Эпический матч - Роберт Фадер

На поле игроки заняли позиции.

Пастельно-зелёная сборная Человечества стояла напротив серой команды Международного валютного фонда.

Луис в воротах согнул колени.

Роберто поднял руку защитникам.

Игроки из Бангладеш перестали улыбаться. Теперь они смотрели на мяч так, будто в нём заключалась судьба стран, которые слишком долго вынуждали платить за чужие решения.

Судья посмотрел на часы.

Стадион замер.

Василий почти прошептал:

— Первый матч начинается.

Алисия добавила:

— И, кажется, сегодня мяч будет тяжелее обычного.

Свисток.

Игрок Международного валютного фонда коснулся мяча.

И матч начался.

Глава 7. Пенальти бедной страны

Перед самым началом матча на огромных экранах стадиона снова появилось лицо президента страны-хозяйки.

Рядом с ним стоял Президент футбола. Он улыбался так напряжённо, будто улыбка была частью контракта, а контракт уже начал гореть у него в руках.

Стадион зашумел.

Камеры поднялись над полем, выхватывая пастельно-зелёную форму сборной Человечества, серые лица команды МВФ, серебристого Змая у скамейки запасных и Наташу, сидевшую рядом с ним, неподвижную, сосредоточенную, с таким взглядом, будто она видела не просто поле, а всю несправедливость мира, собранную в одну футбольную схему.

Президент страны-хозяйки взял микрофон.

— Дорогие зрители! — произнёс он. — Сегодня вы увидите, что бывает, когда кто-то бросает вызов тем, кто умеет управлять миром.

Толпа загудела.

Он поднял руку, требуя тишины.

— Эти глупцы решили, что могут перехитрить нас. Они решили, что красивая речь, дракон и несколько бедных романтиков способны изменить порядок вещей. Но у них ничего не выйдет.

Президент футбола закивал, хотя было видно, что ему не нравится слово «дракон», особенно когда дракон находится рядом со скамейкой запасных и смотрит прямо в камеру.

Президент страны-хозяйки продолжил:

— Мы даём им последнюю возможность раскаяться прямо сейчас. Пусть откажутся от матча, признают поражение и попросят прощения у тех, кого они оскорбили своим спектаклем.

На стадионе поднялся свист.

Но уже не тот свист, которого ожидали в ложе.

Сначала он был разрозненным. Потом всё громче. Потом к нему добавились крики.

Наташа медленно поднялась со скамейки.

Один из помощников подбежал к ней с микрофоном, сам не понимая, почему вообще это делает. Возможно, потому что камера уже смотрела на неё. Возможно, потому что весь мир ждал её ответа. А возможно, потому что в такие моменты даже люди с бейджами начинают подчиняться не инструкции, а истории.

Наташа взяла микрофон.

Она посмотрела на ложу.

— Я чувствую страх в ваших глазах, хозяева мира.

Стадион взорвался.

— Наташа! Наташа! Наташа!

Крик прокатился по трибунам, ударился о крышу стадиона, вернулся на поле и стал ещё сильнее.

— Наташа! Наташа!

Где-то на верхнем ярусе кто-то крикнул:

— Да здравствует королева вызова!

И толпа подхватила:

— Королева вызова! Королева вызова!

Президент страны-хозяйки побледнел от ярости.

Президент футбола тихо сказал:

— Это плохо для контроля мероприятия.

Женщина в сером костюме, сидевшая в ложе ФАФИ, посмотрела на планшет с продажами и спокойно ответила:

— Это прекрасно для продаж.

На поле судья, всё ещё стараясь делать вид, что перед ним обычный матч, поднял свисток.

— Let them play! — крикнул кто-то с трибун.

И неожиданно весь стадион начал скандировать:

— Пусть играют! Пусть играют! Пусть играют!

Судья вздохнул, посмотрел на часы и дал сигнал.

Первый тайм начался.

Команда МВФ разыграла мяч холодно и точно.

