Звоните Манькову! Том 2 - Денис Деев

— Да блин, Юрий Иванович! На меня этот местный упырь Женя-Медведь наехал! Я тут офис снимал, прямо напротив вас. Меня прижали…

— Меня твои слезливые подробности не интересуют! — жестко оборвал он. — Начал наши дела со лжи — пошел вон!

— Да я вам ни в чем не врал, кроме этого чертова Бориса Степановича! Ляпнул с перепугу от безысходности, а во всем остальном — чистая правда!

Генерал побагровел так, что, казалось, сейчас пойдет пятнами, но ответить мне не успел. Тяжелая дубовая дверь распахнулась настежь без всякого стука, и в кабинет буквально ворвался наш бессменный, всегда невозмутимый вахтер-«страж».

— Юрий Иванович, у нас проблемы!

— Какие еще проблемы⁈ — рявкнул Зимов, недовольный тем, что его прервали на полуслове.

— Там люди… слишком назойливые пожаловали.

— Так вышвырни их за дверь!

— Никак не могу, товарищ генерал. У них постановление на обыск.

— Постановление⁈ — брови Зимова изумленно взлетели вверх.

Он резко подорвался из-за стола и стремительным шагом направился к выходу. Я, недолго думая, рванул следом. Терять-то мне всё равно было уже нечего.

Мы спустились по лестнице в холл. Честно говоря, я ожидал увидеть там парочку хмурых следователей с мятыми бумажками, но реальность превзошла все ожидания. Внизу разворачивалось классическое «маски-шоу» девяностых! Нет, опера в штатском там, конечно, тоже присутствовали, но к ним приложением шел добрый десяток бойцов спецназа в полной боевой выкладке. Черные балаклавы на лицах, автоматы наперевес, а на широких спинах — крупные белые буквы «ОМОН».

Лицом в пол они пока никого не укладывали, хотя обстановка накалялась буквально с каждой долей секунды. Дорогу милиции плотной стеной преградили досаафовские инструкторы. Вояки стояли без оружия, без касок и бронежилетов, но решимости в их суровых взглядах хватало.

— Всем шаг назад! Быстро! — рявкнул Зимов на всё здание так, что едва не зазвенели стекла в окнах.

Магию настоящего генеральского, вбитого годами службы командирского голоса, никто не отменял. Синхронно, словно по команде на плацу, назад шагнули не только инструкторы ДОСААФ, но и опешившие от такого напора омоновцы.

Зимов уверенным шагом подошел к паре оперов в штатском, которые жались за спинами экипированного спецназа. Один из них вытащил из внутреннего кармана красную корочку и развернул ее перед лицом генерала.

— Капитан Скворцов Валерий Андреевич, — отрапортовал он, стараясь придать голосу солидности.

— Зимов Юрий Иванович, генерал-майор, — отрезал шеф ДОСААФ. — Что за шоу, капитан? Что за бардак вы мне тут устроили⁈

— Никак нет, не бардак, — нахохлился Скворцов. — А оперативная проверка.

— С чем связана?

— К нам поступил сигнал, — капитан многозначительно скосил глаза на спецназ. — О наличии у вас на складах крупной партии незарегистрированного оружия и неучтенных боеприпасов.

— Нет у нас таких, — ответил Зимов. — У нас на объекте всё учтено до последнего капсюля. Проверка окончена. До свидания.

Генерал круто развернулся на каблуках, собираясь уйти, но опер подался вперед.

— Секундочку, товарищ генерал. Мы что, должны вам просто на слово поверить?

Зимов замер. Медленно повернул голову, посмотрел прямо на меня и негромко, сквозь зубы, процедил:

— Так это они тебя прислали, сученыш? Твоя работа?

— Чего⁈ Я⁈ — от возмущения я аж поперхнулся. — Да я к ним вообще никаким боком…

— Мы к вам сюда не чай пить и не здороваться зашли! — резко перебил мои оправдания Скворцов, видимо, решив, что инициатива уплывает из рук. — Вот постановление на обыск! Прошу ознакомиться!

Он деловито вытащил из кожаной папки лист бумаги и с победным видом протянул его генералу.

— Обыск⁈ — взревел Зимов, багровея. — Да вы с ума, что ли, сошли⁈ У нас тут что, воровской притон⁈

Я выхватил документ прямо из рук опешившего следователя и быстро пробежался глазами по строчкам.

— Погодите-ка… — я издевательски усмехнулся. — А это что еще за писулька⁈

— В смысле — писулька⁈ — взвился Скворцов. — Это официальный документ…

— Которым только в сортире подтереться можно, — жестко оборвал его я, с удовольствием включая режим «адвоката дьявола». — Для особо одаренных поясняю матчасть: обыск — это следственное действие. Оно может проводиться только в рамках уже возбужденного уголовного дела. А ну-ка, покажите мне в шапке номер дела! Ну⁈ Его тут нет! У вас в основании только рапорт об анонимном звонке. Значит, это никакой не обыск, а наглая попытка незаконного проникновения на полувоенный объект.

— Почему незаконного⁈ — капитан начал закипать, но в его голосе промелькнула первая нотка неуверенности. — У нас всё по закону!

— Да конечно! — я потряс бумажкой прямо перед его носом. — По УПК постановление на обыск обязано иметь синюю гербовую печать и санкцию прокурора района. Где она тут, покажите пальцем? Вы пытаетесь провести обыск как «не терпящий отлагательства»? Серьезно? На объекте ДОСААФ, который охраняется по уставу гарнизонной службы⁈

Я сделал шаг вперед, вплотную приблизившись к капитану, и прямо ему в лицо выдал:

— Если вы, товарищ капитан, и ваши архаровцы сейчас сделаете хоть один шаг в сторону оружейки без подписи прокурора, ровно через пять минут здесь будет дежурный следователь из Военной прокуратуры. И вы дружным строем пойдете по статье 171 УК РСФСР — «Превышение служебных полномочий». От трех до десяти лет, между прочим. Я постараюсь, чтобы вы получили минимум семь.

— А кто ты вообще такой? — привел последний, крайне слабый аргумент, капитан.

— Меня зовут Маньков, Олег Борисович. Я юрисконсульт ДОСААФ.

Генерал, до которого моментально дошел весь расклад, плотоядно усмехнулся. Он расправил широкие плечи и, повернувшись к заметно побледневшему капитану, припечатал:

— Да, это наш штатный юрист, — с нескрываемым удовольствием подтвердил Зимов, кладя руку мне на плечо. — И если он говорит, что ты, капитан, пойдешь на семь лет, значит, пойдешь на все десять. Он у нас парень скромный, хвастать не любит. Но… уже семь или восемь вот таких же ретивых ментов-беспредельщиков по этапу пустил.

Я небрежно сунул смятое постановление обратно в руки опешившего опера.

— Держите свою макулатуру. И настоятельно прошу вас немедленно покинуть территорию охраняемого режимного объекта.

— Мы никуда не уйдем! — упрямо, но уже без прежнего апломба огрызнулся Скворцов, сжимая в кулаке забракованную бумагу.

Я молча повернулся к шефу ДОСААФ:

— Юрий Иванович, звоните дежурному в военную прокуратуру.

— Ладно! — капитан нервно