Фантастика 2026-64 - Антон Романович Агафонов

На ночь остался у Вали, а вечером состоялся неприятный разговор.

- Валюш, тут такое дело, обострилась у меня язва (она и в самом деле обострилась, я позволил себе лишнего с братом и сейчас меня прилично крутило), и вообще здоровье стало пошаливать. Врачи предложили переехать на время, сменить климат. Вот, думаю снять на сезон комнату в Минводах. Даже место предложили – электриком в санатории.

Повисла тягостная тишина. Блин, как неприятно врать не чужому уже человеку. Но передо мной выбор очевидный и назад дороги нет.

- Лёнь, а как же я? Я же думала, что жить вместе будем.

Смотрю на женщину и на сердце не спокойно. Особых чувств между нами нет, как говорится, сошлись два одиночества. Обоим было удобно наше сосуществование, не более. А всё равно жалко её. Я обнял женщину за плечи, - Валюш, ну я же не на всю жизнь. Может, ещё получится у нас.

Ну кого я обманываю. Так и прошёл вечер. И какое же у меня было удивление, когда на следующее утро случайно увидел, как моя хозяйка отчаянно флиртует с командировочным водилой грузовика. Не долго горевала молодуха, однако. Ну это и к лучшему.

С этого дня наши отношения свелись к элементарному. От Вали постирать, накормить обедом. С меня расплатиться за работу, подкинуть дров или дичины какой.

С Михаилом Андреичем разговор тоже не сразу сложился. Он возмущался моим непостоянством, я же давил на пошатнувшееся здоровье.

- Ну выглядишь ты, Леонид Алексеевич и в самом деле не очень, весь зелёный какой-то. Если бы не знал, что ты малопьющий, подумал бы, что с хорошего перепоя.

- Ладно, надо что-то решать, но проблему ты мне серьёзную создал. Так, что ты говоришь, с твоим племянником?

- Так я же тебе и говорю, серьёзный парень. Отслужил армию, отучился в мореходке, кто же знал, что у него морская болезнь в тяжёлой форме. Сейчас списали на берег, а он не хочет. Очень загорелся моим предложением, да ручаюсь в нём. Надёжный хлопец, не подведёт.

- Ручаешься говоришь, а он женится и слиняет в город, знаем мы, проходили.

- Мишь, да что ты теряешь, поговори с ним, лес он любит. В детстве жил с родителями под Новосибирском. А не подойдёт, так я вернусь, через месяц, обещаю.

Простучав по столешнице костяшками пальцев, Михаил решился, - ладно, пусть найдёт меня. А сам то когда свалишь?

- Думаю, через неделю, да я сообщу, не переживай. А Игорь выедет сразу, поездом, дня через три будет тут.

В Барнауле я оформил генеральную доверенность на машину на имя Игоря. У нотариуса выправил доверенность на право действовать от моего имени в официальных инстанциях. В конторе лесхоза оставил заявление с просьбой выдать мою зарплату мне же, но молодому.

И наконец, я готов, стою раздетый перед раскрытой капсулой, покрылся пупырышками от холода и не могу решиться залезть в неё.

Ну, с богом, неумело широко перекрестился и полез в тёплое нутро. Когда начала опускаться крышка, вспыхнула паника. Но сознание незаметно уплыло.

Мне снится сон, я бегу по траве, раскинув руки навстречу солнцу и кричу, стремясь передать свой восторг. Солнце бьёт в глаза, и я прикрываю их рукой. Внезапно стало темно, я остановился. Под ногами уже твёрдая земля. Задрав голову, смотрю, как в небе зажигаются звёзды. Одна из них кажется мне ярче, да и переливается она всеми цветами радуги. Мне захотелось поближе рассмотреть звёздочку и оттолкнувшись я взлетел в космос. По дороге любуюсь мелькавшими мимо соседками помельче, постепенно моя цель приближалась и вскоре я смог облететь её с разных сторон.

Какая красота, изумрудный шар, с контурами океанов и континентов, какое богатство красок и как контурно очерчены материки. Я даже различаю на них точки городов и тут меня накрывает взрыв, я лечу, раскинув руки в темноту. Разумом цепляюсь за звезду, тяну руки, пытаясь зацепиться за неё.

Темнота постепенно рассеивается, я осторожно открываю глаза. Свет нетерпимо их режет, даже слёзы выступили. Кто-то, милосердный, приглушил яркость, и я смог спокойно осмотреться. Лежу в капсуле, крышка поднята, ощущение неги постепенно покидает меня и начинаю замерзать. На поверхностный взгляд тело моё, никаких шрамов и прочей хирургии не вижу. Кряхтя, начал выбираться из колыбели. Меддроид помог мне стать на ноги, а то чуть не навернулся, пол скользкий. Чёрт, да что же это. Попытка взять у него полотенце, чтобы вытереться привела к тому, что я заехал железяке рукой по крыше, заставив сдвинуться несколько сантиметров на ножках в сторону. Уже осторожней, вытерся и неуклюже одел трико с майкой. Я в медотсеке, свет приглушен. Попытка выйти из помещения привела к тому, что не вписался в проём и свалился в проходе.

На мгновение накатила паника, полежал несколько минут, встал и прошёл в кладовку, где я заранее оборудовал себе место. Оделся в тёплое, не жарко в помещении. Дрожащей рукой налил чай из китайского термоса. Смотри, ещё горячий. Сколько же я здесь?

Вспомнив, полез в карман и достал Жорика, нацепил на руку и сразу услышал его мягкий голос.

- Лёня, всё нормально. Я контролировал ход операции, всё прошло более-менее штатно. А твои странные движения временны. Всё-таки твой организм подвергся кардинальным изменениям. Теперь нужно заново учиться двигаться. Но по сравнению с тем, что ты получил новое, намного совершенное телом – это ерунда. Неделя и ты адаптируешься.

- Жора, сколько время я здесь?

- Пять дней.

- Как, вы же обещали уложиться в три. Меня же потеряли, столько дел стоит.

- Командир, время было взято среднестатистическое. Кто же знал, что твой организм в таком состоянии. Пришлось его сначала чистить от шлаков и солей, ты, наверное, долгое время жил на свалке тяжёлых соединений?

- Да у нас все оттуда, похоже. Экология ещё та, конечно.

- Ладно, что сейчас?

- В первую очередь нужно питание, потом начнём делать специальные упражнения для тела.

На протяжении трёх дней, я приноравливался к новому телу. Странно стало не пользоваться очками, я прекрасно видел, как в детстве. Колено на левой ноге перестало хрустеть, и вообще самочувствие отличное. Не знаю, как будет дальше, но пока я доволен.

Дальше жить на судне было невозможно. Поэтому вечером я уже был дома. Затопил печь и нагрел себе воды помыться. Потом плотно поел, для интереса позволил себе жаренной картошки