2:5030/Эльф. Нежданный коннект - Станислав Миков

«Позвольте поинтересоваться, из какого тайного философского ордена Вы к нам прибыли? — гласило послание, которое Ольга отправила накануне. — Ваши слова звучат так, словно Вы провели столетия в абсолютном уединении, вдали от суеты нашего бренного мира...»

Иллиэль сцепил ладони. Земная традиция общения требовала выдумки: закрытый институт, секретный город, особый род войск. Но природа эльфов отторгала саму концепцию лжи. Для принца обман был сродни кривому шраму на гладком мраморе. Он физически не мог заставить себя выбивать на клавиатуре слова, искажающие геометрию реальности.

Тонкие пальцы легли на клавиши.

«Досточтимая леди Ольга, Вы правы в своих догадках. Там, где я нахожусь, совершенно нет суеты. Мой дом — огромный замок, чьи высокие каменные шпили, высеченные из цельного белого мрамора, пронзают небеса. На многие мили вокруг раскинулись вековые древа с серебристой листвой. У нас нет машин, нет дорог, испорченных черной смолой, и нет механизмов. Здесь царит тишина. Я посвящаю время высоким обязанностям перед моим родом и моим отцом...»

Перечитав текст и убедившись в кристальной точности каждого факта, Иллиэль нажал кнопку отправки.

Новый жучок с хрустом прорвал пространство. Арантир глухо застонал, вцепившись побелевшими костяшками в подлокотники — очередная порция личной маны Архимага утекла в межпространственную воронку.

На Земле светящаяся пылинка не стала искать компьютер адресата. Она материализовалась в темной комнате Алексея, прямо над машиной узла 2:5030/77. Магический паразит прошел сквозь железный кожух и жестко перестроил магнитные домены жесткого диска, вписав эльфийское письмо в очередь исходящей почты.

В тесной квартире Ольги занималось сырое утро. Девушка спала, положив голову на скрещенные руки прямо поверх бумаг на рабочем столе. Сухой щелчок реле заставил ее вздрогнуть. На корпусе модема замигали красные индикаторы — сработал автоматический планировщик.

Динамик заверещал, набирая номер. Программа дозвонилась до узла Алексея, скачала из почтовой базы подброшенный жучком ночной пакет и разорвала соединение. Раздался гудок отбоя.

Ольга потерла вдавленный след от клавиатуры на скуле и прищурилась на экран. В редакторе открылось новое письмо. Шпили из мрамора? Вековые серебристые деревья? Отсутствие дорог?

Остатки сна слетели без следа. Девушка фыркнула, покачала головой и придвинула клавиатуру ближе. Она быстро набрала ответный текст, потянулась к мышке и принудительно запустила внеочередной сеанс связи. Модем снова заверещал, отправляя свежий пакет обратно на узел босса, где его уже поджидала очередная пакетная пылинка, готовая вырвать данные с магнитных дисков и унести их в Высокий мир.

Иллиэль торопливо открыл пакет данных и вчитался в живую реакцию Ольги.

«Вы невероятный, потрясающий фантазер, Илья, — писала она, и в каждом ее слове сквозила искренняя симпатия. — Я, кажется, наконец-то разгадала вашу прекрасную тайну. Весь ваш текст — это потрясающая, очень красивая и изощренная метафора. Вы — ролевик-толкинист, верно? Признавайтесь! Вы сидите сейчас с ребятами где-нибудь в глухой сибирской тайге, на полигоне вдали от цивилизации, пьете крепкий чай с дымком из помятого котелка и представляете, что ваш деревянный бревенчатый дом — это настоящий мраморный замок, а сосны — это серебристые эльфийские древа. Не выходите из образа, прошу вас, мне безумно, до мурашек нравится ваша сказка...»

Иллиэль непонимающе нахмурил идеальные брови. Слово резало глаз своей чужеродностью. Он отвел взгляд от экрана и вновь возложил руку на покоящийся рядом магический словарь.

— Толкинист... — медленно, по слогам прошептал он, аккуратно вводя незнакомые буквы.

Словарь долго, натужно шуршал рунами, перебирал корни языков, но так и не выдал точного исторического или магического перевода этого термина. Иллиэль не нашел ответа, но, поразмыслив, решил, что это, несомненно, название какой-то уважаемой гильдии земных философов, друидов или бардов, живущих в лесах. Он с готовностью принял правила этого изящного диалога. Серьезность эльфийского принца, говорящего чистую правду, неожиданно подошла к ироничному умилению земной девушки, воспринимающей его реальность как глубокую ролевую игру.

Сон Ольги на Земле был окончательно перебит. Обмен письмами не стал разговором в реальном времени: каждый ответ все еще требовал набора текста, сохранения, дозвона до ноды и ожидания, пока магический жучок заберет письмо из базы Алексея. Но привычные фидошные сутки между репликами сжались до нескольких упрямых ночных попыток.

Светящиеся жучки вылетали из щелей деревянного корпуса уже почти без передышки: не ровным потоком, а частыми короткими вспышками — после каждой земной сессии дозвона, после каждого нового письма в базе босса. Их хрустальный звон едва успевал стихнуть, прежде чем снова резал тишину покоев.

Иллиэль был полностью, без остатка поглощен этой перепиской. Его обычно бледное, холодное лицо раскраснелось, в глазах горел невиданный ранее азарт. Принц отбивал по клавишам длинные, витиеватые тексты, совершенно игнорируя ужасающее состояние окружающих.

Арантир сидел на холодном полу, привалившись спиной к Бежевому Ящику. Дрожащими руками он доставал из потайных карманов мантии стеклянные флаконы с мутными зельями восстановления маны.

Арантир отчаянно срывал пожелтевшими зубами тугие пробки и пил зелья одно за другим, давясь, кашляя, проливая на бороду горькую светящуюся жидкость, пахнущую полынью и медью. Пустые стеклянные флаконы с тихим стуком падали на белый мрамор пола и стремительно копились вокруг него, образуя сверкающую гору магической стеклотары. Визуальный контраст в комнате достигал апогея абсурда: бесконечно сияющий от счастья, утонченный Иллиэль в парадном изумрудном бархате, парящий на крыльях виртуальной беседы, и сгорбленный, осунувшийся, откровенно страдающий придворный маг, жадно глушащий зелья из горла, словно дешевую горькую настойку в придорожной таверне.

После очередного, болезненного перелета жучка Арантир тяжело вытер мокрый рот тыльной стороной грязного рукава. Глаза мага лихорадочно, нездорово блестели от дикой передозировки алхимических стимуляторов. Он уставился в пустоту перед собой и вслух, хриплым шепотом начал анализировать чудовищные последствия их действий для хрупкой земной инфраструктуры связи.

— Это форменное безумие... — пробормотал он, формулируя свою техническую жалобу и содрогаясь всем телом от каждого нового хрустального звона вылетающей пылинки. — Эти тяжелые пакеты ложатся прямо в их память, минуя защитные барьеры... Местные духи-хранители медных нитей просто сойдут с ума, когда увидят входящую почту без единого следа дозвона на их узле... Они же будут искать призраков в своих вычислительных машинах. Фундамент их логики рухнет...

Но Иллиэль не обратил на полные отчаяния слова Архимага ни малейшего внимания. Его тонкие пальцы уже с энтузиазмом выбивали новый длинный абзац. Он самозабвенно готовил Ольге следующее письмо, подробно рассказывая о том, как правильно и бережно ухаживать за фамильным лунным серебром, пока она на Земле принимала это за невероятно подробную инструкцию по полировке текстолитовых и дюралевых мечей. Канал связи между двумя