма привлекательная молодая леди.

Иногда один комплимент для женщины значит гораздо больше, чем все успокоительные мира. Слезы тут же просохли, на щеках появился легкий румянец, а глаза Сибиллы довольно заблестели.

- Он пригласил меня на свидание, а после, на удивление родни, стал по-настоящему ухаживать за мной. Год назад Ким Утэн сделал мне предложение. Отец до последнего не верил в такое счастье, поэтому свадьбу организовали быстро. Несмотря на то, что праздновали мы дома, в ойкумене, заметки об этом появились во всех электронных изданиях Одии.

Гроу смутил тот факт, что девушка больше рассказывала о празднике и доме, почти не касаясь своих чувств к жениху.

- Вы его любили? – спросил он.

- Что? – вздрогнула Сибилла, погруженная в свой рассказ. Осознав, о чем ее спросили, она оживленно воскликнула: - Разумеется! Разумеется, я его любила!

- Так что же произошло? – поинтересовался генерал. – Если брак был заключен по всем правилам, то политику, заседающему в конгрессе, нужно обладать немалой смелостью или глупостью, уж не знаю, чтобы пойти на такой шаг, как развод.

- Вот! – кивнула девушка. – И я так думала! Думала, что мой муж никуда от меня не денется, но там, где дело касается жриц культа Сейлуриан, законы Наргари отходят в сторону, уступая место условностям и исключениям.

Керг Гроу напрягся. Его интересовало все, что касалось сейл. Он был бы рад любой информации.

- Так что же произошло? – звучало так, словно генерал поторапливал Сибиллу, подталкивал ее к разговору.

Он поморщился, ему не нравилось, когда собеседник замечал его излишнюю заинтересованность в вопросе и нетерпение. Однако, наргарийка даже не заметила. На ее красивом лице снова появилось скорбное выражение.

- Ким встретил Лили Аури. Дом Аури не самый престижный среди жриц культа, но все же состоит в сообществе дочерей богини. Так вот, мой муж влюбился в эту девицу, а она… Эта мерзавка! Она, видите ли, сделала свой выбор! И все! Все!..

Кергу хотелось выкрикнуть: «Что «все»? Нельзя ли подробнее!». Генерал едва сдержался, прикрыл глаза, чтобы успокоиться и досчитать до десяти, а потом подал рассказчице стакан с лимонадом.

Девушка прониклась его участием и поблагодарила легким кивком.

- Неделю назад я получила документы. По почте! Ким опустился до того, что не сказал мне о разводе лично!

- И что в них говорилось?

- В них говорилось, что наш брак расторгнут, в связи с тем, что сейлой Лили Аури сделан выбор. И дальше перечислены разные статьи наргарийского законодательства, признающие этот факт правомерным. Представляете? Ни одна женщина Наргари не защищена от вероломства! – и Сибилла вновь всхлипнула.

Гроу поморщился. Слезы девицы ему порядком надоели, но информацию, которой она владела, он желал получить и как можно быстрее. Керг сомневался, что Сиби искренне и беззаветно любила сенатора, просто сейчас она лишалась статуса и положения в обществе, а также достатка, к которому за год, несомненно, успела привыкнуть.

- О том, что