"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

 Наконец, шельгарцев построили, пересчитали и преподаватели активировали разовый портал. Внутри семилучевой звезды вспух нежно-голубой светящийся шар, по нему побежали белесо-золотистые молнии разрядов, и он раскрылся портальной аркой. Она пару раз дрогнула, мигнула и стабилизировалась – и стало видно, что с той стороны перехода тоже полно взрослых магов и любопытствующих студентов.Ага, значит оттуда переход тоже поддерживали! Ничего же себе, сил на эту махину требуется… Дешевле было обе делегации поездом отправить. Правда, и дольше тоже.Пока я размышляла, несколько наших наставников вошли в переход, а из него вышли четверо магов – по-видимому, преподавателей из «Белого ворона».Шельгарцев, успевших частично расползтись и смешаться с местными, снова построили, пересчитали – и под надежным преподавательским конвоем увели домой через портал.Арка перехода, на перемещение горстки взрослых даже не отреагировавшая, поглотив три десятка магов, недовольно загудела и мигнула, но устояла. Преподаватели, деловито и слаженно стабилизировавшие силовые потоки, дали сигнал коллегам с той стороны. Выглядели они собранными и напряженными, но спокойными. Выматывающая нагрузка была для них не впервой.Наконец, с той стороны перехода пришел ответный условный знак – и из перехода появились знакомые лица студентов Андервуда, конвоируемые андервудскими же преподавателями.Директор Пакгауен пересчитала прибывших, и кивнула, разрешая закрыть переход.Голубоватая светящаяся арка начала сжиматься, таять и наконец схлопнулась с белой вспышкой, оставив после себя звон в ушах, ощутимые и неприятные колебания магического фона, да черное полотно с выгоревшими напрочь линиями гексы.Слава Магии, все закончилось!

Теперь жизнь вернется в привычную колею, без коллективной девичьей истерии, разговоров с кошачьими придыханиями и восторженных шепотков по углам, и наконец-то можно будет вздохнуть с облегчением, решила я, и пошла на завтрак.

А в обед семеро студентов не появились в столовой. Не то, чтобы это было так уж необычно, выходной же, но кто-то вспомнил, что и за завтраком их, вроде бы, не было, преподаватели, которые завтрак тоже большей частью состава пропустили, на всякий случай решили уточнить местонахождение невиданного чуда – не голодных студентов, и не сумели.В течении получаса школу прошерстили от крыши до подвалов. Семерых студентов-аристократов нигде не было.Суета и беготня нарастали по экспоненте, и опережая их летела паника. В лицах преподавателей, в напускном и неубедительном спокойствии директора, в метаниях прибывших специалистов – сквозила паника. Проступала, как болотная вода из сырого мха под каждым шагом неосторожного путника.

Чрезвычайное происшествие. Форс-мажор. Плохо, очень плохо.И хуже всего было то, что одним из этих семерых был Феррерс.Я не переживала. В отличии от всех наших преподавателей и посторонних специалистов, я отлично знала эту живучую скотину. Он вывернется. Во что бы там не вляпались остальные, этот вывернется.

Я осторожно опустила на кровать подаренную мамой книгу и обтерла ладони о штаны.Руки почему-то были ледяными и ужасно потели.Я снова взяла в руки справочник по сопряжению сложносоставных заклинаний, попробовала вернуться к чтению – и поняла, что в который раз читаю одну и ту же страницу. И не могу продвинуться дальше первого абзаца. Да что там – взгляд соскальзывал с первой строчки, внимание ускользало, мысли рассыпались карточным домиком, листьями на ветру.

Возьми себя в руки, Кейт.Ах да, я не могу взять себя в руки – я уже держу в них книгу.Отлично, умничка, Китти. Взяла книгу – и читай!Самовнушение помогало плохо. Никак не помогало.Тяжелый кожаный переплет снова выскользнул из потных ладоней.Я закрыла справочник. Пожалуй, пора выйти из комнаты и что-нибудь разузнать, раз наполниться книжными знаниями сегодня не получается.

Как только стало ясно, что происходящее - ЧП, выходящее за рамки компетенции школьных преподавателей, в школу вызвали полицию, министерских магов, главу магического ковена Траумана и еще только Магия знает кого, а студентов разогнали по спальням. Попытались разогнать. Взбудораженные происходящим, подростки то и дело нарушали указания наставников, перемещались из спальни в спальню, сталкивались в коридорах, переговаривались тоненькими возбужденными голосами.

Представители старых магических родов - не такие, как обычные люди. За огромную силу они платят такую же неподъёмную плату. И не в ответственности дело. И даже не в налагаемых государством ограничениях и обязанностях. Для старых магических родов появление ребенка - событие. Низкая рождаемость делает каждого наследника драгоценным. И эмоциональная холодность - это всего лишь один из механизмов сохранения потомства, способ пережить и справиться со слишком рано открывающейся родовой силой. Говорят, с возрастом это преодолевается, но я не знаю. Со стороны такие же отмороженные, как молодняк, а близко я не видела.

Да и не об этом речь. Дело в том, что никто и никогда в здравом уме, твердой памяти не станет причинять вред представителю древней магической знати. Даже я. Уж на что я терпеть не могу Феррерса, сколько бы мы с ним ни воевали, но и то я никогда не имела подобных мыслей. И неминуемость кары тут не при чем. Дети аристократов - драгоценность. Не только для них - для всех нас. Древние магические рода - наша оборона. Они бруствер, щит, который отделяет простых людей от магических и всех прочих катаклизмов, и, случись беда, примет на себя первый удар.

И выдержит его, укротит свирепое буйство стихии. Умерит разрушительную мощь техногенных катастроф. Встретит первый удар чужой армии. Даст всем прочим время если не принять контрмеры, то хотя бы укрыться. Волнорез, в который из века в век бьет яростный прибой, и растратив силы, доходит до берегов ласковыми волнами. Кто своей рукой лишит защиты не только себя, но и потомков? Семеро пропавших подростков из аристократических родов - это удар. Страшный Удар

Я повертела головой, выбирая маршрут, и решила, что общий холл подойдет. Спустилась на первый этаж, встала за кадкой с раскидистой монстерой, прислонилась к стене и замерла со скучающим безразличным видом.

С обеда в школу успели стянуть внушительные силы, в холле было полно людей в форме. Кто-то что-то замерял, списывая показания измерительных артефактов в таблицу, кто-то пил кофе из школьной столовой, кто-то с озабоченным и хмурым выражением говорил с собеседником через повисшую перед его лицом сферу связи. От входа к лестнице в административный корпус прошел офицер в незнакомой форме, ведя на сворке шектарскую поисковую химеру. Тварь, похожая на покрытую красно-бурой ромбической чешуей крупную собаку, повернула в, мою сторону острую морду, пронзила насквозь взглядом золотистых глаз и, не сочтя интересной, ушла с хозяином дальше, цокая по камню холла длинными когтями.

В заповеднике,