Это не был красивый футбол. Не было вдохновения, не было радости, не было неожиданной лёгкости. Их игра напоминала заседание, которое превратилось в атаку. Передачи шли коротко, сухо, без любви к мячу. Каждый пас будто сопровождался невидимой сноской. Каждый рывок выглядел как пункт договора. Каждый взгляд говорил: «Мы не обязаны играть красиво, если можем заставить вас играть по нашим условиям».

Сборная Человечества ответила иначе.

Игроки из Бангладеш были быстры.

Очень быстры.

Они не боялись мяча. Они принимали его смело, разгоняли атаки, менялись местами, находили свободные зоны. Пастельно-зелёная форма мелькала по полю, как молодая трава после дождя. Роберто держал защиту спокойно и уверенно. Луис стоял в воротах, согнув колени, с драконьим знаком на бордовом вратарском свитере, и пытался не думать о том самом счёте три-ноль из своей давней футбольной раны.

Наташа стояла у бровки.

Она больше не сидела.

Она уже командовала.

— Правее! — крикнула она. — Не тащи мяч один! Пас! Пас!

Игрок из Бангладеш послушался, отдал передачу, получил обратно и прорвался между двумя полузащитниками МВФ.

Трибуны ахнули.

— Вот это уже интересно! — закричал Василий из комментаторской кабины. — Сборная Человечества неожиданно выглядит куда лучше, чем ожидали скептики!

— Не неожиданно, — сказала Алисия. — Просто сильные мира сего слишком часто путают неизвестность с отсутствием таланта.

Игрок из Бангладеш продолжал атаку. Перед ним оставался последний защитник МВФ — высокий юрист с идеально зализанными волосами и лицом человека, который способен оспорить даже закон всемирного тяготения.

Игрок уже замахнулся для удара.

И тогда защитник МВФ, не пытаясь отобрать мяч, быстро сказал:

— Кредит на пять лет для твоей страны. Льготный период. Гибкие условия. Первые проценты — потом.

Игрок замер.

Всего на мгновение.

Но в футболе мгновение иногда стоит судьбы.

Он посмотрел на мяч.

Потом на ворота.

Потом на защитника.

— Для моей страны? — спросил он.

— Для твоей страны, — сказал защитник МВФ. — Только подпиши здесь.

Откуда у него в руке появилась папка, никто не понял.

Игрок из Бангладеш медленно опустил ногу.

Наташа сразу всё поняла.

— Нет! — закричала она.

Но было поздно.

Игрок взял ручку.

Подписал.

Стадион замер.

И в следующую секунду его пастельно-зелёная футболка потемнела, перекрасилась в серый цвет команды МВФ. На груди появился холодный знак финансовой дисциплины. Он повернулся к своим бывшим партнёрам с виноватым лицом и перешёл на другую сторону поля.

— Предатель! — закричал Луис из ворот.

Его голос разлетелся над штрафной.

— Предатель!

Игрок опустил голову.

Василий в комментаторской кабине почти потерял голос.

— Невероятно! Игрок сборной Человечества только что… кажется, перешёл в команду МВФ прямо во время атаки!

— Его не купили, — сказала Алисия мрачно. — Его взяли в долг.

Команда Человечества растерялась.

Всего на несколько секунд.

Но МВФ умел жить именно в таких секундах.

Долговые проценты рванули вперёд.

Один из них прошёл первого защитника так легко, будто тот был не человеком, а усталой статистикой. Второй подключился справа. Третий потянул за собой полузащитника. Серые фигуры внезапно ускорились, и поле будто наклонилось в сторону ворот Луиса.

— Назад! — крикнула Наташа. — Все назад!

Первый защитник не успел.

Второй поскользнулся.

Оставался Роберто.

Роберто вышел навстречу атаке спокойно, почти холодно. Он не бросился сразу. Не дёрнулся на ложное движение. Он ждал.

Форвард МВФ пробил.

Роберто подставил ногу.

Удар