СССР: бригада - Степан Александрович Мазур

Ни позднее сотрудничать с новыми правителями Василий не соглашался. Он лишь раз за разом говорил на дознаниях, когда выбивали зубы и ломали рёбра: «Я, Василий Сталин, от отца не отрекаюсь! И точка!».

Мысли пролетели, придавленные блинами со сметаной.

Мама ушла на кухню ведро с грязной водой из-под рукомойника выносить. А дед повернулся и закурив скрученную из листка бумаги газетной папироску, с насыпанной в неё махоркой, тихо спросил:

— А с чего ты взял, что Вождю не здоровится?

Едва не подавившись третьим блином, тут-то я и понял, что на загородной даче Сталина что-то пошло не так.

Там то ли личный охранник Власик вломился за закрытую дверь на час-два раньше, чтобы всё же потревожить Вождя, не смотря на рекомендации его не беспокоить.

То ли доктор решит наведать пациента без предупреждения и вне срока. Я не знаю деталей произошедшего в этом конгломерате. Но приступ Сталина либо предотвратили, либо быстро сгладили его последствия.

Как итог — Вождь народов выжил в 1953 году. И… мир стал другим.

От избытка эмоций и открывшихся возможностей для Советского Союза, я невольно снова перемотал время.

Вот и получилось, что лакомился блинами ещё октябрёнком, а уже через два года и месяц, стал пионером.

Глава 7

Пионер — всем пример

1955 год.

СССР.

Дальний Восток, Деревня N .

Стоя на бревенчато-дощатой площади у небольшого памятника Ленину, что располагалась непосредственно на улице Ленина, (чтобы далеко не ходить), я моргнул и посмотрел на притихших ребят. Как их много в деревне! Короткие причёски мальчиков, банты девочек, сандалики, рубашки, блузки, носочки. Все как с иголочки одеты. В светлое, лёгкое, чистое. Теперь трусов хватает всем. Страна зализала раны и занялась внутренними потребностями населения.

Перед глазами — послевоенный бэби-бум и всплеск рождаемости. Те, кто вернулся с фронтов, не важно с руками ли, ногами, или без оных, как минимум хрен в запасе имели. И точно знали, как делать детей.

Как это объяснить научно? После лишений, голода, максимальных физических нагрузок — максимальная фертильность у мужчин. А чего говорить о заждавшихся в тылах женщинах?

Можно с усмешкой сказать, что секса в СССР не было, но любили друг друга горячо и крепко. Дети рождались в послевоенные годы массово. На руинах, среди чемоданов, в тесноте, деля скудный паёк, всё равно — зачинали. Человеку послевоенных лет надо так мало. Никто не думал о благах и том, как вырастить. Если появился — уже счастливый.

Теперь подрос молодняк, окреп и без тени сомнений делал новый шаг на пути к светлому коммунизму.

Видимо, ребят собрали не только со своей деревни, но и со всех окружающих посёлков. Линейки в ряд впечатляют. Столько молодых, ярких лиц. Неужели в каждой семье рожают как минимум трёх?

Мне, человеку из «сытого», цивилизованного будущего, сложно поверить, что в семьях по пять-семь детей — это необходимая норма. А есть семьи и с десятком, а то и дюжиной. И от религий и нужды это никак не зависело. Скорее от хозяйства и жизненного стремления, которого в людях теперь — на век хватит.

Люди грезят о звёздах, мечтают и позволяют себе жить каждым днём. А вот смертность уже не та. Развитие медицины идёт полным ходом. В райцентрах больницы ставят, где лечат бесплатно, в удалённых местностях — фельдшерские пункты плодятся как грибы после дождя.

Счастливые, вдохновлённые, мы все стояли у трепещущего на ветру алого стяга с золотыми изображениями звезды, серпа и молота. И я точно понял, что наличие трусов — это лишь одна из галочек в огромном списке возможностей для страны.

Почему так трепещет сердце?

Причина проста. Мне вручают саму частицу того светлого будущего, что вскоре наступит для всех. Сам символ реализуемой на деле веры.

Ух, тогда заживём!

Вдобавок к строгой тёмной форме поверх рубашки, под поглаженные штаны на ремне с блестяшкой, я едва дыхание не потерял, когда получил красный галстук из рук приятной на вид комсомолки.

Она улыбнулась и сказала мне:

«Как повяжешь галстук — береги его! Он же с нашим знаменем цвета одного».

Улыбнулся в ответ и не смог сказать ничего, потеряв дар речи. Даже космодесантника можно задеть за живое.

Алый… есть что-то мощное и сильное в этом цвете, что заряжает всех вокруг. Только падшие, безликие люди могут предложить заменить его на белый, как цвет «пролитой крови».

Нет, убогие, эта кровь проливалась лишь для того, чтобы ты жил!

А галстук?

Присмотрелся, украдкой щупая, поправляя, довольный донельзя.

Что же такое именно красный галстук?

По сути это шейная косынка из атласа. Завязывали её

прямым узлом. Ничего необычного, но сколько же в ней символизма!

Алый галстук — это не только знак принадлежности к пионерской организации, но и тройственная связь поколений.

Ведь три угла пионерского галстука символизируют нерушимость коммунистов, комсомольцев и пионеров.

«Октябрята», возможно, ещё не понимают, что это. Но они вырастут и сами пройдут по трём ступеням взросления. В идеале, побывав в амплуа каждого.

Поглаживая галстук, я не сразу понял, что стал пионером. А ведь это означало, что мне где-то от девяти до четырнадцати в теории. А на практике — десять.

Я в любом случае больше не октябрёнок. Ещё это точно означало, что сегодня 19 мая. «День пионерии».

Детство стремительно заканчивалось. С одной стороны — возраст, с другой — обстоятельства.

Дед на мой красный галстук посмотреть уже не успел. Мы вернулись с мамой домой и нашли его тело в хлеву. В ватнике поверх майки, старых брюках под ремень и одном кирзовом непарном сапоге под контраст-деревяшку, он был обнаружен рядом с пустым ведром.

Дел умер с довольным видом человека, который всё по жизни успел. Даже когда ёкнуло сердце, он докормил свинью отрубями, лишь потом позволил себе отойти в мир иной.

А как человек труда он построил этот дом, в котором мы живём. Он оставил после себя семь детей, одна из которых и была моей матерью.

Он был на фронте до ранения в 42-ом, он прошёл гражданскую войну, начиная вместе с ещё первыми коммунистами в октябре 1917 года восстанавливать страну, чем и занимался до 1922 года, прошагав от Ленинграда до ДВР.

Он видел, как белогвардейцы, вчерашняя «белая кость»: офицеры, казаки и юнкера с атаманами, унтер-офицеры, лейб-гвардейцы и прочие люди в перчатках с брезгливостью их снимают, когда залиты кровью трудового народа.

Откуда кровь? Брезгливые люди с благородными лицами расстреливали людей